Доброй ночи

      - Да, мам, не переживай, у нас все будет нормально, - голубоглазая рыжая кудряшка с ростом полторашки разговаривала по телефону, прохаживаясь по кухне туда сюда, - можешь остаться на даче, а мы с Зоришей завтра приедем, если нужно.       Вторая рыжая более конопатая девушка с истинно черными глазами следила за перемещениями младшей двойняшки, сидя за кухонным столом, а когда услышала заветные слова, начала дрыгать конечностями от счастья и безмолвно, но восторженно, пищать. Младшая кудрявая двойняшка была одета в домашний сарафан и пушистые тапочки и все персиковых тонов, а старшая конопатая двойняшка с пышными хвостиками, как ушки спаниеля, была в безразмерной футболке и шортах черных цветов с черепками. Из брутального стиля Зорины выбивались лишь пушистые носочки салатового оттенка с арбузами.       - Да, пока.       - УРА! Юпи, юпи, юпи! Диван, диван, диван! Кино, кино, кино!       - Ты не можешь тише радоваться, тебя маман скорее всего слышала.       - Ну и ладно. Зато мы остались с тобой в кое-то веке одни дома! Ура! Предки редко оба отсутствуют сразу, а тут такой подгон, второй раз на вторую неделю подряд. Погнали кино всю ночь смотреть?       - Да, давай. А что смотреть то будем? У нас там целый список сохраненок был. И что будем грызть, крыска моя?       - Я хочу Дом Винчестеров глянуть. А для закуси у меня есть заначка поп-корна и сладкого для тебя, и соленого для меня, а ты можешь пока налить чаю и достать сладости.       - Напомни жанр, - Без лишних возражений на счет еды, зеленоглазая Алиса приступила к приготовлению чая.       - Триллер, - Черноглазая Зорина отправилась на поиски своей заначки с поп-корном где-то в недрах кухонной гарнитуры.       - Ужастики? Не~ет, Зори, ты же знаешь я до ужаса не люблю ужастики!       - Ну мы же вместе будем смотреть. Одна бы я тоже на ночь глядеть что-то такое не стала, хоть я и люблю хоррор жанр. Сама потом всю ночь не смогла бы спать, но, во-первых, я уже сказала, мы будем вместе, а во-вторых, я клянусь, что после мы посмотрим что-нибудь из тех милых аниме, что ты обожаешь. Да того же Ханако.       - А можешь сначала романтику посмотреть, а после уже ужастики твои?       - Думаю, что все таки стоит сначала посмотреть что-то напряженное, - черноглазая красотка закинула одну из пачек с кукурузой в микроволновку и та зажужжала на фоне, - а после уже что-то позитивное, чтобы расслабиться.       - Ладно, но только мы будем смотреть со включенным светом.       - Нет, так вся атмосфера будет испорчена.       - Я отказываюсь смотреть твои ужастики в темноте.       - Хорошо, давай тогда ночники и гирлянды включим, чтобы свет хоть приглушенным был? А то иначе совсем не та атмосфера будет.       Кудрявая сверлила тяжелым недовольным взглядом сестру на протяжении нескольких невыносимо долгих секунд, но, поняв, что егоза с хвостиками спаниеля не поддается, капитулировала:       - Ладно.       Не прошло и получаса, как сестры уселись в зале за большим теликом на родительском диване вместе с едой и чаем на подносе. Зорина не первый раз настраивала технику дома, потому быстро управилась с включением нужного фильма с приставки.       Гирлянды мягко переливались разноцветными светлячками, отражаясь в стеклянных дверцах шкафа и делая тени в комнате живыми, почти дышащими. Основной свет был выключен, и теперь настоящими источниками освещения оставались гирлянды, пара ночников и экран телевизора — холодный, мерцающий, повествующий мрачную историю полную не столько ужаса, сколько драмы.       На экране медленно разворачивались события. Повествование всего фильма в целом было размеренное и обманчиво спокойное. Вся история так или иначе крутилась вокруг жуткого дома, кишащего живыми и не очень. Огромный, нелогичный, будто собранный из чьих-то тревожных снов: лестницы, ведущие в потолок, двери, открывающиеся в пустоту, бесконечные коридоры. Камера плавно скользила по темным деревянным коридорам, задерживаясь на странных деталях - гвоздях, вбитых крест-накрест, окнах, заколоченных изнутри. Достаточно большое экранное время крупным планом посвящалось диалогам главных героев, так как фильм пытался не столько запугать зрителя ужасами, сколько обманчиво успокоить и расслабить внимание, чтобы в неожиданный момент напугать в самых лучших традициях классических ужастиков со скримерами.       Алиса сидела, поджав ноги и обхватив их руками, почти полностью закутавшись в плед. Только ее рыжие кудри торчали наружу, как тревожный огонек. В руках она держала кружку с чаем, но уже давно не пила — просто цеплялась за нее, как за якорь. Зорина же сидела рядом более расслабленно: одна нога свисала с дивана, вторая поджата, пачка попкорна лежала у нее на коленях. Она смотрела в экран с вниманием, но без напряжения- скорее с интересом исследователя, чем жертвы.       На каждом скримере обе девушки испуганно вскрикивали и подскакивали, но, если зеленоглазая трусишка проклинала и сестру, и фильм на чем свет стоит, то черноглазая бравада смеялась и угорала не только над кино, но и над сестрой.       Так прошел добрый час, как на 01:01 минуте молодой дворецкий дома Винчестеров, идя по коридору, разговаривал с доктором Эриком Прайсом:       - Сэр, то, что мисс Мэрриот и её сына заперли лишь отсрочит неизбежное, - молодой дворецкий проводил дока до лестницы и, остановившись на углу, протянул руку, приглашая Эрика Прайса пройти вперед.       - А что же неизбежно? - доктор прошел мимо молодого мужчины и остановился только на лестнице, когда уже начал подниматься, чтобы развернуться и снова посмотреть на собеседника, как тот вдруг...       - Они все Винчестеры. Они все УМРУТ!!! - громкий звук с оглушающими басами прогремели, сопровождая ужасающее преображение молодого и красивого дворецкого в кого-то омерзительного, устрашающего и похожего на ожившего мертвеца.       - ААааА! - раздались женские крики в один голос.       - Да, Господи! Твою ж дивизию! - Алиса вновь была готова все бросить и уйти, пока Зорина заливалась смехом, - Иди к черту лжец-красавчик! И ты тоже вместе с ним!       Последняя фраза была адресована старшей огнегривой двойняшке, что так издевательски хохотала и не понятно над чем больше: над тупым скримером или над сестрой.       Но не прошло и минуты спустя последнего скримера, как свет во всем доме неожиданно потух, вместе с телевизором, погружая всю квартиру в кромешный, непроглядный и безмолвный мрак.       - ААа! Мамочки! Что случилось? - Кудрявая от нового приступа ужаса прижалась ближе к сестре.       - ааа~аа, ты думаешь я знаю? - Теперь и голос конопатой с хвостиками предательски дрожал, потому что ЭТО событие явно не входило в сценарий классического фильма ужасов. Они не на 5D, где весь зал призван напугать до усрачки. И этот факт пугал по настоящему, отчего даже у Зорины волосы на затылке зашевелились от ужаса.       - Не знаю, что произошло, но кажется света во всем доме нет, - первой себя взяла в руки старшая черноглазая, уже рыская руками по дивану в поисках сотового, - наверное пробки выбило. Пойдем посмотрим.       - Угу, скорее всего.       Зорина первой встала с дивана и, включив фонарик, пошла прямиком к входной двери, что вела на лестничную клетку с щитками. Алиса шла за сестрой буквально по пятам, держась позади. Младшая до ужаса была напугана, но сейчас и старшая испугалась не на шутку от такого неожиданного поворота событий, что явно не входил в сценарий сегодняшней ночи.       Свет фонарика резал тьму небольшим, слабым лучом, будто боялся сам того, что может в ней обнаружить. Стены казались дальше, чем обычно, потолок - выше на столько, что казалось местами тонул в глубинах мрака, а воздух - тяжелее, как перед грозой, только без всякого шанса на разрядку. Каждое их движение отзывалось глухим шорохом: ткань о ткань, носки о пол, дыхание - слишком громкое, слишком чужое в этой вязкой тишине. Алиса шла почти вплотную, цепляясь за футболку сестры, и ей казалось, что стоит отпустить - и темнота между ними тут же заполнится чем-то ещё.       Они проходили мимо знакомых дверей, но сейчас каждая из них выглядела как неправильная - чуть приоткрытая, чуть перекошенная, будто за ними кто-то мог притаиться. Фонарик скользил по ручкам, по косякам, по шкафам, по обоям, и тени от этих движений вытягивались, ломались, дёргались, словно не успевали за источником света. Ни звука. Ни скрипа. Ни шагов за спиной. И именно это отсутствие чего-либо начинало давить сильнее любого шума - как если бы квартира затаила дыхание вместе с ними. Большое зеркало в прихожей стало настоящим жутким порталом во мрак, сквозь которое сейчас можно было даже пройти в это тайное зазеркалье.       Когда они дошли до входной двери, Зорина остановилась первой. Черноглазая было потянулась к ручке и замку входной двери, но коснувшись, так и замерла. Свет упёрся в тёмную поверхность двери и не шел дальше, словно там заканчивалось пространство. Алиса тоже замерла, почти уткнувшись ей в спину. Они стояли так несколько секунд или минут, время будто расплывалось.       - Ты чего? Нам же нужно проверить и включить щиток.       - Тсс, - Зорина приложила палец к своим губам, призывая жестом сестру тоже шептать как можно тише, - Слышишь?       Кудрявая напряглась и с новым приступом тревоги вслушалась в гробовую тишину вокруг.       - Нет, ничего не слышу.       - Вот именно, - старшая очень выразительно посмотрела в зеленые глаза сестры и по спине обоих пробежал липкий холодок, пробирающий до самых костей и холодных потных ладошек.       Тихо. Очень тихо. Слишком тихо.       Наконец, обе одновременно поняли одно и то же - за этой дверью должно быть хоть что-то… звук жужжания старой лампочки накаливания, шаги, лифт, голоса других встревоженных соседей в конце концов. Но оттуда не доносилось ровным счётом ничего. Ни единого признака жизни. И это «ничего» было куда страшнее любой темноты позади них. Два сердечка истерически сжимались. Девушки не знали что делать. Логично было просто выйти на лестничную клетку, проверить сраный щиток и, если его просто вырубило, включить, да и дело с концом, но этот всепоглощающий страх не позволял подчиняться логичным доводам разума, ища опасность там, где ее может и не быть в помине.       Зорина встала на носочки и аккуратно взглянула в глазок: темнота, тишина, никого, весь подъезд был погружен в кромешный мрак.       - Что там? - с тревогой и дрожащим голосом поинтересовалась Алиса, с новой силой хватая сестру за футболку.       - Ничего. Буквально. И темно.       - Так может электричество во всем доме пропало? - сделала логичное предположение кудрявая, продолжая перешептывание.       - Может и так, только почему никого не видно и не слышно? Неужели никто не заметил пропажи электричества?       - Так ты время видела? - Зеленоглазая ткнула пальцем по экрану смартфона сестры, чтобы гаджет включился и отобразил время, - Уже первый час. Все нормальные люди спят в это время. Одни мы с тобой, две кукушки.       - Да неужели прям вообще больше никто не заметил?       Девушки стояли минуту, а может и несколько, вслушиваясь в мертвое безмолвие тьмы вокруг, пока старшая наконец не набралась смелости и не начала медленно поворачивать щеколду дверного замка. В последний миг, прежде чем открыть дверь, Зорина мельком глянула на Алису, ища поддержки сестры и после утвердительного кивка той, тихо и неспеша начала отворять дверь. Железные петли противно скрежетали, режа слух, когда вокруг стояла такая оглушающая тишина. Черноглазая аккуратно выглянула из-за двери в подъезд, чтобы оглядеться ожидая увидеть или услышать там что-то пугающее или опасное.       Как и ожидалось, в подъезде стояла такая же устрашающая темнота и тишина. Ни внизу, ни вверху не горел свет и ни души. Прежде чем выйти на лестничную клетку старшая надела тапочки и только после, крадущимся шагом на цыпочках стала медленно продвигаться к заветному щитку. До щитка оставался буквально шаг другой, как неожиданно громко по всему подъезду разнесся грохочущий скрип другой открывающейся входной двери: кто-то все тоже вышел в подъезд. Алиса и Зорина синхронно подскочили от испуга, а сердце уже получило микроинсульт. У обоих глаза были как пара блюдец, которыми они сразу уставились на друг друга, когда услышали чей-то хриплый голос. Зорина в моменте уже была готова бежать обратно в квартиру, но замерла, услышав недовольную мужскую ругань.       - Вы че издеваетесь?! - Где-то этажами выше на лестницу вышел мужчина, видимо также проверить свои щитки, когда его громогласное недовольство звучало на весь подъезд, - И че я теперь должен делать по вашему?! У меня программа на компе была открыта и работа, над которой я уже не первый день ебYсь!       Вдруг на несколько секунд он замолчал. Видимо разговаривал по телефону и слушал ответ собеседника на другом конце трубки.       - Технические работы?! А че так, сYка, вовремя, как всегда?! И сколько ваши работы п... Вы че угараете?! Мне уже завтра работу нужно в Питер отсылать. Почему вы заранее на подъезде объявление не вешаете рас у вас все через...       Незнакомец был в ярости. Пока мужчина ругался весь подъезд мог слышать его, но наконец железная дверь оглушительно грохотнула повторно, отрезая громкие возмущения недовольного бедолаги от всех остальных жильцов дома.       Пока сосед громко ругался на весь подъезд девочки даже успели успокоится. Зорина все таки дошла до щитка и, проверив пробки на их квартире, вернулась обратно. Дело было действительно не в них, потому что все было включено.       - Же~е~есть, видимо всё же какая-то авария случилась, рас так неожиданно свет во всем доме вырубился, - Алиса ободряюще улыбалась, пытаясь успокоить то ли себя, то ли сестру.       - Трындец, я чуть там на месте не закончилась, - черноглазая закрыла обратно входную дверь, - когда он своей парадной дверью хлопнул со всей дури, думала на месте откинусь.       - Хи-ха, а делаешь вид, что тебе никогда не страшно.       - Да перестань ты, - конопатая с хвостиками, продолжая фонариком на телефоне освещать всё впереди, обошла сестру и направилась по коридору обратно в зал, - одно дело хоррор игры и фильмы, там страх совершенно безопасен, если нет проблем с сердцем, а тут реально что-то жуткое могло произойти. Конечно, в реальности если страшно, но это уже совсем не весело.       - Ты тоже трусишка, просто признай... - кудрявая подтрунивала над сестрой, хоть и с любовью, пока безмолвие квартиры не нарушил какой-то звук.       Они обе мгновенно замолкли. Не сговариваясь, они просто остановились посреди коридора. Синхронно. Застыли. Звук был таким тихим, что его почти можно было принять за игру воображения. Что-то вроде мягкого, протяжного шороха — будто ткань скользнула по полу… или кто-то провёл рукой по стене. Но теперь звуки оборвались так резко, будто их кто-то выдернул из воздуха, как питание из розетки.       Фонарик в руке Зорины дрогнул, вторя испугу хозяйки, выхватывая из темноты кусок стены, угол шкафа… пустоту. Девушки медленно втянули воздух, стараясь не дышать лишний раз. Сердце билось где-то в горле, отдаваясь в висках глухими ударами. Теперь обоих накрыл неподдельный древний ужас перед чем-то что ты не ведаешь.       Они переглянулись, и в этом взгляде они читали взаимно одно и то же - ты тоже это слышала?       Секунда. Другая. Тишина вернулась - густая, липкая, как будто ничего и не происходило. Зорина медленно снова повернула голову в сторону тёмного коридора, откуда, как им обеим казалось, пришёл этот… шорох. Луч фонарика дрогнул, описал неровную дугу по стене, по полу… и остановился в пустоте.       Ничего. Тишина.       Как вдруг звук повторился.       Чуть ближе. На этот раз уже нельзя было ошибиться. Не скрип. Не щелчок. Не бытовой шум. Что-то… живое.       В глубине темноты, там, где свет уже почти не доставал, появились две точки.       Два огонька. Жёлтые. Тёплые. Нереальные.       Они вспыхнули в глубине коридора — на уровне, куда не дотягивался луч фонарика. Не отражение. Не отблеск. Они светились сами по себе, как биолюминесцентные, неподвижно глядя прямо на них. Это было что-то высоченное, нереальное.       А потом… эти «лампы» медленно моргнули, а высоченный силуэт во мраке двинулся в их сторону.       - ААААА...!!!       Визг вырвался сам - резкий, надломленный, такой, что горло сразу сжалось от боли. Зорина, что стояла впереди, инстинктивно развернулась в противоположную сторону от пугающего и незваного нечта, да так резко и быстро, что налетела на такую же напуганную Алису, отчего обе попятились назад. Он к ним , они от него.       Как вдруг, сюрпризы на этом не были закончены -       - Надо же~, какая встреча, - Голос игривый насмешливый возник совсем рядом. Слишком рядом. Обернувшись, девушки увидели в темноте с другой стороны еще одну пару в этот раз изумрудных лампочек.       - А можно и мне с вами?       - ААААА...!!!       Ещё не осознав, что тут происходит девушки завизжали с новой силой.       Неожиданно громадная фируга с золотыми лампочками вместо глаз двинулась. Быстро. Слишком быстро для своего роста. Рывком. Миг и в следующую секунду он уже был рядом. Холодные большие руки сомкнулись на теле Алисы прижимая к себе резко, почти судорожно. Она даже не сразу поняла, что произошло. Только почувствовала, как ноги оторвались от пола за долю секунды. Как чужое тело оказалось слишком близко, слишком плотным… слишком реальным для кошмарного видения.       — ААААаа, ГОСПОДИ, БЛЯТЬ, ОТПУСТИ!!! ТЫ ЧТО?! — голос Алисы сорвался на истерический крик, слова вылетали вперемешку, ломаясь, чужие и непривычные для неё самой. Она билась, вырывалась, но хватка была железной.       Зорина с еще одним приступим истошного визга отшатнулась от незваной высоченной фигуры, что схватила Алису на руки, отчего врезалась во второго незваного зеленоглазого гостя. Крепкие мужские когтистые руки схватили черноглазую за предплечья. Она задергалась, в попытке вырваться, но хватка была смертоносная.       - ЁБУШКИ-ВОРОБУШКИ! ПЬЕРО! БЛЯТЬ! АРЛЕКИН! ВЫ ЗАЧЕМ ТАК ДЕЛАЕТЕ?! - Алиса уже не кричала, она срывалась в истерику, захлёбываясь, пытаясь вырваться из чужих рук.       А Зорина… Зорина вдруг согнулась пополам. Содрогнулась на коротком рваном выдохе. Потом ещё раз. И вдруг её накрыло.       - Ха-ха-ХА-ХА-ХА-ХА-.... - смех вырвался наружу громкий, ломающийся, совершенно неконтролируемый. Она осела на корточки прямо в коридоре, закрывая лицо руками, задыхаясь, смеясь до слёз, до боли в груди, до хрипоты.       Гомерических, истерических, почти безумный хохот Зорины продолжался так продолжительно и громко, что на нее уже посмотрели все три пары глаз.       - Вы, ха-ха, что, ха-ха-ха, совсем, ха-ха, ебанулись? Ха-ХА-ХА-ха! Вы как, блять, проникли, ха-ха-ха... - у Зорины была натуральная истерика от комичности и абсурдности происходящего.       Арлекин и Пьеро собственной персоной. Зеленоглазый брюнет скалился во все зубы, продолжая держать конопатую за предплечья. Довольный~... своим эффектным появлением. Блондин с янтарными глазами не разделял восторга зеленоглазого собрата, потому что был сам не на шутку встревожен его же присутствием. Златоглазый шут в красном планировал этой ночью полюбоваться своей прекрасной госпожей, пока та спит, но, не найдя Алису в кровати, не на шутку напрягся. А стоило ему увидеть в поле зрения ненавистного конкурента, так и сам по настоящему испугался, только не за себя, а за свою леди, отчего и сграбастал ее на руки без задних мыслей.       - Боже, вы чё, офанарели так незаконно в чужое жилье проникать?! - когда Алиса поняла, что ее всего лишь взял на руки ее милый Пьеро, она немного подуспокоилась, - Не первый раз уже просим, приходите через дверь!       Пьеро состроил очень виноватую моську, потому что искренне сожалел о том, что так сильно напугал свою леди. Кудрявая, увидев грустные глаза красного шута, смягчилась и почти расслабилась.       Зорина на фоне уже буквально умирала от приступа смеха и нехватки кислорода. Некоторые теряют сознание от шокового испуга, другие начинали бесконтрольно икать или заикаться, а у Зорины был мощнейший приступ гомерического хохота. Голова ее уже кружилась, а сделать нормальный вдох буквально не получалось.       - Эй, киса, я, конечно, восторжен таким бесподобным эффектом своего появления, но ты сейчас отключишься, если не сделаешь нормальный вдох.       После слов Арлекина, начали переживать уже и Алиса с Пьеро.       - Зоришь, сестренка ты в норме? - Кудрявая уже начала всерьез переживать за сестру.        Она подошла ближе к черноглазой и присела рядом с ней на корточки, когда шут в красном наконец поставил ее на пол. Но Зорина продолжала содрогаться, уже не в силах нормально смеяться.       - Зори, посмотри на меня, - зеленоглазая обхватила лицо сестры руками, чтобы та посмотрела ей в глаза, - сделай глубокий вдох и задержи дыхание.       - Пф..., ХА-Ха-хА... это, ха-ха-ха, пиздец, ха-ха-ха!!!       - Зорин, ты уже красная как рак, тебе нужно успокоится.        Но слова сестры не помогли и девушка начала содрогаться с новой силой и волной хохота.       - Отойди ка, куколка, у меня есть один эффективный способ, - кудрявую девушку подвинул за плечо Арлекин, присаживаясь рядом на колено.       В следующее мгновение Зорина и вовсе забыла как дышать, прерывая весь приступ смеха на корню. Пылко с голодом кудрявый брюнет покрывал розовые губки черноглазой красотки. Зеленый змеиный язык нагло вторгался в ротик девушки, выбивая из нее остаток духа. В первое мгновение она просто опешила от такой наглости, а когда большой раздвоенный язык, жадно облизав губы, нагло проник в ее рот, зажмурилась, банально забыв и про смех, и про дыхание, и про сестру, и про Пьеро, и про то, что было до.       Алиса на столько опешила от решительности зеленоглазого брюнета, что так и застыла как живая пародия на "Крик" Эдварда Мунка. Клоун в красных одеждах от ужаса содрогнулся всем телом, а выражение лица-маски стало нечитаемым, и в следующую секунду направился к ним, намереваясь прервать наглость зеленого ловеласа, но кудрявая девица остановила его, цепко поймав за штанину.       Пока они целовались, весь окружающий мир для этих двоих просто перестал существовать. Сердце Зорины уже успело вознести в небеса от восторга и провалиться в бездну отчаяния от невозможности происходящего. А Арлекин просто наслаждался столь желанным теплом от столь желанной женщины.       Наконец, конопатая красотка с хвостиками уже начала возмущенно стонать и отталкивать кудрявого брюнета, ощущая такую сильную головную боль и дичайший звон в ушах. Еще немного и она реально потеряет сознание от нехватки кислорода.       - Мха~а, ах~, хах, - черноглазая с неистовой жадностью глубоко и громко вдыхала желанный воздух, когда Арлекин, наконец, с неохотой разорвал французский поцелуй, не заботясь о том, как могут звучать ее стонущие вздохи для прочих зрителей, - вы точно, хах, смерти моей хотите, ах...       - О, нет, милая, ни в коем случае, - Зеленоглазый брюнет все это придерживал дрожащую ослабевшую девушку за плечи, не позволяя той совсем свалиться и отстраниться, - Я ведь тогда не смогу больше попробовать на вкус твой экстаз.       Зорина ошарашенно уставилась на Арлекина, не зная как вообще реагировать на подобное заявление.       - Я тут вообще-то чуть коньки реально не отбросила от от приступа истерического смеха, а ты хочешь ещё раз это повторить? Ты больной. Я жить хочу!       - Ещё никто и никогда так не реагировал на меня, - голос Арлекина стал низким, шепчущим, вкрадчивым и ещё более игривым, когда его лицо озарила самая очароваться и лишь слегка насмешливая ухмылка, - Предо мной кричали от ужаса, блаженно воздыхали, пыхтели яростью, но ещё никто и ни разу не умирал от смеха. Это в сто крат приятнее самых громких оваций.       Сердце черноглазой красотки пропустило удар от такого неожиданного, сомнительно, но искренне комплемента. Никому ещё не нравился слишком громкий и через чур звонкий смех конопатой красотки, да на столько, чтобы ей вместо замечания, сказали столь теплые слова. Неожиданно, но слова брюнета запали ей в сердце, отчего последнее нежно заныло.       - Зорин, ты как, уже лучше? - в столь интимную и личную ситуацию вмешалась Алиса, отчего Зорина мгновенно смутилась, осознав где она и что происходит.       - Да~а, простите, что заставила волноваться. Эта моя защитная реакция. Когда я испытываю какие-либо очень сильные эмоции я начинаю бесконтрольно смеяться. Даже когда горько плачу, могу начать истерически хихикать, даже на самом деле нет ни единого повода для здорового смеха. Отца нашего это очень напрягает, впрочем как и многих других, но я не могу это контролировать. Простите.       Девушка окончательно потупилась и стыдливо опустила глаза.       - Не нужно за это извиняться, Зорь. Каждый на этом свете со своими странностями и причудами. Тебе не нужно переживать на этот счет. Главное, чтобы эти приступы реально не угрожали твоему здоровью, а то ты никогда так ещё на скримерами не хохотала.       Алиса под конец ободряющей речи очень тепло улыбнулась и Зорина окончательно расслабилась.       - А теперь, давайте вернемся в комнату, а то на полу в коридоре как-то жестко и холодно сидеть.       - Пф, да уж, я то думала сюрпризы на вечер уже закончились, а тут вы появляетесь, как черти из табакерки.       Сестры проследовали в зал почти на автомате - всё ещё на остатках адреналина, с подрагивающими руками и слишком громкими для тишины голосами. Зорина, не выпуская телефон, метнулась в комнату и вернулась с парой ночников на батарейках. Тёплый рассеянный свет разлился по комнате, вырывая из мрака знакомые очертания: диван, поднос с уже остывшим чаем, чашки поп-корна, мебель, окно, что стало еще одним источником света помимо садящегося телефона Зорины и пары детских игрушечных светящихся ночников в форме тыквы и солнышка.       - Вот это называется законом подлости! - возмущалась черноглазая с хвостиками, усаживаясь на диван, что уже облюбовали незваные гости вместе с Алисой, - вечер, когда мы могли безнаказанно смотреть кино полночи, нам вырубили электричество. Ну вот что за вселенская несправедливость? Мы даже фильм не досмотрели!       — А я вообще-то теперь не смогу посмотреть ни фильм, ни аниме обещенное, ни вообще жить спокойно, — Зеленоглазая сначала выразительным и осуждающим взглядом осадила сестру, а после переключилась на белокурого в красном колпаке, — Потому что у меня перед глазами до сих пор эти желтые глаза стоят! Они мне теперь в кошмарах снится будут.       Пьеро, сидящий рядом с ней, слегка наклонил голову и виновато потупился. Его золотые глаза в мягком свете ночников уже не казались чем-то потусторонним - скорее тёплыми, внимательными и нежным. Он осторожно коснулся пальцами руки Алисы, будто спрашивая разрешения, и, получив его, переплёл их пальцы, прильнув к ней всем телом поближе. Все это напоминало огромного провинившегося кота. Затем тихо, почти еле слышно он выдохнул в Алису, обнимая ее крепче:       - Прости.       Кудрявая девчушка шумно вздохнула, но руку не убрала и ластящегося Пьеро не оттолкнула:       - Ладно… но в следующий раз — через дверь.       - И желательно днём, - подхватила инициативу сестры черноглазая.       - И с предупреждением за сутки.       - А еще лучше за неделю.       - О, милая, тогда какой же это будет визит? - лениво протянул Арлекин, устроившись рядом с Зориной и явно не собираясь держать дистанцию. - Никакой драмы, интриги, сюрприза, никакого эффекта. Лишаете нас всего удовольствия.       - Я тебе сейчас все зубы пересчитаю, - беззлобно отозвалась Зорина, но её губ предательски улыбались, - тоже для драмы и эффекта неожиданности.       - Фу, Зорина! - наигранно возмутилась ее сетра.       Разговор постепенно выровнялся. Напряжение уходило, уступая место странному, почти нереальному ощущению уюта. Они ещё какое-то время обсуждали произошедшее - недосмотренный ужастик, незабываемое появление мужика в подъезде, фееричное появление двух шутов - перескакивая с возмущения на смех и обратно. Потом темы сменились сами собой - случайные, лёгкие, бессвязные. Слова текли, как тёплый чай: уже не для вкуса, а просто чтобы было.       Со временем Алиса стала участвовать в беседе всё тише и реже. Она легла на бок и невольно оказалась ближе к Пьеро и, уткнувшись лбом ему в плечо, сначала просто замолчала, а после, незаметно уснула. Её дыхание выровнялось, стало глубоким и спокойным. Пьеро почти сразу это заметил. Он чуть изменил положение, аккуратно обнимая её, осторожно, но крепко, словно боялся, что она исчезнет, если отпустить.       Зорина наблюдала за этим, тихо усмехнувшись.       - Смотри-ка, - прошептала она единственному собеседнику, что мог ей до сих пор спокойно отвечать, - уже приватизировал.       - Завидно? — шёпотом отозвался Арлекин у самого её уха.       Она фыркнула, но не отодвинулась.       Разговор между ними продолжился - уже тише, медленнее, обрывками. Пьеро вскоре тоже уснул, не разжимая объятий. Иногда во сне он чуть сильнее притягивал Алису к себе, и Зорина, заметив это, едва слышно хихикала, прикрывая рот ладонью. Кудрявый брюнет в своем классическом репертуаре продолжал подтрунивать и насмехаться над "влюбленным" дурачком и также глупо, как влюбленный, подкатывать к Зорине.       Арлекин всё это время не замолкал окончательно. Его голос стал ниже, мягче, почти убаюкивающим. Он говорил что-то вполголоса, больше для неё, чем для смысла. И сам не заметил, как оказался совсем близко с черноглазой красоткой, почти вплотную. Его рука скользнула ей за спину, удерживая, не давая отстраниться… и она не отстранилась, то ли потому что уже была почти в царстве Морфея, то ли потому что действительно ничего не имела против внимания зеленоглазого брюнета.       Зорина отвечала всё реже. Слова путались, становились короче, пока не исчезли совсем. Девушка непроизвольно поджала ноги и уткнулась головой в его торс. Дыхание стало ровным.       Она тоже уснула.       Оставшись один на один со своими мыслями, зеленоглазый брюнет ещё какое-то время не двигался. Просто смотрел. Слушал. Запоминал. В этой тишине не было места страху или голоду охоты, а вокруг витало тёпло, уют и безмятежность, что-то так сильно напоминающее нежность - густое, как молоко с медом, почти домашнее. И он позволил себе редкую роскошь - по настоящему расслабиться и не играть.       В конце концов, почти неосознанно, он притянул конопатую огнегривую красотку чуть ближе. И тоже закрыл глаза.       Так кромешная темнота, что ещё час назад казалась безнадёжной и чужой, стала укрытием. Большой диван превратился в беспорядочное, но уютное гнездо из подушек, пледов, мягких игрушек и прижимающихся друг к другу в поисках желанного тепла тел. Здесь больше не было страхов, только нежность, дыхание рядом и тихая, живая тишина. В эту ночь квартира больше не казалась мрачной и пустой. Во истину, доброй ночи и сладких снов.