Коллекционер: шеф Танеда

Перед кабинетом босса мафии стоит красивый юноша. Он одет в бежевый плащ, тёмные брюки и рубашку в тонкую голубую полоску. На перемотанной бинтами шее висит галстук боло с лазурным камнем, а в его руках кричащий свёрток. Охранники не сдвигаются с места, пытаясь не реагировать на столь неординарное для этого места зрелище. — Скажите Мори, что пришёл Дазай Осаму. «Дазай Осаму» — это имя в мафии знал каждый. Бывший исполнитель славился своей особой жестокостью среди подчинённых. Но на слуху омега был отнюдь не из-за этого. Предатель. Девять месяцев назад сбежавший из мафии и ею же разыскиваемый. А теперь нагло появившийся на пороге сам. Дазай входит в кабинет, удовлетворённо хмыкнув. В комнате пахнет сладким ароматом разлагающегося трупа, который отдаёт вишней и немного дымом. Он не утруждает себя укачиванием малютки на руках и та продолжает плакать. — Здравствуйте, Мори-сан. – На лице сияет улыбка, но голос сквозит брезгливостью. — Неужто таки соизволил явиться на работу? А я уже собирался проводить по тебе панахиду. – Мори смеряет парня взглядом, останавливаясь на грудном ребёнке, которого омега неправильно держал. Внутренние лекции с медицинского бушевали, а внешняя оболочка босса приказала не обращать внимание. — Конечно же нет! Что за глупости вы говорите? – Дазай грубо встряхивает свёрток, который начал орать ещё громче. Он уверен, ещё чуть-чуть и его барабанные перепонки лопнут. — Ваша непрофессиональная слежка за мной уже достала. Гулять по парку немного напрягает, когда куча мелких сошек действительно думают, что могут меня поймать. Это раздражает. Отмените приказ. — Очень самоуверенно. Предать Портовую мафию, вернуться и считать, что после такого тебя выпустят отсюда живым. — Я не вернулся. Вы меня выпустите. И приказ отмените. Ребёнок визжит в истерике. — Ведь будет обидно, если измученная преследованиями прошлого работодателя новоиспечённая мамочка случайно уронит вашу дочь головой вниз. – Омега вытягивает руки вперёд. Огай сводит брови. — Ты же не думаешь, что я поверю, будто это мой… — Ей неделя. Считать умеете. Так что? Альфа отвечает ровным голосом, но запах вишни становится гуще: — Не надейся. Предательство — это худшее преступление в ма— Дазай отпускает свёрток. — СТОЙ! – Мори буквально вскакивает со своего места. Омега ловит младенца практически у ковра цвета крови, мысленно довольно улыбаясь. — Медленно положи ребёнка на пол. — Отменяйте приказ. – Выравнивается Дазай. — Как только отдашь ребёнка. — Как только выйду из здания. Мори устало потирает глаза двумя пальцами. Он вызывает секретаршу, не отводя взгляда от омеги. Зайдя в кабинет, темноволосая женщина удивлённо пялится на Дазая. — Распространить отмену приказа о поимке беглого исполнителя Дазая Осаму. Можете идти. Работница коротко кивает, кидая последний взгляд на парня. — Теперь отдай ребёнка. — Сопроводите меня к выходу. – Дазаю не очень хочется, чтобы его пришили, как только он выйдет за дверь. Мори вздыхает, поднимаясь с кресла. Они выходят из кабинета, проходят коридором и Дазай улавливает нежный запах мяты. По телу пробегает дрожь. Ему не нужно поворачиваться, он знает: они проходят возле их с Чуей кабинета. Он там. Внутри. Всего лишь за одной стеной. Достаточно открыть дверь… Зачем? Дазай ушёл из мафии и не собирается возвращаться. Он ушёл, не попрощавшись, тихо, как предатель, напоследок взорвав машину напарника. Они не виделись девять месяцев. Чуя любил его даже после того, как он вышел замуж, получил метку и родил от Одасаку. Любит ли он его сейчас? Мори проводит омегу к самому низу «Mori Corporation» под перекошенные лица сотрудников. Дойдя до выхода, Дазай, не колеблясь, всучает младенца в скрытые белыми перчатками руки и без единого слова уходит прочь.

***

— Ты серьёзно думаешь, что она от тебя? – Коё скептически смотрит на белокурую голубоглазую девочку, которая тянет за всё, за что только может ухватиться. Женщина принюхивается. — Хотя пахнет, как вишнёвый торт. Мори укачивает младенца, наконец правильно его держа. — Уже отправил образцы в лабораторию. Завтра должны прислать результат.

***

Дазай уже пятнадцать минут сидит в недорогом ресторанчике, рассматривая белую скатерть в пол, ожидая одного важного человека. Прошлое он сегодня окончательно отпустил, а вот оно его, к сожалению, нет. — Ох, прошу прощения за опоздание. – Тучный мужчина в круглых очках и с козлиной бородкой садится напротив. — Итак, зачем же скромный я понадобился самому дьяволу Портовой мафии? — Прошу вас, шеф Танеда! – Весело отвечает Дазай. — Не стоит преуменьшать вашу значимость и преувеличивать мою. – Омега мягким движением заправляет пушистую прядь за ухо и ловит заинтересованный взгляд. Молодой официант подходит к ним. Сделав заказ, они дожидаются двойного виски. — Не могли бы вы помочь мне с работой, где я мог бы помогать людям? — Отчего же, могу! Только вот проблема не в дефиците профессий, а в твоём прошлом, дорогуша. – Мужчина осматривает парня перед собой. На стол ставят два стакана с крепким алкоголем. Шеф Танеда делает глоток. — Твоя биография настолько запятнана, что её хрен ототрёшь. — Но это ведь не невозможно. Вы же практически верхушка пищевой цепи. — Что есть, то есть. –Кивает мужчина. — Это сложно, и ты этих усилий не стоишь. – Тем не менее масной взгляд не покидает тело омеги. У Дазая дёргается глаз. Да вы издеваетесь. — Думаю, мы с вами договоримся. – Он лезет под стол. Ну да. Вернулся к многочисленным партнёрам. Есть такое. Нравится ему сей образ жизни. Только вот с кем трахаться он всегда выбирал сам, и с тем, кто ему не нравился, никогда не спал. Теперь он сидит под долбанным столом с белой скатертью, собираясь высосать возможность новой жизни. Дорогой мой Одасаку, перед тем, как давать человеку цель в жизни, мог бы как-то подумать, как твоему любимому её достичь. Тонкими пальцами он расстёгивает ширинку. Вытягивает наполовину твёрдый член. Вот же старый извращенец. Дазай сглатывает. Он вообще-то не так-то и часто делал минет. Да, бывало, что его и в рот имели, но он тогда был нормально так подвыпивший. Бывалр и так, что двух сторон долбили, но чтобы он сам брал и отсасывал… Только с Одой, и то можно на пальцах одной руки сосчитать, сколько раз. Он вздыхает. Ладно, ему делали достаточно часто, что-то из памяти да и вытянет. Осаму берёт в ладонь толстый, но не слишком длинный член и с нажимом делает пару движений, пока кровь не приливает и тот не твердеет полностью. Узловатые пальцы проскальзывают под скатерть и дёргают его за волосы, утыкая носом в пах, ясно давая понять, что от него ожидают. Дазай кривится. Вы посмотрите, какие мы, блядь, доминантные. Кое-кто очень хочет быть альфой уродившись бетой. Такой старый, а сколько комплексов! Дазай вытаскивает из заднего кармана штанов презерватив и, открыв, раскатывает по члену. Не надейтесь, без резинки он с ним этого делать не будет! Осаму берёт возбуждённый орган в обе руки и пододвигается. Губы начинают непроизвольно дрожать, к глазам подступают слёзы. Надо… Нужно абстрагироваться. Успокоиться. Он закрывает глаза. Почему-то первым вспоминается мята. Мята, которая росла ранней осенью под окном. Хорошо. Между ног начинает сладко тянуть. Дазай приоткрывает рот. «Рыжие волосы, искрящиеся на солнце…» Высовывает язык и делает одно размашистое движение во всю длину. Старческая рука одобряюще поглаживает его волосы. Дазай представляет руку в чёрной перчатке. Почему именно её? Он не знает. Но это ему помогает, так какая разница? Дазай отодвигает крайнюю плоть и мягкими губами прихватывает головку. «Голубые глаза заволакивает пеленой возбуждения.» Осаму активнее посасывает кончик, помогая руками. «В воздухе висит аромат мяты.» Он заглатывает полностью. Горло болеть не будет, член туда попросту не достаёт. Но вот челюсть уже ноет. Он вспоминает тяжёлые вдохи и хриплые стоны. Втягивает щёки сильнее и быстрее двигает головой. «Чуя сильнее стискивает его в своих руках, насаживая до упора.» Не будь между ними резинки, Дазаю бы излились прямо в рот. Он отодвигается, пытаясь отдышаться. Стаскивает презерватив и, завязав в узел, швыряет на пол. Работников ждёт неприятный сюрприз, но и у Дазая день не сахар. Он вылазит из-под стола, вытирая губы. — Может и будет из тебя толк. – Говорит мужчина. — Посиди ещё с годик, чтобы о тебе забыли, а потом приходи в Детективное Агентство Фукудзавы Юкичи.

***

— Это реально ваш ребёнок!? Я думал, в вашем возрасте это невозможно. – Чуя покачивает дорогущую красную коляску с белыми рюшами, улыбаясь малышке. — Я не настолько стар! — Кривится Мори, отвлекаясь от каталога в интернет магазине. На компьютере открыта вкладка с детской кроваткой украшенной розовым балдахином. Цены космические! Наглость требовать такую сумму за бант приклеенный к дереву! Но у его принцессы всё должно быть лучшим. — И? Как назовёшь? – Коё трясёт перед девочкой погремушкой. — Элис. Элис-чан.