Инструкция к вечности: руководство по обходу очевидных неприятностей

Мира проработала в КММ почти пять лет. Но на родную планету вернулась впервые с самого детства. Семья уехала отсюда, когда она была еще младенцем, и всё, что она знала о Двумернии, умещалось в скупых рассказах матери и строчках научных архивов корпорации. Для неё этот мир всегда был чем-то вроде странной сказки, которую она изучала издалека, работая на другом конце галактики. Запах сладкого. Это первое, что ударило в нос, едва открылись автоматические двери шлюза. Запах был густым, и почти осязаемым. Смесь сахарной пудры, тёплого теста и чего-то праздничного, от чего в горле на мгновение запершило. Центр посадки поражал воображение. Огромный вокзал затягивал своим разнообразием: бесконечные платформы и площадки были выстроены под любые виды судов, от старых торговых барж до новейших челноков КММ. Говорили, что этот терминал достроили совсем недавно, когда КММ пришла устанавливать свои преимущества. У корпорации всегда было одно железное правило: хочешь хорошо работать — умей развернуть ситуацию в свою пользу. Поэтому среди «цветных» декораций планеты выросли сверкающие терминалы из белого металла, которые одновременно и подчиняли себе это место, и пытались стать частью его бесконечного карнавала. Мира шла медленно, невольно рассматривая всё вокруг. Мир Двумернии казался ей перегруженным. Слишком ярко, слишком празднично и неоправданно шумно. Голова начнет гудеть через время. Это она точно предвидеть может. Временами она ненароком сталкивалась с прохожими. Здесь были представители самых разных рас, но чаще всего путь ей преграждали коренные обитатели этих земель — Фантазмы. У них не было определенного облика: один мог выглядеть как парящий в воздухе сложный оригами-птица, в том числе как другой полупрозрачный силуэт в старинном костюме. Они были рождены из чистой фантазии и принимали любую форму, которую только можно вообразить. Мира опустила взгляд под ноги, стараясь не наступить на небольшие, дрожащие кубики, напоминающие разноцветное желе. Они усыпали края дорожек, словно живая галька. Она знала из архивов, что именно из этого питательного «субстрата» со временем вырастают новые Фантазмы. Стоило ей случайно задеть один такой кубик носком ботинка, как он отозвался мягким свечением и едва слышным вибрирующим звуком, похожим на недовольное мурлыканье. — Ой! Извините. Женщина сверилась с навигатором. Теперь главной задачей было найти нужного человека и без лишних приключений добраться до штаба. В «Слепом пятне» правила КММ работали лишь на бумаге, и оставаться одной в толпе изменчивых сущностей ей не хотелось. Она остановилась, медленно оглядывая площадь в поисках своего «гида». В голове четко запечатлелось описание из досье: короткая стрижка, иссиня-черные волосы, невысокая фигура и, самая заметная деталь — золотые глаза. Среди пестрого хаоса Двумернии, где каждый второй выглядел как оживший сон, найти кого-то по конкретным приметам было той еще задачей. Мира перевела взгляд на дальний край платформы. Кажется, нашла. У перил, с которых открывался вид на тихое, зеркальное озеро, стоял человек. Он замер в расслабленной, почти ленивой позе, облокотившись на ограждение и глядя куда-то вдаль. По тому, как неподвижно он застыл на фоне суетливой толпы, было ясно: он ждет здесь уже довольно долго. Солнечный свет, или то, что заменяло наподобие его на этом плоском небе, на мгновение блеснул в его глазах, подтверждая догадку. Она подняла руку, собираясь окликнуть своего проводника, и сделала широкий шаг вперед, чтобы он точно её заметил. В этот момент она меньше всего смотрела под ноги. Раздался пронзительный, тонкий визг. Мира вздрогнула, осознав, что случайно наступила на хвост крохотному щенку, который возился в конфетти у её ног. Не успела она вскрикнуть от извинения, как крупный пес, сидевший рядом, мгновенно поднялся и угрожающе зарычал, обнажив клыки. Женщина в испуге отшатнулась. В её голове Двумерния всё еще оставалась набором данных из архивов, где животные были просто частью фауны, но реальность оказалась куда сложнее. Взгляд «родителя» щенка был абсолютно осознанным, тяжелым и полным ярости. Эта раса, внешне почти неотличимая от обычных собак, на деле была такой же разумной, как и все остальные жители планеты. — И-извините! Я не хотела... — выдохнула она, резко отступая назад. От испуга она не заметила, куда пятится. Её каблук соскользнул с ровной плитки, и Мира потеряла равновесие, судорожно пытаясь зацепиться взглядом хоть за что-то устойчивое в этом плоском, кружащемся мире. Не успела она коснуться земли пятой точкой, как в последний момент чьи-то крепкие руки перехватили её за подмышки, спасая от неминуемого сотрясения мозга. Поза, в которой она застыла, оказалась донельзя нелепой: она зависла в полуприседе, вытянув обе ноги в разные стороны, словно пыталась исполнить какой-то странный акробатический трюк. От резкого рывка шпильки, удерживавшие её прическу, не выдержали. Серебристо-белые волосы, до этого собранные в аккуратный тугой пучок, рассыпались по плечам небрежным, взъерошенным облаком. — Осторожнее, леди, — раздался сзади низкий, басистый голос. Мира замерла, чувствуя, как к щекам приливает жар. В её глубоких, зеленых, как чистый изумруд, глазах мгновенно потух всякий блеск — на смену природному любопытству пришло жгучее чувство позора. Она, ученый КММ, привыкшая к идеальному порядку и контролю, сейчас выглядела как растрепанная кукла, которую едва успели поймать перед падением. Она среагировала мгновенно. Жгучий стыд сработали быстрее, чем она успела осознать, кто её держит. Как только она почувствовала под ногами твердую опору, она резко вывернулась из чужих рук и вскочила. Серебристо-белая выбившаяся челка, тяжелой завесой упала на лицо, закрывая добрую половину обзора. Это было даже кстати. Мира судорожно вскинула сумку, выставив её перед собой как щит, чтобы незнакомец не успел разглядеть её пылающее от позора лицо и изумрудные глаза. — Б-благодарю.. извините. — выпалила она, согнувшись почти пополам в быстром, неловком поклоне. Не дожидаясь ответа и не давая мужчине вставить ни слова, Мира сорвалась с места. Она почти бежала, лавируя между желейными кубиками фантазмов и стараясь не оглядываться. Уже на приличном расстоянии она всё же рискнула обернуться на секунду. Незнакомец так и остался стоять у перил. Теперь, когда она не видела его в упор, его облик отчетливо врезался в память: высокий, в стильном белом цилиндре, украшенном пером, и длинном светлом плаще, который развевался на ветру. Его темные волосы с фиолетовым отливом контрастировали с ярким нарядом, а в самой позе сквозила странная, почти театральная уверенность. Хотя, на данный момент, эта самоуверенность смешивался с неким недоумением.

***

— Знаете, леди Мира, в моем контракте не было пункта о «спасении сотрудников корпорации от разъяренных терьеров». Начал диалог золотоглазка даже не оборачиваясь, но в воздухе отчетливо повисла усмешка. Парень шел впереди легкой, почти кошачьей походкой. Его иссиня-черные волосы мягко поблескивали, а тишина до этого между ними казалась Мире слишком тяжелой, пока он не нарушил её низким, ленивым голосом. — Но признаюсь честно — ваш старт был впечатляющим. Особенно тот пируэт в сторону. В КММ всех учат так эффектно исчезать при виде опасности, прикрываясь сумкой как штурмовым щитом? В КММ её учили одному: безупречность — это единственная валюта. Любое пятно на репутации, любая нелепая оплошность могли стоить ей статуса, выстраиваемого годами сухих отчётов и бессонных дежурств. Зачем это ей, если та является лаборантом-инженером? Без понятия. Правила установленные компанией требовала больше чем нужно. Мысль о том, что её первый шаг на родной земле превратился в хаотичное бегство от щенков, жгла изнутри почище местного солнца. — Это было... досадное недоразумение, — сухо отчеканила она, стараясь вернуть себе тон официального представителя. — И я ожидаю, что наше сотрудничество останется в рамках рабочих задач. Без лишних... лирических уточнений в итоговом рапорте. Она судорожно попыталась пригладить растрепанные пряди, которые теперь небрежным облаком лежали на плечах, но пальцы лишь запутались в волосах. Парень наконец остановился и медленно повернул голову. Его золотые глаза сверкнули с неприкрытым ехидством, сканируя её. — О, так мы теперь называем испуг «недоразумением»? — он приподнял бровь. — Расслабьтесь, «специалист». Здесь нет камер КММ, а я слишком ленив, чтобы писать доносы на тех, кто не умеет смотреть под ноги. Он задумался на минуту, пока та закатывала глаза от досады. Вот честное слово, пока они дойдут до место назначения, Мира точно его придушит. — Но совет на будущее: Если будете и дальше пытаться выглядеть «идеальным сотрудником года», местные сожрут вас быстрее, чем те псы на площади. Расслабьтесь. Или хотя бы попытайтесь не падать на ровном месте. Может, всё таки, ему по башке дать?.. Мира поправила сумку и ускорила шаг, чтобы не отставать. Шум вокзала остался позади, сменяясь уютным полумраком узких улочек Двумернии. — Я всё же предпочла бы узнать ваше имя лично. В документах КММ оно указано, но мне кажется правильным услышать его от вас. — Официальный протокол требует личного подтверждения? — он небрежно кивнул. — Что ж, если вам так спокойнее... Зовите меня Зэй. Зэй...Ах да. Она чуть ли не забыла свою главную цель. — Вы... — Мира замялась, подбирая слова, чтобы это не звучало как допрос. — Вы здесь давно? Или это ваша врожденная способность — так легко плыть по течению в этом хаосе? — Достаточно долго, чтобы перестать удивляться говорящим собакам, — отозвался он. — А «плыть по волне» здесь единственный способ не пойти на дно. Двумерния не любит тех, кто сопротивляется её ритму. Мира внимательно слушала, стараясь сопоставить его слова с тем, что она знала о мире. Её приезд сюда совершенно не был случайностью, она сама настояла на этой командировке, буквально вырвав её у руководства КММ. Её семья требовала результата, и на кону стояло нечто большее, чем просто карьерный рост. Её главной целью были часы. Древний, загадочный артефакт, след которого затерялся в хаосе этого мира. Она знала, что только здесь, среди фантазмов и переменчивой реальности, у неё есть шанс их разыскать, ведь её предки именно тут его и спрятали. Она невольно засмотрелась на то, как уверенно он лавирует между выступами домов и лавок. Несмотря на всю его невыносимую манеру общения и ехидство, в его движениях чувствовался настоящий профессионализм. Это вызывало у неё тихое, почти неосознанное восхищение. — Раз вы так хорошо здесь ориентируетесь, — Мира чуть зашла вперед, чтобы видеть его профиль. — Может, вы знаете какие-нибудь сувенирные лавки? Или антикварные лавки «с историей»? — Антикварная лавка, значит? — он медленно перевел взгляд на Миру, словно впервые по-настоящему её увидел и осознал намерения. — Осторожнее с запросами, леди. В Двумернии большой ошибкой является запрос на энергетические хламы. Но.. раз кредиты корпорации жгут вам карман, я знаю пару лавок, куда можно заглянуть. Дорога к штабу пролегала через открытую галерею, с которой открывался вид на нижние ярусы местности. Мира едва успела подумать о том, что архитектура здесь на удивление гармонична, как привычный гул города перекрыл резкий, надрывный свист разрезаемого воздуха. Зэй среагировал мгновенно. Он буквально втиснул Миру в нишу между колоннами, закрывая собой. — Вниз! — коротко, но довольно громко бросил он. Над их головами, выписывая крутую дугу, пронеслись два дрона. Они были небольшими, угольно-черными, с пульсирующими красными индикаторами. Мира узнала модель. Это были охранные перехватчики, но их программное обеспечение явно было модифицировано. В нормальном состоянии они должны были сканировать ID, а не выпускать боевые закрылки при виде гражданских. — Это... это не наши протоколы! — выдохнула Мира, прижимая сумку к груди. Страх захватил всё тело. — Сенсоры перегружены, они работают в режиме «уничтожение»! — Очень вовремя, леди, — процедил Зэй. Когда ситуация стала серьёзной, он уже не выглядел расслабленным ехидным грубияном. В его руках, словно из самого воздуха, материализовалась энергия вскоре принимая облик огнестрельного оружия. — Похоже, кто-то очень не хочет, чтобы вы дошли до штаба. Дроны развернулись в воздухе с металлическим скрежетом и зависли в десяти метрах от них, заряжая орудия. Воздух вокруг зазвенел от статического электричества. — Проверка авторизации... Ошибка. Цель опознана как угроза, — проскрежетал механический голос одного из устройств. — Ну, добро пожаловать в Двумернию, специалист Мира, — Зэй усмехнулся, в его улыбке застыла сталь. — Надеюсь, ваши дорогие платья выдержит небольшую заварушку, потому что бегать уже поздно.

***

Если бы кто-то из департамента маркетинга увидел сейчас Миру, он бы, вероятно, подавился своим протеиновым смузи. Волосы, которые она так тщательно укладывала утром, теперь напоминали взрыв на фабрике сахарной ваты. По дорогому пальто, стоившему как бюджет небольшого поселения, змеились полосы черной технической мазки — привет от взорвавшегося в паре метров дрона. Она сидела на краю дивана, не шевелясь. Её взгляд замер на одной-единственной какой-то неровности в обшивке на стене. Внутри неё сейчас медленно, со скрипом рушилась вселенная. Ей казалось, что если она сейчас моргнет, то либо расплачется, либо начнет истерично смеяться. Это либо стресс либо она медленн,о но верно, сходит с ума. Рядом, максимально беспардонно развалившись на диване, сидел Зэй. Если Мира выглядела как жертва кораблекрушения, то он как человек, который только что закончил скучную партию в бадминтон. Подумаешь, пара дронов. Подумаешь, волосы теперь украшены мелкой металлической крошкой, а на щеке красуется живописное пятно копоти. Зэй лениво, с видом предельно уставшего от жизни человека, разглядывал ту же самую точку на стене, в которую уставилась Мира. Со стороны могло показаться, что они вместе постигают дзен или пытаются силой мысли прожечь в стене дыру. — Знаете, — подал он скучающий голос, — В КММ вам определенно недоплачивают за «вредность производства». Вы сейчас выглядите так, будто планируете объявить этой стене войну. И, честно говоря, я ставлю на стену. — Рэй... или Зэй... как вас там по контракту... — её голос был тихим. — Если вы сейчас же не замолчите, я использую остатки своего профессионализма, чтобы задушить вас вашим же энтузиазмом. — О, мы перешли к угрозам? — парень наконец соизволил перевести на неё ленивый взгляд. — Какая страсть. А я-то думал, вы в КММ только графики умеете строить и падать в обморок при виде опасности. А вы, оказывается, скрытая фурия. Только мазуту со щеки сотрите, а то образ «грозного специалиста» немного хромает. Вы сейчас больше похожи на очень злого енота. Мира резко повернулась к нему. В изумрудных глазах полыхнуло что-то такое, от чего обычные люди обычно начинают писать завещание. — Енота?! — она почти задохнулась от возмущения. — Я, между прочим, спасала наши жизни! Пока вы там... махали руками и строили из себя героя боевика, я... я... — Вы феерично замахывались сумкой, пока пытались достучаться до людей на связи. — любезно подсказал он, широко улыбнувшись. — Это было незабываемо. Серьезно, я теперь буду видеть это в кошмарах. «Смертоносный аксессуар против технологий будущего». — Это была стратегическая оборона! — Мира вскочила с дивана, наплевав на то, что с её прически посыпалась какая-то металлическая стружка. — И вообще, почему эти дроны напали?! Вы сказали, что бюро знает о моём приезда! Ваша «безопасность» едва не стоила мне годового бонуса и, возможно, головы! — Ну, голова и мозги у вас на месте, хотя... последнее выглядит так, будто расплавили в плазме, — Зэй поднялся следом, ничуть не впечатленный её праведным гневом. — А дроны... Ну, видимо, вы слишком красивая для этого сектора, система безопасности не выдержала такую ослепительную личность, что аж не распознала вас. Мира открыла рот, чтобы выдать тираду, достойную генерального директора корпорации, но в этот момент в коридоре раздались тяжелые шаги. Она мгновенно замерла, пытаясь пальцами пригладить волосы. В проеме замерла Жемчуг. Она окинула комнату взглядом, в котором читалось одновременно и снисхождение к коллегам, и легкое раздражение от того, что ковер в штабе теперь безнадежно испорчен мазутой. Зэй тут же принял еще более расслабленный вид, если это вообще было физически возможно. — О, а вот и кавалерия, — протянул он, небрежно отсалютовав вошедшей двумя пальцами. — Мы тут как раз обсуждали тонкости маскировки в условиях городской застройки. Жемчуг даже не удостоила его ответом. Она лишь едва заметно кивнула. — Благодарю за проделанный труд. Твоя миссия на сопровождение до штаба выполнен. Дальше я сама, — в её голоса прозвучал холод в смешке с безразличием. Зэй театрально вздохнул, поднялся с дивана и покинул помещение. Жемчуг подождала, пока шаги Зэя стихнут за дверью. — Мира... — Жемчуг сделала небольшую паузу, подбирая слова так, чтобы они оставались в рамках приличий, но передавали суть. — Твой внешний вид на данный момент оставляет желать лучшего. В итоговый отчёт это не попадёт, но я настоятельно рекомендую привести себя в порядок, как только мы закончим. Жемчуг подошла ближе и, вопреки своему обычному дистанцированию, слегка коснулась плеча Миры, тут же убрав руку. — Семья всё еще требует найти те часы? Ты понимаешь, что Двумерния сейчас — это не то место, где стоит рисковать собой ради старых реликвий? Я ценю твою верность долгу, но не хочу, чтобы ты стала очередной жертвой местных легенд. — Я знаю, что выгляжу ужасно, Жемчуг. И поверь, меньше всего на свете я хотела проверять на прочность твою службу безопасности в первый же час, — Мира сделала глоток воды, которую оставили для гостей, и чувствовала, как к горлу подступает комок. — Но я не могла поступить иначе. Для моих родных эти часы — это не просто вещь. Она поставила стакан и выпрямилась. — Если всё настолько серьезно, я могу выделить тебе группу зачистки или лучших детективов из службы безопасности КММ, — предложила она, — Они перевернут каждый камень в этом районе, допросят каждого торговца и найдут твои часы за сорок восемь часов. Тебе не придется даже марать руки. Мира покачала головой, едва заметно улыбнувшись. Она знала, что для Жемчуг «помочь» — значит «раздавить проблему авторитетом», но здесь это бы не сработало. — Нет, Жемчуг. Никаких групп зачистки и детективов в форме, — мягко, но твердо перебила она. — Это привлечет слишком много внимания. Если местные поймут, что КММ всерьез ищет этот артефакт, цена на него взлетит до небес, или он вовсе исчезнет. Мне нужно что-то... попроще. Самый незаметный путь. Пожалуйста, мне нужен кто-то, кто не числится в твоих золотых списках. Жемчуг нахмурилась, явно недовольная тем, что её щедрое предложение отвергли, но, глядя на упрямое выражение лица подруги, лишь тяжело вздохнула. — Ты всегда была слишком... деликатной для этой корпорации, Мира. Ладно. Раз уж ты хочешь играть в «невидимку», я не буду навязывать тебе своих ищеек. Она на мгновение замолчала, что-то быстро проверяя на своем терминале. Её взгляд стал отстраненным, и сосредоточенным. Спустя минуту она вывела на экран крошечный, зашифрованный фрагмент карты и указала на точку в самом неприметном переулке. — Есть один адрес. Эта самый дешёвый и качественный из списка детективов.