В каждой тьме найдётся свет.

Одной июльской ночью над Санкт-Петербургом разверзлись небеса. Ливень начался ещё в обед, но с каждым часом усиливался всё сильнее. Улицы постепенно опустевали. Все жители столицы прятались по домам. Буквально пару часов назад в тёплом доме наконец смог спрятаться от непогоды Смолокуров Тарас Петрович. День на службе выдался тяжёлым, а тут ещё и этот дождь из-за которого он вымок до нитки. Настроение было отвратительным, ровно до тех пор пока он не увидел любимую супругу. Смолокурова Анастасия Андреевна, на своё счастье, сегодня осталась дома и встречала мужа с нежной улыбкой. Не успела она забрать у него даже фуражку, как по всему дому разнёсся радостный возглас и топот ног. – Пааапаааа! Голубоглазая девчонка бросилась к отцу, но успешно была перехвачена матерью. – Нет нет нет, mon ange [1], погоди немного, смотри какой папа мокрый, давай дадим ему переодеться, – с улыбкой и нежностью в голосе произнесла Анастасия. – Нееет я хочу к папе! – возмутилась девчушка, нахмурившись и сложив руки на груди, как в спорах с отцом всегда делала мама. Трёхлетняя Смолокурова Ярина Тарасовна хоть и была внешней копией отца, характером пошла в мать и с самого детства не упускала возможности продемонстрировать это, что каждый раз забавляло Тараса. – Ну ну, не хмурься любовь моя, – с улыбкой произнёс Тарас, щёлкнув дочку по носу. – Дай мне пять минут и я весь твой. – Правда-правда? – Правда-правда, – улыбнулся Тарас и отправился в спальню. Настроение более не было омрачено тяжёлым и дождливым днём. Впрочем так было всегда, компания жены и дочери всегда радовала его. Рядом с ними все проблемы казались несущественными. Они были для него смыслом жизни, его самым главным достижением и самым большим счастьем. Переодевшись, Тарас отправился исполнять своё обещание. Пока Анастасия накрывала на стол, в гостиной разворачивалась целая кукольная драма. Сразу после ужина Смолокуров отправился укладывать дочурку спать. Однако та не спешила засыпать. Она рассказывала папе всё, что произошло с ней за целый день, параллельно перебирая пальцы отца своими маленькими ручками. Выпросила у отца сказку и под его тихий, умиротворяющий голос, заснула. Ещё некоторое время после, Настя с Тарасом провели вместе. Тарас рассказывал о том, как его все за день утомили, а Анастасия, обнимала его и успокаивающе гладила его по спине. Они легли спать незадолго до полуночи, когда вдалеке послышались первые раскаты грома. Вскоре гром дошел и до них, а мрак комнаты озарился светом грозы. Спокойный сон прервался детским плачем. – Я подойду, – сказала Настя, поднимаясь с постели. Она зажгла свечу, стоявшую на прикроватной тумбе и направилась к дочери. – Mamour? [2] Тише, всё хорошо, не плачь, mon ange. Поставив свечу на прикроватную тумбочку, Настя присела на край кровати и обняла дочку. – Мне страшно. – Ничего, я тоже в детстве боялась грозы. И когда мне было страшно, мама всегда обнимала меня крепко-крепко вот так, – Настя обняла дочку и слегка усилила хватку, демонстрируя крепкие объятия. Ярина засмеялась, а Настя продолжила, – а потом пела мне колыбельную и я засыпала, забывая о грозе. – А ты споёшь мне мама? – Конечно спою, ложись. – Настя легла рядом с дочерью и запела: «Баю баюшки баю, я тебя уберегу, Ночь уйдет – придет рассвет, Прочь кошмар и страхов нет. Спи, мой ангел, засыпай, Сон уносит прочь печаль. Страх не властен над тобой. В сердце сила и любовь.» Увидев, что дочка заснула мирным сном, Настя замолчала и поцеловав малышку в лоб, встала с постели. – Господи, Тарас! –испугавшись произнесла Настя, – Ты почему не спишь? Тарас стоял облокотившись о дверной проём и улыбаясь, с нежностью смотрел на жену. – Хотел убедиться, что Яриша уснула, – Тарас подошел к Насте и приобняв её, посмотрел на спящую дочь. – Ты очень красиво пела, тебе определённо стоит делать это чаще. И колыбельная очень красивая, ты сама сочинила? – Спасибо. Эту колыбельную мне пела мама. Правда это лишь начало, но Яре и этого хватило. – Думаю она с радостью дослушает её в другой раз. А я с удовольствием послушаю, – сказал Тарас, поцеловал дочь и подоткнул её одеяло, а затем в обнимку с Настей вышел из комнаты. – Что ж, я подумаю над этим предложением, – улыбнулась Анастасия. Их шаги вскоре стихли, единственная свеча погасла и в доме воцарилась тишина. Дождь вскоре закончится и к утру уже вовсю будет светить солнце. Ярина и не вспомнит о ночном кошмаре, приснившемся ей из-за грозы и о страхе который испытала. Но запомнит каждое поглаживание мамы по волосам, её запах, объятия. Запомнит каждое слово её колыбельной, которую конечно же наутро потребует целиком и обязательно услышит следующей ночью, засыпая между родителями. И услышит её ещё не раз, как от матери, так и от отца. В спокойные и беспокойные ночи они по очереди будут петь ей, а потом её брату и сестре, не дав колыбельной забыться. Ярина действительно сохранит её в своём сердце и первая из детей Смолокуровых, передавая любовь подаренную ей родителями, споёт колыбельную своим детям также как ей в ту мрачную ночь спела мама. Колыбельную благодаря которой, страшная для маленькой девочки, грозовая ночь, навсегда стала светлым воспоминанием о родительской любви, заботе и поддержке. [1] – мой ангел (с фр.) [2] – моя любовь (сокращение с фр.)