Пластырь, память и печенье

Зелёные глаза впёрлись в дверь, уши чутко улавливали каждый звук. Да, чтобы напакостить, приходилось знать расписание чёртового соседа! Нет, Ахав не глуп – Ахав очень даже наблюдателен. Только слепой не заметит: все попытки выселить здоровенного детину оканчивались провалом. И ладно, если бы не... «Кент, хватит лазать ночью в холодильник». Можно простить что угодно (нет), но запрет на ночной жор переходит все границы. Терпеливое ожидание мести окупится... «Долго он у этого докторишки. Пора вернуться и делать проект, вечно я должен напоминать... Наконец-то!». Звуки негодования трепетали дьявольскую натуру. Ахав медленно поднялся с кровати, неспеша подошёл к двери и звякнул вставленным ключом. — Открывай, Кухул! — барабанил Какуку. Разозлился, прекрасно! — А где пароль? — лыбится юноша. Неповторимому дают только правдоподобную и вкуснейшую лесть, и то слишком приторную не проглотят. Какуку вздохнул и запустил свободную пятерню в розовые волосы. С ним живёт ребёнок, честное слово. Милый, когда вредничает, ребёнок. — Я переведу, кент. Резко выглянула счастливая мордашка. — Да ладно! И тут же получила щелбан в лоб. Ахав зарычал, но пропустил. Хвостом последовал за соседом, изучая пакеты. Овсяное печенье с шоколадными каплями... Грехом будет не съесть его этой ночью. Оставшийся день прошёл как обычно, но происшествие с ножом стоит внимания. Блондин резал помидоры, и вдруг вспомнил, что ими швыряются в позорников. И стал развивать эту мысль: презрение слишком мягко, надо выражать кирпичом. На глумление над знакомым лезвие проехалось по пальцы, оставив порез и стекающую кровь. Ахав лизнул рану и включил воду. Рядом возник Какуку. Он внимательно всматривался; потом хмыкнул и оттащил соседа, несмотря на шумное сопротивление. — Да что тебе надо?! Надоел! — Ахава толкнули на кровать, и гневная тирада поутихла. — Я от такой царапинки не помру, а тебе лишь бы в старшего брата играть. — Сиди на попе равно, мелкий — подхватил розоволосый, доставая из аптечки йод, ватные палочки и пластырь. — Какой мелкий?! Я на три месяца старше – представляешь разницу? — В детстве мало каши ел — сей серьёзный упрёк был недостоин сознания Кухула. Оранжеватая жидкость вгрызлась в кожу, вызывая болезненные ощущения. Дуновение из чужих уст успокоило шипение, а борозду спрятали за целебным материалом. — Не загноится — пояснил Какуку и улыбнулся. Ахав смотрел на нарисованную сто лет назад рожицу и размышлял. Он вспомнил название бесячей черты соседа – "лезть с непрошенной заботой". Компьютер долго грузит? «Можешь работать с моего, кент». Сломались очки? «Давай починю». А в прошлом году вообще весь день маячил перед взором! Одна вредная девица закинула толстовку на шкаф. До рукава недоставало пары миллиметров – всё из-за высоты полки. А чертыхания привели чёрта, который любезно взял и протянул одежду. — Слабо́ попросить? — комментирует Какуку. — Никто не просил, идиот — Ахав вырвал кофту и убежал, даже не поблагодарив. Ага, станет он снихождать! Дождь усилился. Юноша стоял под козырьком входа, перекатывая во рту леденец и прикидывая степень намокания. Капюшон не спасёт... Но Кухул перешагивает границу и быстрым шагом топает до общежития. <...>