недоговоренность

– Чёрт, чёрт. Почему всё так-к?.. Хан бил себя, сильно тянул волосы, душил себя, оставлял на теле красные от ногтей отметины, царапины, пытаясь успокоиться но никак не получалось. Кровь кипела, хотелось сильно плакать, что собственно он и делал. Ревновал жуть как, но не мог рассказать о своих чувств. Страх брал вверх, то как он его опровергает, отталкивает от себя говоря "Хан, я не думал что ты такой мерзкий. Любить друга? Ты же был моим лучшим другом, но теперь ты мне больше никто. Как ты вообще мог в меня влюбиться? Я думал ты мой реальный бро." а после уходит, оставляя Хана просто рыдать. Было страшно его терять, из-за своих чувств. Приходилось скрывать свои чувства, всю любовь к нему, даже если было больно. Хотя бы так тот оставался рядом. – Кому я могу вообще понравиться..? Не то что Минхо, я просто ничтожное, смазливое существо. – Тихо всхлипывая, зарывшись в своих волосах крепко, сверлил самого себя взглядом смотря в зеркало. А в соседней комнате Минхо спокойно лежал со своим так называемым "парнем" листая ленту инстаграма, смеясь. На самом деле парень Хо, не был его парнем, а другом. Просто Минхо подумал если его друг притвориться его парнем, может быть Хан даст какие то знаки что ревнует того? Ему тоже не хотелось портит их хорошую дружбу, но он даже не представлял что каждый раз Хан терпит в своей комнате а потом выходя делая вид что всё хорошо и натягивая фальшивую улыбку до ушей, не показывая ревность. Это раздражало Минхо, никак не добиваясь своего. Думал он так. – Ну почему он меня не ревнует? Ему что совсем всё равно на меня?! – Кинул телефон куда-то на одеяло, жалуясь другу. – Надоело! Сейчас я к нему пойду и выскажусь обо всём! – Давно пора, даже если он скажет нет, это же никак не повлияет на вашу дружбу? – Проговорил Чонин, сувая в рот попкорн чавкая. – Вы же столько лет знакомы и дружите. – С самого нашего первого знакомства, он мне так понравился-я... Таким хорошеньким был, худоващий паренёк с милыми щёщками и с кудрявыми волосами. Он тогда бутерброд жевал, пытаясь всё в рот впихнуть и съесть. – с трепетом рассказывал и вспоминал каждую их встречу с улыбкой. – А сейчас.. Он такой сексуальный, большой...Качок. – Ну и чего ты всё так затянул? Мог бы давно признаться, думая тогда когда он жевал бутерброд, был самым подходящим моментом! Он бы тебе всё в лицо выплюнул, это точно было бы романтичным! – хохотясь, протянул Чонин. За что получил удар подушкой по голове. – Эй! – Всё сваливай из дома, я хочу с ним посмотреть фильм. – Пытаясь того вытолкать из кровати, брукнул Минхо. – Надеюсь он вытрахает из тебя всю дурь. Мой любимый друг. – Зарываясь смехом, поспешил побыстрее уйти пока не получит удар в лицо. – Я тебя убью! Только попадись мне на глаза, Чонин! – Выкрикнул тому, глядя как за лестницей быстро пропадает друг. Захлопнув дверь, вбирая в себя воздух и медленно выдыхая, шёл к двери Хана. Покрутив ручку и слегка открывая, заметил того сидящим перед зеркалом откинув голову на бортик кровати. Кажется уснул, мысленно сказал Минхо. Приближаясь к Хану, странно улыбаясь, сел рядом, смотря на него. И заметил что у того лицо заплаканное, осторожно ладонью коснулся его лица гладя. Минхо вдохновлялся внешностью Хана, пухлые щёчки, медно-рыжеватые, кудрявые волосы в которые так хочет зарыться носом и вдыхать запах свежей клубники, аккуратный носик, красивые глаза, и губы, хотелось вечность их целовать с языком. – Почему не я?.. Минхо-я, так сильно люблю тебя. – сонно пробормотал Хан, сопя. из глаз снова покатилась слеза. Минхо совершенно не понимал. Проверил его спит ли он или очередной раз прикалывается. Обнаружив что Хан всё ещё сладко сопел, захотелось узнать почему он так говорит и плачет? Старший мягко прилёг на плечо младшего, поглаживая его руку. – Я тебя тоже люблю, скорее всего ты во сне снова прикалываешься надо мной. Как и всегда. – тихо прошептал Минхо, усмехаясь. А потом вовсе послышались всхлипы младшего и снова слёзы. – Не уходи от меня, прошу. Минхо я не смогу без тебя жить. Странно. Очень. Впервые он видел его таким беспощным, словно маленький ребёнок. Минхо подумал что нужно что-то сделать. Старший сел на его бёдра чуть задевая шорты младшего, взял его жилистые руки собираясь положить на свою талию но заметил красные отметины что тоже припомнить ему когда проснётся, поцеловав красные отметины всё таки положил на свою талию. Затем ладонями ухватился за его подбородок, мягко очертивая пальцами скулы младшего. Нельзя медлить подумал Минхо, и начал выцеловывать лицо Хана до шеи. Сперва нежно поцеловал в приоткрытые губы, лизнув. Это был его план разбудить. – Хано, милый проснись. – ласково произнёс старший в губы Джисона, смотря из под ресницы. – Ты у меня самый любимый, ну почему ты меня совсем не ревнуешь к другим? Схватился бы и не отпускал, я бы позволил тебе всё. Хан проснулся почти сразу же после влажных поцелуев в разные места. В страхе смотрел на Минхо сидящего на его бёдрах ёрзая и выцеловывшего его шею и лицо. – Что ты делаешь? – сонно пробормотал, не отрывая взгляда от Минхо. Всё ещё целуящего. – Показываю тебе свою любовь и если ты после этого, откажешь мне, то я незнаю что я с тобой сделаю! – выдохнул Минхо, держа лицо Хана ладонями. – Я люблю тебя, с самой нашей первой встречи. Когда ты пытался запихать весь бутерброд в свой рот, когда пытался украсть для меня яблоко у какого-то ворчливого деда, когда неуклюже упал в лужу затянув меня с собой и куча таких моментов. С каждым разом, я всё больше влюблялся в тебя, ревновал тебя ко всем. Просил друзей притвориться моим парнем, трогать меня перед тобой, ждал когда ты заревнуешь меня и просто отберешь меня у всех. Но ты блин! Ничего не сделал, просто ходил как обычно, я что совсем тебя не интересую, дебил. – Минхо прямо смотрел в глаза Хана, из глаз покатились слёзы. Хан мягко провёл пальцами, стирая слёзы с щёк Минхо. Хан на мгновение замер, словно давая Минхо время отстраниться... но не сделал этого. Его пальцы всё ещё оставались у его лица, тёплые, осторожные. Затем он медленно притянул его ближе. Сначала это был почти невесомый поцелуй — едва ощутимое касание губ, будто проверка, можно ли... Но, не почувствовав сопротивления, он задержался дольше. Минхо замер, дыхание сбилось. Сердце билось слишком быстро, отдаваясь где-то в груди и в висках. Хан чуть сильнее прижал его к себе, углубляя поцелуй, но всё так же осторожно, будто боялся спугнуть. Его движения были мягкими, медленными, почти нерешительными — в них было больше тепла, чем напора. Мир вокруг словно исчез. Остались только тихое дыхание, едва уловимое касание губ и ощущение, что в этом моменте — слишком много всего, чтобы это можно было объяснить словами. Минхо невольно подался навстречу, и в этом движении было больше ответа, чем в любых словах. И тогда Хан позволил себе чуть больше - но всё равно бережно, будто держал что-то хрупкое. – Это же не утешительный поцелуй и отказ? – Ты дурак, я тоже тебя люблю сильно-сильно. – Они всё ещё смотрели в друг другу глаза даже не моргая, руки Минхо были на плечах Хана несильно сжимая. – Я ревновал тебя к всем твоим якобы парням, но не показывал этого. Просто уходил в свою комнату, и сходил с ума. Плакал, рыдал. Не мог признаться тебе, думал ты отвергнешь меня и тогда и нашей дружбе будет конец. Довольствовался тем что есть. Не описать всеми словами мира о том как ты сильно мне нравишься. Ты теперь мой? – Да, да и снова да. Хан приблизился, почти касаясь его губ, но на секунду замер. И Минхо не дал этому моменту оборваться. Он сам потянулся вперёд, уверенно сокращая расстояние, словно даже не допуская мысли отступить. Их губы встретились сразу — без колебаний, без паузы. Минхо не отстранялся. Не колебался. Наоборот - он будто держался за этот поцелуй, как за что-то необходимое, не позволяя ему исчезнуть. Его пальцы крепче сжали ткань чужой одежды, притягивая ближе. Дыхание сбилось, но он не остановился, только углубил поцелуй, отвечая уже смелее, настойчивее. Хан тихо выдохнул, чувствуя это, и окончательно поддался, обнимая его крепче. Но даже тогда Минхо не отпустил. Он не собирался отстраняться. Словно, если сейчас отпусть — всё исчезнет. – Я больше никогда не отпущу тебя, ты мой. Весь мой.