Необычное сочетание.

***

      После изматывающей многочасовой тренировки на льду их общая квартира казалась настоящим островком спасения. Тяжёлые прокаты, падения, строгие замечания тренера — всё это осталось за дверью. Пётр вальяжно раскинулся на широком диване в гостиной. Он уже успел переодеться в мягкие домашние штаны и просторную футболку, и теперь лениво наблюдал за заходящим солнцем. Вдруг на него накатило — резко, до покалывания в кончиках пальцев. Это был тот самый неконтролируемый, огромный прилив нежности, когда внутри всё так сильно переполняется любовью к своим мальчикам, что её нужно срочно, сию же секунду выплеснуть наружу. Долго ждать «жертву» не пришлось. Из коридора, тихо шаркая носками по паркету, показался Влад. Он выглядел невероятно домашним: волосы после душа слегка пушились и вились на концах, а огромная толстовка забавно скрывала его хрупкую фигуру фигуриста. Как только Влад поравнялся с диваном, Петя среагировал молниеносно. — Попался! - весело промурлыкал Пётр, ловко перехватывая парня за талию. Одним мощным, но бережным движением он утянул растерявшегося Влада на себя, усаживая прямо к себе на колени. Не дав тому опомниться, Петя обхватил его лицо своими большими, тёплыми ладонями, бесцеремонно, но так ласково сжимая щёчки. — А кто это тут у нас такой хороший ходит? - сладко заворковал Петя, начиная ритмично и мягко покачивать голову Влада из стороны в сторону. — Кто мой самый лучший мальчик, а? Ну-ка посмотри на меня. Самый сладкий малыш, мой котик! Влад мгновенно залился ярким румянцем от кончиков ушей до самой шеи. Такая внезапная атака нежности застала его врасплох, но на губах сама собой расплылась смущённая, абсолютно счастливая улыбка. Пытаясь справиться со стеснением, Влад опустил взгляд и принялся аккуратно, застенчиво ковырять пальцами край петиной футболки, полностью отдаваясь в чужие руки и позволяя тискать свои щёки, как пуховые подушки. Петя не удержался и звонко чмокнул Влада прямо в кончик покрасневшего носа. На эти странные, приглушённые воркующие звуки и тихую возню из кухни неспешно вышел Илья. Он держал в руках кружку с чаем и выглядел серьёзным, собранным и немного строгим, словно всё ещё мысленно докручивал тройной аксель. Заметив его в дверях, Петя задорно рассмеялся. Абсолютно безжалостно, но любя, он просто боком свалил разнеженного, тёплого Влада со своих коленей прямо на диванные подушки. — Илюша! Иди скорее сюда! - радостно и требовательно позвал Пётр, широко раскрывая объятия. Илья замер посреди комнаты в полном недоумении. Он перевёл взгляд на Влада, тот, уткнувшись лицом в подушку, тихо и счастливо хохотал, прикрывая рукой пунцовые щёки. Затем Илья посмотрел на Петю, чьи глаза буквально горели обожанием. Медленно, с явным подозрением и лёгкой опаской, Илья всё же сделал несколько шагов вперёд. Стоило ему подойти ближе, как Пётр потянул его за руку и с точно такой же лёгкостью усадил к себе на бёдра, перехватывая поперёк живота. — И что это за солнышко ко мне пришло? - воскликнул Петя, и его руки тут же взлетели к лицу Ильи. Большие, привыкшие к тяжёлым поддержкам пальцы мягко сплюснули строгие щёки Ильи, отчего его губы смешно вытянулись уточкой. Петя принялся качать его голову туда-сюда, не переставая ворковать: — Что за милый зайчик сидит тут со мной, а? Кто у нас такой красивый, такой чудесный мальчик? — Петь... ну отпусти, - попытался невнятно и грозно пробормотать Илья через сжатые губы, но в его глазах не было ни капли злости, только бесконечная растерянность перед этим ураганом любви. — Ни за что! - Пётр засиял ещё ярче. Он наклонился и принялся осыпать лицо Ильи быстрыми, невесомыми поцелуями: сначала в нахмуренную переносицу, прогоняя остатки строгости, потом в скулы, в лоб и, наконец, в самый уголок губ. Илья тяжело вздохнул, признавая поражение, расслабился и доверчиво уткнулся лбом в петино плечо, приобнимая его за шею. Влад, отсмеявшись на подушках, подполз поближе. Ему тоже отчаянно хотелось обратно в этот тёплый кокон. Петя, заметив движение, свободной рукой крепко сгрёб Влада за плечи и прижал к своему боку, укрывая их обоих своими широкими руками. Теперь они сидели втроём — нелепая, тесная, но невероятно уютная куча из рук, ног и растрёпанных волос. Пётр уткнулся носом в макушку Влада, вдыхая свежий запах его шампуня, и ласково перебирал его мягкие пряди. Другой рукой он продолжал нежно поглаживать Илью по спине, снимая всё мышечное напряжение после тяжёлого дня на льду. — Мои умнички, - уже тише, без прежней шутливости, прошептал Петя, и в его голосе было столько искренней, глубокой гордости за них. — Мои самые сильные, самые талантливые мальчики. Так сильно вас люблю. Влад довольно, как сытый кот, замурчал, теснее прижимаясь щекой к петиной ключице, а Илья тихонько переплёл свои пальцы с пальцами Петра, окончательно капитулировав перед этой домашней, согревающей идиллией.