Вечер

Где-то недалеко, с характерным умиротворяющим звуком, потрескивал огонь в изящном камине. Приятный тёплый воздух витал вокруг, а за окном медленно осыпались маленькие снежинки, гонимые небольшим ветром. Фонарь в саду одиноко освещал засыпанную снегом тропу. Свет отражался от кристаллов, падая прямо на стекло. Время давно перевалило за вечер, комнату освещали лишь огонь да фонарь за окном. В воздухе пахло старыми книгами - страницы давно истрепались и пожелтели - и крепким кофе, запах которого смешался с ароматом сладкого горячего шоколада. Угольно-чёрная рука аккуратно поглаживала кучерявую макушку под собой, изредка отвлекаясь, чтобы сделать очередной глоток крепкого кофе и перелистнуть новую страницу. Было тихо, царила мягкая, умиротворяющая атмосфера. Хотелось прямо сейчас отдаться в тёплые объятия Морфея, однако объятия Слуги казались ещё теплее и нежнее. Женщина в очередной раз поднесла белую чашку к губам, делая новый глоток. — Арле… — еле слышно нарушила тишину голубоглазка, сразу после того как чашка стукнулась о стол. В ответ она получила мягкое мычание в знак того, что её слушают. — Пить много кофе вредно для здоровья, — проворковала Фурина, мягко приоткрывая глаза. А после, выдержав небольшую паузу и заворачиваясь уютнее в мягкий плед, добавила: — Тем более по вечерам… Ответа на её ворчание не последовало, лишь тихий шорох страницы выдавал чужое присутствие. — Арле?.. — Мм. — Ты слушаешь? — Конечно, — кивнула предвестница. — Ты говорила, что кофе вреден. — Но ты всё равно продолжаешь его пить, — Фурина надулась, понимая, что её слова и забота тут, собственно, мало что значат. — Ну а ты продолжаешь изнурять себя работой, — совершенно спокойно парировала Перуэр. — Это совершенно другое! — в который раз взбуйнула блондиночка. — Тебе просто не понять. — Не понять? — слегка усмехнулась женщина. — Хорошо, твоя взяла. — Ты станешь меньше пить? — с надеждой спросила Фурина. — Если ты будешь меня слушать, — констатировала неоспоримый факт Арлекино, перелистывая новую страницу. — Эх, ты невыносима, — смирилась голубоглазка, прикрывая глазки. — Ты тоже, mon chaton. — Последний глоток - и опустошённая кружка снова приземлилась на стол. Вновь воцарилась тишина: мягкое потрескивание костра, мигание фонаря за окном, шелест страниц. А спустя какое-то время послышалось и тихое сопение. Дочитав главу, Арлекино аккуратно поднялась с места, чмокнула бывшего Архонта в лоб и получше накрыла тёплым пледом, чтобы та не замёрзла. — Сладких снов, ma chérie.