Необычное сочетание.

***

      Студия интернет-шоу дышала дорогим глянцем и неоном. Влад сидел в кресле, расслабленно откинувшись на спинку, сказывалась привычка держать осанку под прицелом десятков камер. Напротив него устроился ведущий, чья репутация «главного провокатора спортивной журналистики» шла далеко впереди него. Поговорив пятнадцать минут о контенте и судействе, журналист хитро прищурился и перевернул страницу планшета. — Влад, давай снимем маски, - начал он, вкрадчиво понизив голос. — Твой союз с Ильёй Малининым и Петей Гуменником – самая обсуждаемая тема в кулуарах. Вы все трое – безоговорочные лидеры, супертопы, каждый со своим уникальным стилем и амбициями. И при этом вы делите один дом. Как вы уживаетесь на одном льду и в одной... постели? Спортсмены такого уровня страшные эгоисты. Неужели нет подсознательного желания доказать дома, кто из вас сильнее, если на льду судейские оценки распределились иначе? Напряжение после стартов не взрывает ваш быт? Влад внутренне подобрался. Его взгляд стал чуть холоднее, но голос остался ровным: — Мы умеем разделять спорт и то, что происходит за порогом катка. Дома мы не соперники. Ведущий разочарованно хмыкнул. Ему нужен был скандал, и он решил зайти с другой, более интимной стороны, рассчитывая задеть парня за живое. — Хорошо, но есть же и другие нюансы. Илья хоть и тренируется сейчас в основном здесь, с вами, но всё-таки иногда улетает на сборы в США. Вы остаётесь вдвоём с Петром. В тусовке шепчутся, что в эти периоды ваша динамика сильно меняется, а когда Илья возвращается, вам с Петей приходится подстраиваться под его график и характер. Каково это, постоянно балансировать между двумя такими сильными личностями? Кто в вашей паре задаёт правила, а кому приходится идти на компромисс, чтобы этот союз вообще существовал? Каждое слово было тонко просчитанной провокацией. Этот человек пытался найти трещину там, где её никогда не было, выставляя их глубокие, осознанные чувства какой-то сложной логистической схемой, где кто-то обязательно должен ущемлять себя. — Наш союз касается только нас троих. И правила в нём устанавливаем мы, а не слухи в тусовке, - отрезал Влад. — Но согласись, это звучит красиво только на словах, - ведущий снисходительно улыбнулся, идя ва-банк. — Три амбициозных одиночника под одной крышей. Кто-то неизбежно чувствует себя на вторых ролях, когда двое других ловят волну хайпа. Тяжело держать планку и соответствовать друг другу, зная, что любой ваш шаг под микроскопом? Не боишься, что в какой-то момент эта конструкция просто рухнет из-за чужих амбиций? В студии повисла тяжёлая, звенящая тишина. Операторы замерли, предвкушая горячий эксклюзив. Влад молча посмотрел ведущему прямо в глаза. Ни тени растерянности или обиды, только жёсткая, обжигающая уверенность человека, который точно знает себе цену и на льду, и в жизни. — Интервью окончено, - спокойно, но так, что у ведущего пропала улыбка, произнёс Влад. Он не суетился. Спокойным, точным движением отцепил петличку микрофона от воротника худи и хладнокровно опустил её на стеклянный столик. Пластик хлёстко звякнул. Влад поднялся, развернулся и ровным шагом пошёл к выходу из съёмочного павильона. — Влад, подожди! Мы можем вырезать этот кусок! - донеслось в спину от продюсера, но Дикиджи даже не обернулся. Он забрал куртку, вышел на свежий воздух и выключил телефон. Дома пахло заваренным кофе и свежей выпечкой. Влад тихо закрыл дверь, сбросил кроссовки и устало прислонился спиной к стене, переводя дыхание. На кухне послышалось движение, и через секунду в прихожую вышел Петя с полотенцем в руках, а следом за ним из комнаты появился Илья, на ходу завязывая шнурок на домашних штанах. — О, Владос? - Илья удивлённо вскинул брови, глядя на часы. — Ты чего так рано? Твой агент уже оборвал нам все телефоны, говорит, ты ушёл посреди съёмки. Петя промолчал. Он просто шагнул ближе, мгновенно считывая опасную концентрацию злости в глазах Влада и то, как напряжены его плечи. Гуменник аккуратно положил ладони ему на плечи, слегка сжимая. — Влад. Что там произошло? — Да этот... интервьюер решил поиграть в психолога, - глухо, стараясь сдержать остатки закипающего гнева, заговорил Влад. — Начал копаться в нашей жизни. Спросил, не дерёмся ли мы за медали в постели и не переносим ли злость со льда домой. Потом приплёл твои редкие командировки в Штаты, Илюх. Заявил, что пока тебя нет, мы с Петей живём по одним правилам, а когда ты приезжаешь, подстраиваемся. Стал высчитывать, кто у нас лидер, а кто на вторых ролях и чьи амбиции первыми разрушат нашу семью. В ту же секунду атмосфера в прихожей изменилась. Илья, который секунду назад выглядел абсолютно расслабленным, мгновенно подобрался. Его голубые глаза недобро сузились, а в голосе прорезался тот самый ледяной металл, с которым он выходит на самые сложные старты. — Он вообще берега попутал? - процедил Малинин, шагнув вперёд. — Кто ему дал право этот бред нести? Дай мне номер этого продюсера, я им такую конструкцию устрою, они свои камеры до конца сезона не соберут. — Илья, остынь, подожди, - мягко, но строго остановил его Петя, переведя весь свой тёплый, поддерживающий взгляд на Влада. — Ты как? Что ты ему ответил? Влад посмотрел на них двоих. На Илью, готового прямо сейчас разнести эту студию в щепки, и на Петю, чьё спокойствие всегда действовало как надёжный якорь. Его парни. Сильные, уверенные, равные ему во всём. Те, кто никогда, ни на секунду не заставлял его сомневаться в их чувствах. — А что я? Я снял микрофон, бросил на стол и вышел, - Влад наконец улыбнулся, шагнул вперёд и крепко притянул парней к себе, замыкая их троих в надёжные объятия. Он уткнулся носом куда-то между плечом Ильи и шеей Пети. — Я не стал это дерьмо слушать. И никогда не стану. Пусть оценивают наши прыжки, разбирают программы, спорят о баллах и компонентах – это их работа, мне плевать. Но я никому, слышите? Ни одной твари в этом мире не позволю совать нос в наш дом и говорить плохо о нашей семье. Илья крепко, до хруста, обнял его в ответ, утыкаясь подбородком в его плечо. — Всё правильно, детка. Пошли они все к чёрту со своими рейтингами. Петя бережно погладил Влада по спине, прижимаясь щекой к его макушке, и тихо выдохнул: — Ты всё правильно сделал. Наш дом – это только наше пространство. Мы гордимся тобой. — Так, - Илья первым отстранился, и на его лицо вернулась привычная, чуть наглая улыбка, хотя глаза оставались серьёзными. — Раз уж ты пришёл рано... Петь, выключай свой кофе, давай чай пить. Будем отогревать нашего защитника. А те, кто пытается высчитать, кто у нас на вторых ролях, пусть смотрят на табло соревнований и завидуют молча. Нам втроём слишком хорошо.