Три способа выживания в любимой истории

Следующие полгода стали для Сюэ Лянь временем тихой, но упорной работы - не над техниками и не над управлением ци, а над тем, что порой давалось сложнее всего: над доверием. Сяо Синьчень по‑прежнему оставался замкнутым,но теперь это уже не выглядело неприступной стеной - скорее хрупкой изгородью, которую можно осторожно разобрать по дощечке. Однажды утром, после особенно тяжёлой медитации под ледяным ветром, Сюэ Лянь заметила, как мальчик кутается в одеяние, дрожа от холода. Несмотря на его предрасположенность к стихии снега, тело ещё не успевал адаптироваться к экстремальным условиям тренировок. - Ты замёрз, - сказала она, не дожидаясь ответа.- Пойдём. Она отвела его в пещеру, где уже тлел очаг, и достала из запасов сушёные травы. Пока вода закипала, она рассказывала: - Однажды, довольно таки давно, кое-кто сказал мне, что имбирный чай согревает на много быстрее и дает другие ощущения. Сяо Синьчень слушал, не поднимая глаз, но когдаона протянула ему чашку, принял её с едва заметной улыбкой. - Спасибо, шицзе. Это «шицзе» прозвучало теплее, чем прежде, что не ускользнула от внимания девушки. На её лице буквально расцвела улыбка. - Видимо путь к сердцу мужчины и правда лежит через его желудок. Парень посмотрел на нее не понимая, что она имеет ввиду этой фразой, но не смел спорить со старшей. В этот момент как раз зашла наставница. В последнее время она часто уходила куда-то на долгое время и возвращалась очень поздно. Не долго мешкая Сюэ Лянь пригласила Баошань за стол и заварила ей такой же чай. А следом подала скромный ужин, но по ее мнению он должен быть достаточно вкусным. По началу Сяо Синьчень принимал еду молча, но сегодня решил прокомментировать: - Это… вкусно. Ты научилась так готовить у шицзунь? - Нет, - смеялась она. - Это из моей прошлой жизни. Там тоже были холодные зимы. Она не уточняла, что «прошлая жизнь» - это больничная палата и мир новелл. Для него это было просто историей. Для неё - нитью, связывающей два существования. Наставница же лишь бросила взгляд на девчонку и в подтверждение её слов едва кивнула. Можно считать это за похвалу. Когда Баошань Саньжэнь ушла в глубь пещеры для своих медитаций, Сюэ Лянь и Сяо Синьчень остались у очага. - Шицзе, ты когда‑нибудь боялась, что не справишься? Сюэ Лянь задумалась. Она могла бы ответить формально - «страх лишь испытание», как учила наставница. Но вместо этого сказала правду: - Конечно. Каждый день. Но потом я вспоминаю: даже капля воды, падая годами, пробивает камень. Мы все - как капли. Он кивнул, словно что‑то для себя решив. Девушка же не придала этому большого значения, но именно это. Диалог, хоть и маленький дал толчок на раскрытие взаимоотношений в дальнейшем. Они стали чаще так собираться вечерами и говорить о разном, но только когда наставницы не было рядом. Ведь когда она в прошлый раз застукала их за бессмысленными разговорами то устроила внеплановое испытание. - Останьтесь на вершине горы до рассвета, не используя ци для согревания, лишь полагаясь на внутреннюю стойкость. Придёте раньше - провалитесь. Сяо Синьчень дрожал, но не жаловался. Сюэ Лянь села рядом, прикрыв его краем своего плаща. - Смотри, - прошептала она, указывая на падающие снежинки. - Каждая из них - как маленькое чудо. Они рождаются в холоде, но несут в себе свет. Он поднял руку - и одна снежинка опустилась на его ладонь. Вместо того чтобы растаять, она замерла, превратившись в крошечный ледяной цветок. - Я… я почувствовал её, - выдохнул он. - Как будто она позвала меня. И стало не так уж и холодно. Сюэ Лянь улыбнулась: - Потому что ты - связан с этой кристально белой чистотой. Она хоть и старалась поддерживать своего шиди, но всё же к пятому стражу холод вершины начинал давать о себе знать, в отличии от своего младшего Сюэ Лянь не имела особой предрасположенность к холоду, она больше предпочитала тепло. Сяо Синьчень решил же скоротать время за тренировкой. К утру они вернулись как инь и ян. Один так и светился энергией и жизнью, а от второй веяло мраком и чуть ли не отсутствием жизни. Что рассмешило Баошань Саньжэнь, что даже невольно прыснула сдерживая смех. - Это не смешно, шицзунь. Валясь с ног прошипела Сюэ Лянь. После этого на удивление её даже не стали трогать оставив отдыхать в пещере. Но даже в таком состоянии она всё же вспомнила про их вечерние ритуалы и только она собиралась начать готовить вернулись наставница с Сяо Синьченем, когда он увидел, что Сюэ Лянь собирается готовить, напросился ей помогать. Баошань Саньжэнь, наблюдая за ними, пока они готовили ужин и подойдя к девушке произнесла: - Ты хорошо справляешься. Сюэ Лянь подняла глаза: - Вы о чём, шицзунь? - О том, что научить - мало. Нужно ещё дать опору. Ты дала ему это. Сяо Синьчень, услышав, покраснел и уткнулся в кастрюлю, но Сюэ Лянь видела - он рад. Стоило отойти наставнице, прозвучал тихий мальчишечий голос. - Шицзе… спасибо, что ты есть. Сюэ Лянь потрепала его по волосам: - Глупости. Мы же семья теперь. Говоря об этом она и правда воспринимала его как свою семью, не большую, но зато очень близкую. И вспоминая какая судьба ждет этого парня по главному сюжету этой новеллы она мрачнела. Нет, она не позволит этому произойти, она убережет его от этого чего бы то ей не стоило. - Однако на твои тренировки я больше не пойду, слишком уж холодно рядом с тобой становится. - Но шицзе Линшуа! - Даже не пытайся меня звать вторым именем, сказала не пойду, значит не пойду. С этими словами она не со всей силы, даже больше наигранно ударила его по голове деревянной ложкой от чего Синьчень недовольно вскрикнул и прижал руки к ушибу. Это заставило рассмеяться Сюэ Лянь. В один из морозных утренних дней, когда первые лучи солнца раскрасили снежные вершины в розово‑золотые тона, Баошань Саньжэнь позвала Сюэ Лянь в святилище духов. Воздух здесь, как всегда, был пропитан древней силой — едва уловимым звоном, будто тысячи невидимых колокольчиков перекликались в незримых сферах. На низком резном столике, выточенном из чёрного нефрита, лежал меч. Он не блистал показной роскошью. Лезвие было матовым, словно подернутым утренним инеем, а рукоять обвивали полосы серебристой кожи,холодные на ощупь. Но в нём чувствовалась скрытая мощь - не кричащая, а глубокая, как бездонные горные озёра. -Этот меч ждал тебя, - произнесла Баошань Саньжэнь, не глядя на ученицу. - Он рождён из стали, закалённой в водах священного источника,и духа, что веками впитывал силу этих гор. Теперь он твой. Сюэ Лянь медленно приблизилась. Она не потянулась сразу к рукояти - сначала закрыла глаза, прислушиваясь. И тогда она услышала его.Не звук, нет - скорее шёпот, тихий, как дыхание ветра в кронах сосен. Он говорил о пути, о стойкости, о том, что даже в самой лютой метели можно найти равновесие. Когда её пальцы наконец сомкнулись на рукояти,по телу пробежала лёгкая дрожь - не страха, а узнавания. Меч откликнулся, едва заметно потеплел в ладони, словно признал хозяйку. - Линбо, - тихо произнесла Сюэ Лянь, и имя само сложилось в её сознании, как будто всегда там было. Баошань Саньжэнь кивнула - единственный знак одобрения, но для Сюэ Лянь он значил больше,чем тысяча похвал.