la chaleur de ton corps.

Олегсей шёл по школьному коридору, смотря себе под ноги. он думал о своём: о грядущих экзаменах, к которым он готовился ещё с лета, о словах мамы, что ему нужно завести друзей, о-… – ай! — раздался болезненный возглас, полностью выбивший Олежу из мыслей, — какого хрена, чел?! смотри куда идёшь! Олежа огляделся - перед ним стоял никто иной, как Дмитрий Побрацкий. внутри Душнова что-то сломалось, в животе всё скрутилось от страха. – извини, — испуганно выдавил Олежа. – глаза разуй, блять, как там тебя! Олежа промолчал. сглотнул ком в горле. Дима - восьмиклассник, младше Олежи на один класс. и иногда он пугал Душнова больше, чем что-либо. – Димон, ты че там застрял? — раздалось из-за спины Олежи: Диму окликнул кто-то из его друзей. – да иду я, иду! — Дима напоследок бросил на Олегсея неодобрительный взгляд. Олежа остался один. точнее, находился он в коридоре, наполненным людьми, но почувствовал он себя совсем одиноким. также он почувствовал боль в груди - сначала, конечно, подумал про заболевание лёгких, потом уже вспомнил про то, что ему в грудь впечатался Дима. с этого дня они начали видеться постоянно. оно, конечно, понятно, они же учатся в одной школе и чаще всего на одном этаже, но куда бы один из них не пошёл - с стопроцентной вероятностью встретит другого. это начало действовать Диме на нервы, потому что он, впрочем, как и Олежа, был уверен, я что второй его преследует. однажды Дима, придя на урок физкультуры, заметил что-то лишнее, чего не должно тут быть: ещё один класс. девятый класс. Дима безошибочно определил этих ребят, потому что знал некоторых оттуда. и знал кое-кого ещё: Олега…Алексея…как его там зовут? Дима так и не запомнил. да и не интересовался. слышал пару раз, знал его только по кликухе «Душнила». этот «Душнила» сидел на лавочке, завязывал шнурки бабочкой. Дима посмотрел на него несколько секунд, проклиная вселенную за то, что он видит этого дебила, имя которого даже не запомнил, каждый божий день. – Димон! — одноклассник Димы подошёл к нему, закидывая руку на плечо, — прикинь, сегодня совмещёнка с девятым! они, вродь, в волейбол нихуёво так играют, оторвёмся! Дима выдавил что-то вроде «ага», всё ещё разглядывая и, похоже, пытаясь убить взглядом бедного Душнова. – ты че? — одноклассник посмотрел туда же, куда и Дима, и заметил Олегсея, который сидел на лавочке, разглядывая пол, — а, Душнила сидит, — он закатил глаза, — я слышал, он на физре однажды в обморок ёбнулся. – че? как? — Дима пытался понять, пустые это слухи или нет, но когда смотрит на этого Душнилу - сразу верится, что он мог. – да просто, — парень отстранился, подняв руки, — бегали три круга, ему там чёт плохо стало и упал. Дима задумался. снова посмотрел на Душнова, но ему пришлось отвернуться: оказывается, тот услышал, что его обсуждают и с грустным видом смотрел на Диму, и тоже отвернулся, когда его заметили. одноклассник Димы заметил это, усмехнулся и ушёл. звонок. все встали в шеренгу по росту, и даже тут подстава: Душнов был чуть выше Димы, поэтому они оказались рядом. – слушай, как там тебя… — Дима глянул на стоящего рядом Душнилу, — ты уверен, что- – три круга бегом! — раздался крик физрука. Диме не дали договорить. он не мог поверить, что был разочарован и расстроен из-за того, что ему не удалось поговорить с Душновым. что-то внутри Димы не давало ему покоя: то, что это страх за этого придурка, он признавать не хотел. будет лучше, если он сейчас помрёт от трех кругов, так? никогда больше его не увидит. никогда не увидит…эта фраза засела у Димы в голове. он бегал круги, и мысли тоже наматывались. внезапно он услышал тяжелое дыхание: Душнов рядом с ним выглядел паршиво. – всё…норм? — Дима пытался скрыть какие-либо эмоции, но получилось не очень. Олежа только кивнул. соврал. он чувствовал, будто внутри него все органы перемешались и вылезут наружу, в глазах темнело и кружилась голова. обычно у него было такое перед обмороком. – Душнов! — после третьего круга закричал физрук. все тут же посмотрели на бедного мальчика. — опять плохо? физрук всё понял без слов, только взглянув на Олегсея. он вздохнул, быстро окинув взглядом ребят, и остановился на Диме. – Побрацикий! — он сделал на несколько шагов к ученику, — уведи его к медсестре. Дима хотел было возразить, но только открыл рот, как ничего не вышло. и вот, он идёт по пустому и тихому коридору рука об руку с Душнилой, сердцебиение которого можно услышать за километр. – такое че, не в первый раз? — Дима немного наклонился, чтобы видеть лицо собеседника. – иногда случается, — Олежа заменил «каждый раз» на «иногда». ну не говорить же Побрацкому, что он каждый раз на волоске от смерти от обычного урока физкультуры? – я слышал, ты в обморок упал один раз. Олежа замолчал, поджав губы. он отвернулся, чтобы Дима не видел его лица. – Олежа, ну ты опять?! — возмущалась медсестра, — ну сколько можно, сделай уже себе освобождение! Олежа сидел на стуле перед медсестрой, а Дима стоял в углу и наблюдал. всё-таки его Олежа зовут. это значит…Олег? надо будет спросить. медсестра дала больному какие-то таблетки и стакан воды. тот выпил, глянул на Диму, тут же отвернулся. – если не станет лучше - уходи домой. скажи, что я отпускаю, — заключила медик. Олежа с Димой вышли из медпункта. оба выглядели не очень: Олежа, бледный как смерть, худой как палочка, весь сжался, на второго не смотрел, а Дима, с мешками под глазами, голова наполнена тревогами, и непонятными мыслями, постоянно на него глазел. походу, до сих пор пытался убить взглядом. а может, у него почти получилось? – так, — Дима пытался увидеть лицо его путника, но безуспешно, — тоже прогуляешь? Олежа всё-таки глянул на Диму, думая над его предложением. с одной стороны, он не любил прогуливать, с другой…может, это шанс им подружиться, да и на физру нет смысла идти, с удачей Олежи ему ещё мяч в голову прилетит три раза минимум. – давай, — вздыхает Душнов. прогуливали они в туалете. Олежа сидел на подоконнике, разглядывая вид из окна, а Дима на полу, хоть Олежа ему и говорил, что на холодном полу лучше не сидеть, поэтому Побрацкий додумался положить себе под попу рюкзак. сидели они в тишине, в которой время, казалось, идёт просто бесконечно. оба думали, как начать диалог, и Дима не придумал ничего лучше, чем рассказать Душниле анекдот. – слыш, — окликнул Дима, — анекдот хочешь? – допустим, — недоверчиво отвечает Олежа. – идут, короче, два барана в поле, один говорит: «бэ-э», а второй: «бля, то же самое хотел сказать». повисла тишина. Олежа смотрит на Диму, вспоминая, где он так провинился, где он так нагрешил, чтобы оказаться с Побрацким в туалете и прогуливать с ним физру, ещё анекдоты слушать. но Олежа не выдерживает и начинает смеяться. всё-таки анекдот был неплохим. Дима подхватывает и тоже смеётся, и мысленно выполняет достижение «Рассмешить Душнилу». прозвенел звонок на перемену. Дима с Олежей вышли из туалета и пошли по коридору, который быстро наполнялся школьниками, словно цунами. Олежа, без задней мысли, чисто машинально схватился за рукав Димы, чтобы не потеряться в толпе. сам Дима не сопротивлялся, наоборот, старался держаться рядом с Олежей. вдруг им навстречу бежит девочка - рыжая волосы заплетены в косичку, вся в веснушках, прямо солнце. – Олежа! — она окликнула через весь коридор идущего рядом с Димой парня, и Дима заметил, как тот начал улыбаться. не так, когда смеялся с его анекдота, как-то по-другому, по-теплому. вскоре девушка их настигла. — я услышала, что случилось! ты в порядке?! – да, всё хорошо, — уверял девушку Олежа, но его внешний вид доказывал обратное. – у меня закончились уроки, давай пойдём домой? — девушка вцепилась в Олежу, держа его за предплечья, — тебя же отпускает медсестра, тебе лучше не оставаться на остальные уроки, ты же знаешь! Дима наблюдал. он заметил одну деталь - эта девушка и Олежа довольно похожи. но мысль о том, что она может быть его сестрой его не посетила. – твоя девушка, а? — улыбнулся Дима. Олежа и девчуля посмотрели на Диму одинаковым взглядом. – я его сестра, вообще-то, — фыркнула она, — а ты вообще кто? – Дима, — выдал он, — Побрацкий Дима. – он к тебе лезет? — спросила она у Олежи. Дима чуть приоткрыл рот, чтобы возразить, но не смог что-то сказать. – нет, Оля, нет, — успокаивал её Олежа, — не лезет. — он посмотрел на Диму и улыбнулся уголками губ. Оля, недовольно посмотрев сначала на брата, потом на Диму, вздохнула. – пошли домой, — она потянула его за рукав, — если они звонили маме, то она наверняка уже третий стакан валерьянки фигачит. Олежа вздыхает. противиться сестре он не может, поэтому только смотрит на Диму, прощается и они уходят. Дима остаётся один наедине со своими мыслями. ловит себя на одной из них, что вёл себя сегодня крайне странно: пару часов назад он ненавидел Олежу, даже не зная его имени, был готов его испепелить, чтобы больше на глаза не попадался, а сейчас он с ним смеялся, прогуливал уроки и улыбался, будто они с рождения дружат. и ещё, конечно, переживал за его здоровье, но это Дима уже понимать и принимать не хочет. наступил следующий день. Дима встретил Олю в коридоре какую-то хмурую, грустную, а Олежу за эти несколько часов так и не увидел, что было очень странно. – привет! — поздоровался Дима, — а где Олежа? не видела? – тебе-то что? — недовольно спросила Оля. – да я просто спрашиваю, что-то не видно его сегодня. – он сегодня не придёт. дома отлёживается, собака такая. — фыркает она. – а че случилось? это из-за вчерашнего? – я что, на допросе? – нет, я просто интересуюсь… – что ты за ним бегаешь? понравился, чтоли? – да нет! – да какое нет, когда да? Дима замолкает и вздыхает. понимает: Оле бесполезно что-то доказывать. – что, я всё-таки права? – нет, — уже почти кричит Дима. Оля смеётся. – да ладно тебе, я прикалываюсь, — она махает рукой, — ну, только насчёт того, что Олежа дома не шучу. его мама дома заставила остаться. – понятно, — он трёт шею, — слушай, а ты можешь его номер дать? – всё-таки понравился, да? — хитро улыбнулась Оля. – если я скажу да, ты дашь его номер? – да на, — она протянула телефон с открытым профилем Олежи. Дима нашёл его и отдал телефон обратно Оле. – спасибо. – обидишь Олежу - зубы выбью. Дима сглотнул. придётся вести себя прилично, потому что иметь дело с Олей ему было, мягко говоря, страшно. – понял. Дима с Олей разошлись. он открыл чат с Олежей и начал печатать.

от: Димон Побрацкий

привет

кд?

Олежа не сразу прочитал. а как прочитал - сразу начал печатать ответ. параллельно думал, зачем Дима отправил два сообщения, которые можно было отправить одним. никогда не понимал такое. от: Олежа Душнов Привет, всё нормально. Откуда у тебя мой профиль? Оля дала?

от: Димон Побрацкий

эт хорошо

профиль нашёл, Оля пока нет

а че?

Олежа уставился в экран. он чувствовал, что ему почесали мозг. от: Олежа Душнов Что это значит? Дима посмеялся с собственной шутки и с реакции Олежи.

от: Димон Побрацкий

да ниче

Душнов продолжал пялиться в экран, будто если прочитает сообщения Димы, которые он мог отправить одним, но зачем-то шлёт несколько подряд, то что-то станет понятнее. но Олеже становилось понятно только одно - он не сможет понять юмор Димы. видимо, тот анекдот про баранов был первым и последним, который Олежа поймёт. от: Олежа Душнов У тебя-то как дела?

от: Димон Побрацкий

да норм

тоска смертная в школе

от: Олежа Душнов Держись. внезапно Дима почувствовал у себя на плечах чьи-то руки. – Димон! — окликнул одноклассник, заглядывая его в телефон, — ты че, с душнилой переписываешься? – тебя ебать не должно, — Дима заблокировал свой телефон, чтобы одноклассник не мог заглянуть. – ой, какие мы злые! — он отстранился, подняв руки, словно сдаётся, — ты его тоже разыграть хочешь, чтоли? – че? почему «тоже»? но одноклассник замолк. лишь посмеялся и ушёл. а Дима остался с неприятным ощущением в животе. он снова открыл переписку с Олежей и начал печатать.

от: Димон Побрацкий

ты завтра придёшь?

в школу

от: Олежа Душнов Да, приду. А что? у Димы внутри что-то начало бурлить, извергаться. он не думал, что начнет переживать из-за того, что к нему, по сути, не относится и его это не касается, но он просто не мог стоять в сторонке, если знает, что может предотвратить какой-то розыгрыш, который может нанести вред.

от: Димон Побрацкий

мб не пойдешь?

от: Олежа Душнов Я не могу. Что случилось?

от: Димон Побрацкий

мне однкл сказал что тебя разыграть хотят

у них шутки кошмар

мало ли че они придумали

от: Олежа Душнов Расслабься, всё нормально. Они ещё ни разу не делали чего-либо плохого.

от: Димон Побрацкий

че значит еще ни разу?

они тя че, уже не первый раз обижают???

от: Олежа Душнов Не обижают. Забей. Дима думал, что надо написать что-то ещё, но не смог. не знал что. не знал, как убедить Олежу не приходить, не знал, как это остановить, ничего не знал. и эта безысходность бесила Диму чем что-либо ещё. на следующий день Дима не мог спокойно сидеть ни минуты. он постоянно думал, что могут учудить его одноклассники и почему Олежа так спокойно на это реагирует. ему было тяжело поверить, что такой меланхоличный парень, как Олежа, мог так спокойно к такому относиться. чуть позже они встретились в коридоре. Дима, только увидев Олежу, начал что-то болтать, а тот слушал. вдруг чуть дальше по коридору Олежа увидел Олю, которая стояла у доски с расписанием с очень злым видом. – че, расписание херовое? — спросил Дима, когда он был уже довольно близко, Олежа отстал на пару метров. Оля закатила глаза. – нельзя, чтобы Олежа увидел, — она показала на бумажку, которая висела на свободном месте среди расписания. – увидел что? — внезапно сзади подошёл Олежа и, заметив эту бумажку, немного побледнел. среди расписания красовалась чёрно-белая картинка, на которой была фотография Олежи и надпись: «курсы для геев. ведёт главный гей школы Олегсей Душнов». Олежа замер. он сглотнул, и не успел моргнуть, как Дима тут же вытащил и порвал эту бумажку напополам. так, что лицо Олежи поделилось надвое. – Олеж, — Оля подошла к брату и взяла его руку, — не переживай, мы найдём того, кто это сделал и дадим ему по жопе. Олежа слабо улыбнулся сестре. посмотрел на Диму, злого, как черт. внезапно сзади послышался смех - это тот самый одноклассник и пара его друзей. – вы совсем ебанутые? — закричал им Дима, собираясь пойти на них с дракой, но Олежа его остановил, взяв за рукав. – не надо, Дим, — он смотрел ему в глаза, заглядывая в душу, — всё нормально. – да нихера не нормально, Олежа! это чистой воды издевательство! – всё равно это неправда, — Олежа поджимает губы, — ну, что там написано. – и что? им теперь можно позволять издеваться?! – Дима прав! — вмешалась Оля, — я сейчас же пойду за директором. – что случилось? — деловой голос раздался из-за спины Оли: директор уже стояла там. – над Олеже…Олегсеем издеваются! — Дима показал пальцем на своих одноклассников. – как именно? — спросила женщина, недовольно вглядываясь в лица обидчиков. Оля достала телефон и показала фото распечатанного издевательства, сделанное за пару минут до того, как Дима в клочья его порвал. – так, — вздохнула директор, — Душновы, Побрацкий, Колбасенко и Котенко, в мой кабинет. пять ребят и директор стояли в её кабинете. она вздохнула, садясь за стол. – рассказывайте, — приказала она. – да че рассказывать, — возмутился Колбасенко, — мы просто прикалываемся. Олеже, вон, даже не обидно! — он показал рукой на стоящего рядом Олежу. – то, что он не показывает, что ему не обидно, это еще ничего не означает, — цокает Дима. – вот именно! — поддакивает Оля. Олежа просто молча стоит, вжав голову в плечи. он чувствовал себя лишним, несмотря на то, что все собрались тут из-за него. – ну и че? он же не хочет на нас докладывать, — пожимает руками Котенко, — так ведь, Олеж? Олежа опустил голову в бок, избегая зрительного контакта со всеми в комнате. два обидчика цокают, понимая, что Олежа их прикрывать не будет. – задело или нет, — выдаёт своё решение директор, — такое нельзя с рук спускать. Дима с Олей выглядели оживленными после слов директора. а Олежа не знал, что чувствует: с одной стороны, он не хотел проблем для одноклассников Димы, хоть и понимал, что они сами виноваты, а с другой он был рад просто потому, что рады Оля с Димой. вскоре они вышли из кабинета директора, а два обидчика остались там. Олежа наконец понял - он больше рад, ибо Дима с Олей наконец подружились. всего-то нужна была общая миссия под названием «побить обидчиков Олежи». эта парочка, как немного отошли от кабинета, дали друг другу пять и, подойдя к Олеже с двух сторон, оба взяли его под руку. Дима слева, Оля справа. – спасибо вам, — засмущался Олежа, — но не стоило… – ой, Олеж, — махнул свободной рукой Дима, посмотрев Олеже прямо в глаза, — не надо тут это самое! – не начинай, — улыбнулась Оля, — они заслужили. будут знать! – во-во! — поддакивал Дима. и все разошлись на уроки. на переменах виделись, гуляли по коридорам, и так весь день. у них уроки закончились в одно время, поэтому все пошли по домам вместе. их дружба продолжалась уже несколько недель. но что-то поменялось: Дима стал как-то странно на Олежу. это заметила Оля, и мысленно называла своего брата «великим слепым», но молчала. лишь понимающе улыбалась Диме. а потом появился он - Антон. непонятный парень, строит из себя хрен пойми что, ещё и старше их на несколько лет. ходил весь такой важный, из богатенькой семьи, папаша у него там влиятельный, и Олежа смотрел на него с радостью. Дима ревновал, но признавать не хотел.

от: Димон Побрацкий

я прост не понимаю че он в этом придурке нашел

от: Олечка Душнова Реально

от: Димон Побрацкий

может, грохнуть его?

от: Олечка Душнова Че? Ты идиот? У него же папа влиятельный

от: Димон Побрацкий

ну эт конечно да

мб тогда поговорим с ним?

чтоб к Олеже не лез

от: Олечка Душнова Ты ревнуешь? от: Олечка Душнова Как мило❤️ Дима потупил в телефон. он думал, действительно ли это всё так, действительно ли он бесится на Антона из-за ревности? он отложил телефон. посмотрел в потолок, подумал. думать было трудно: сестры кричали, младшие бегали по дому, создавали такой шум, что Дима боялся оглохнуть. он не знал, что ему делать, ведь впереди целый выходной. вдруг сообщение. Дима открывает и тут же улыбается до ушей: Олежа написал. от: Олежа Душнов Привет. Пойдём гулять?

от: Димон Побрацкий

привет, только если без Антона

от: Олежа Душнов Почему он тебе так не нравится? Дима не отвечал: думал, что написать. он представлял, как Олежа отреагирует, если Дима сейчас напишет, что ему не нравится Антон, потому что принимает его как препятствие, как что-то, что может увести у него Олежу, как того, у кого явно больше шансов с Олежей, чем у Димы, как… от: Олежа Душнов Дима?

от: Димон Побрацкий

извини. отвлекся

если хочешь позвать Антона, я не против

от: Олежа Душнов Вообще, я не собирался его звать. Я хотел с тобой.

от: Димон Побрацкий

ща выйду, приду к твоему дому

от: Олежа Душнов Жду! Дима был у дома Олежи за двадцать минут. «я хотел с тобой» вертелось у него в голове всю дорогу. может, шансов у него не так уж и мало, как он думал? или Олежа так со всеми? у него же кроме Оли друзей и не было раньше, и то она его сестра…надо будет у неё спросить. – привет, — помахал рукой Олежа, — ты быстро, бежал чтоли? – тапочки терял, — улыбается Дима. гуляли они почти весь день: то там, то здесь, по парку, по дворам и разговаривали, точнее, говорил в основном Дима, а Олежа внимательно слушал. – а потом он говорит мне, типа, — рассказывал Дима какую-то историю про парня со двора, с которым Дима повздорил в детстве, но не успевает договорить, как на горизонте появляется Антон. – Олег! привет. и лицо Димы тут же меняется. его бесило, что Антон называет его Олегом, что, по сути, неправильно, а Олежа молчит и не поправляет его. – привет, — слабо улыбается Олежа. он явно не ожидал увидеть Антона. – и тебе привет, Дима, — у Антона сразу же пропадает улыбка. он цокает и закатывает глаза, когда общается с кем-то, кроме Олежи. точнее, для него Олега. – ага, — также закатывает глаза Дима. – слушай, мы тут с Димой вдвоём гуляли, — неуверенно тёр шею Олежа, — давай в другой день встретимся? – хорошо, — улыбнулся Антон, — пока. и ушёл, не успели двое и слова сказать. настроение у Димы немного улучшилось. дальше прогулка прошла отлично. они походили по магазинам, ничего не купили, но насмотрелись на всякие прикольные штучки. вечером, когда они шли домой, пошёл дождь. они промокли до нитки, и дошли только до дома Олежи, и когда мама с Олей их увидели, Оля не смогла сдержать смеха, потому что Олежа, видите ли, очень смешно выглядит со своими мокрыми волосами до ушей, а мама вздохнула и беспокойно начала их согревать. Дима чувствовал себя как дома. его отогрели, накормили и напоили самым вкусным на свете, как ему показалось. напрягал только папа Олежи и Оли, Михаил Александрович, кажется. уже почти восемь вечера, а дождь так и не заканчивается. Олежа боялся отпускать Диму одного на улицу в ливень, поэтому, хоть и очень стеснялся, но предложил ему остаться на ночь. Дима, стесняясь не меньше Олежи, согласился. неловкость была между этими двумя, а стыдно Оле, которая за всем этим наблюдает уже почти месяц. Диме постелили на диване. всю ночь он не мог уснуть: ворочался, думал об Олеже. ему казалось, что сходит с ума. сейчас он лежит у Олежи дома, он в соседней комнате и ничего ему не мешает прийти, высказать всё, что он думает, но нет, это не так, ему мешало абсолютно всё - родители, Оля, Антон…он бесит, даже когда его нет. но самое главное препятствие - страх. Диме было безумно страшно заикнуться о своих чувствах. особенно рассказать о них тому, к кому эти чувства относятся. хотелось уткнуться в подушку и плакать. он поймал себя на мысли, что даже готов за советом обратиться к Антону или Оле. но так ещё хуже - мало ли, расскажут ему всё и Олежа его возненавидит. вдруг Диму выдёргивает из мыслей скрип пола. он поднялся на локтях, посмотрел на источник шума и тут же простил ему то, что он прогнал сон: Олежа пытался пройти мимо, не разбудив. – ой, извини, я разбудил? — шёпотом спросил Олежа. – нет, я не спал, — также шёпотом ответил Дима, пытаясь бесшумно подняться с дивана. – тоже не спится? – ага, — Дима вдруг насторожился, — а ты куда? – воды попить, а ты? – я с тобой, — Дима встал и тут же съёжился от скрипа, который, казалось, звучит на весь дом, если не город. Олежа только кивнул и они зашли на кухню. Душнов достал два стакана, налил воды и протянул один из них Диме. тот послушно взял и отпил содержимое. параллельно думал, что мог бы сейчас сделать то, чего ему так хочется, но что-то его останавливало. он только теребил в руках чашку, словно это самая интересная чашка, которую он когда-либо видел. – так, — Олежа допил воду и сполоснул стакан, затем поставил его обратно, — я обратно спать. — он прошёл мимо Димы, — сладких снов. вдруг Диму будто ударили током. он понял, что надо что-то сделать, что это его шанс. – подожди, — Дима вытянул руку, будто хотел взять Олежу за руку, но не дотянулся, — я… Олежа ожидающе посмотрел на Диму. но сам Дима не смог выдавить из себя и звука. он прижал руку к себе и наклонил голову в бок, глядя в пол. – ничего, — Дима делает шаг назад, — спокойной ночи. Олежа подходит к Диме и обнимает. второму хотелось расплакаться, растаять. он думал, что больше всего на свете любил тёплые объятия Олежи, хоть и сам Олежа всегда был холодным. – я буду рядом, когда ты будешь готов поговорить, — он отстранился, положив руки Диме на плечи. Дима посмотрел в глаза Олеже: в эти голубые, как июльское небо, которые словно светились от лунного света, в которых Дима был готов утонуть. и он сразу всё понял - всё о своих чувствах, всё о том, чего ему так не хватало всю жизнь, абсолютно всё. и ему хотелось сказать, ему нужно было сказать об этом Олеже, но не мог. не успел он глазом моргнуть, как Олежа ушёл. Дима остался на кухне один. затем он, сам не заметив, упал на диван, закрыл глаза и на этот раз удалось уснуть. Диме непривычно просыпаться в тихом доме, в котором никто не бегает и не кричит, как угорелый. его разбудил голос Оли, который уговаривал кого-то вылить куда-то ведро воды. Дима поднялся на локтях и тут же Оля замолкла. – доброе утро, — Олежа навис над Димой, из-за чего второй видел его вверх тормашками. – доброе, — сонно протянул Дима. он так и не понял, на кого и зачем Оля собиралась вылить ведро воды, а спросить было страшно. Диме вообще было неловко издавать хоть какие-то звуки при родителях Оли и Олежи: отец и так смотрел на Диму, как на врага народа, мало ли скажет что-то и всё, не подпустит ни к Оле, ни к Олеже. слава богу хоть мама их к Диме хорошо относится. завтрак был просто шикарный, о чем Дима и сказал маме Душновых. та улыбалась, и Дима заметил, как у них с Олежей схожи улыбки, ибо обернувшись, он увидел самого Олежу, который смотрел на Диму с мягкой улыбкой. от этой улыбки у Димы внутри всё извергалось, он чувствовал, что сейчас растает прямо тут. великая троица вышла гулять. после дождя на улице было просто замечательно - приятный запах, ещё и тепло. прогулка обещала быть идеальной, пока снова им не помешал Антон. у него что, традиция мешать Олеже и Диме гулять? единственное отличие между вчерашней их встречи и сегодняшней - это то, что с ними еще Оля, на которую Антон вообще никакого внимания не обращал. Олежа также вежливо отказал Антону, на что второй, кажется, расстроился. Оля долго после ухода Антона передразнивала его, от чего Дима чуть ли не по полу валялся от смеха, а Олежа скромно хихикал. позже, уже ближе к вечеру, Душновы проводили Диму домой и они разошлись, договорившись встретиться завтра в школе. всё шло хорошо ещё несколько дней. в один день Диме написал Олежа. от: Олежа Душнов Привет! У меня скоро день рождения, придёшь? Дима выпал из реальности на секунду. обрадовался, что Олежа его позвал и просто тому, что ему написал Олежа.

от: Димон Побрацкий

привет, конечно!

недавно он рассказал о своих чувствах Оле. она дала ему пару советов, а самое главное - уверяла, что он тоже нравится Олеже и у них всё получится. но на следующий день оказалось, хотя Дима это и так знал, что Антон тоже к Олеже неровно дышит, и он смог ему признаться. что ответил ему Олежа - история умалчивает, но Диме было до безумия страшно, что он мог ответить ему взаимностью, и у Димы больше нет ни единого шанса. и вот он, день икс. Дима готовился - купил самый вкусный шоколад, выбрал наземной красоты цветы и даже попросил сестёр помочь ему с образом. он решил - в этот день он ему всё расскажет. Дима после уроков выходит в коридор и ищет взглядом именинника, а когда находит - не может перестать улыбаться. они вышли из школы, прошли некоторое расстояние, направляясь к дому Олежи, и тут начинается дождь. опять промокнут. – Олеж, — начал Дима, доставая из рюкзака букет, завернутый в газету и шоколадку, — это тебе, — и протягивает подарок Олеже. – спасибо большое, — смущается Олежа, — надо быстрее домой, заболеем ещё. – подожди, — Дима почти кричит, будто его не будет слышно сквозь дождь, — я…я готов, — он делает шаг вперёд. Олежа не сразу понял. – к чему готов? что случилось? — Олежа прижимает букет к себе. – поговорить, помнишь? Олежа вспомнил, издал тихое и протяжное «а» и всем видом показал, что внимательно слушает Диму. – я… — Дима мялся, опустил голову, — ты, ну…мне… Дима поднял голову и посмотрел Олеже прямо в глаза. оба с мокрыми волосами, одеждой и стоят в без пяти минут луже. – ай, короче, — сдался Дима сказать что-то красивое, и решил просто говорить то, что думает, и резко становится увереннее, — помнишь, ты спрашивал, почему я ненавижу Антона? – да, ты так и не ответил. – потому что у него больше шансов с тобой! я его терпеть не могу, потому что ему легче завоевать твоё сердце, нежели мне! и…поэтому я, ну, так реагировал. Олежа молча уставился на Диму, затем выдохнул и улыбнулся. – я люблю тебя, — наконец выдавливает Дима, — но если ты любишь Антона, то я не буду возра-… внезапно Диму заключают в объятья. Олежа обнимает его так крепко, как может. затем отстраняется и кладёт Диме руку на щёку. – я не люблю Антона, — признаётся Олежа, — я тебя люблю, Дим. Дима впадает в ступор. затем возвращается в реальность и, недолго думая, притягивает Олежу к себе и целует. он соврёт, если скажет, что не ждал этого момента целую вечность. когда он отстраняется, Олежа краснеет, отводит взгляд, но затем целует Диму в лоб. у того улыбка до ушей - он наконец сделал то, к чему так стремился. ему хотелось подойти к Антону и сказать, мол, «завидуй, Олежа со мной, а не с тобой, лошара», и Дима действительно собирался это сделать, если увидит Антона. Олежа берёт Диму за руку, в другой - букет, в кармане шоколад. диетический, без сахара. оба счастливые, будто нашли клад. хотя, почему будто? они действительно нашли друг друга. осталось только придумать, как они об этом расскажут родителям.