Весенний ветер

Закат окрашивает поляну в мягкие розово‑оранжевые тона: свет съёживается и тянется к горизонту, создавая длинные бархатные тени от стволов деревьев. Трава, ещё тёплая от дневного солнца, словно хранит тепло и отдает его в воздух постепенно, делая вечер мягким и тягучим. Жёлтые цветы под одним из деревьев вспыхивают на фоне уменьшившейся ясности, их лепестки собирают последние лучи. Тишина становится плотнее: настилается тихий шёпот листьев, иногда только отдалённый звук — и всё возвращается в состояние покоя. Мягкий шелест деревьев, и почти неразрушаемую тишину бескрайней поляны нарушает звонкий, чужой голос, увлекательно что-то рассказывающий. Черные глаза, кажется, немного поблескивали при ярких, последних лучах закатного солнца, а волосы слегка трепал спокойный ветер. Насекомые, притавшиеся в глубокой, немного выцвевшей траве, пели свои песни - их трепет разносился эхом по всему пространству, казалось, что бы эти мгновения казались еще более мягкими. Брюнет,аккурат расположившись на коленях другого, что-то увлеченно рассказывал. Его глаза бегали по небу, перемазаясь на ветки деревьев, а потом уже и на Друга, медленно плетущего венок. Его пальцы ловко свивают венок: тонкие зелёные стебельки изгибаются под напором, а жёлтые лютики словно вспыхивают на каждой новой петле. Плетение и рассказ идут параллельно — ритм рук подстраивается под темп голоса, а сам он старается сосредоточиться, словно если допустит ошибку - венок, крепко сплетенный, вмиг распадётся. Голос брюнета медленно опускается, пока и вовсе не стихает. Омутные глаза следят за выражением лица Темноволосого, пока голос собеседника не разрезает на мгновение сложившиеся тишину. —Лука, ты не закончил. —Его голос монотонный, спокойный ласкает слух названного, словно для этого он и остановил свой рассказ. Рука тянется вверх - к волосам парня, пока не достигает своей цели - пальцы медленно поглаживают чужие локоны, а со стороны плетущего венок раздаётся неразборчивое бурчание. —Ну Дим, отвлекись ты от этого венка. — В голосе Лукиана слышится явная просьба с долей недовольства. Названый устало откладывает венок в сторону, перемещая свой взор на того, кто прямо сейчас лежит у него на коленях, и продолжает ласкать его волосы. Это действие казалось привычным для них, хоть и Дима не был особым любителем тактильности. Вскоре, сдавшись, темноволосый прикрывает глаза, отдаваясь прикосновениям от младшего - каждый раз, когда подобное происходит, он никак не может сопротивляться, или уж тем более, попросить убрать руку. —Кстати.. Ты случайно не солнце? Тогда почему ты такой горячий?)) —На слова Луки, Дима медленно разлепливает веки, а потом с усталым вздохом закатывает глаза и прикрывает их вновь, на что Брюнет тихо усмехается - реакция есть, а значит, все удалось. —Ну что ты такой серьезный, а? На этот вопрос Дима промолчал, открывая глаза и вновь беря в руки почти законченный венок. Пальцы вновь стали вплетать в это создание новые стебельки, а они согластно ложатся в круг, словно заранее договоренные. Лука замолкает полностью, медленно опуская руку на землю, вновь начиная следить за действиями друга. Он вплетал очередной цветок, подкладывал стебель под предыдущую петлю и аккуратно затягивал узел — последний виток должен был закрыть круг. Наконец он вставил финальный лютик, защёлкнул стебли и обрезал лишние хвостики — венок замкнулся. Собственные глаза чуть ли не засияли, довольные проделанной работой. Лука приподнимается на локтях, а на его голову «цепляют» свежий венок, который словно приобретает новые краски,ложась на голову своего владельца. В миг пальцы Старшего немного поглаживают Младшего по голове, и этот жест значит намного больше, чем все предыдущие. Дима слегка наклоняется, в то время пока лука привстает чуть выше - их губы соприкасаются, и это не было каким то долгим поцелуем. Это было мимолетным, но откровенным для них двоих действием, в котором хранилось намного больше слов и чувств, чем на деле.