Неизбежность

— Шуичи, ты знаешь, что происходит после смерти?   Совершенно неожиданно спросил Ома во время обеда в столовой офиса. С чего вдруг такой вопрос посреди совершенно будничного и приземлённого дела, детектив не знал. Впрочем, Кокичи всегда был полон неожиданностей. Но всё же... Обеденный рабочий перерыв, который они проводят вместе, никак не сочетается с философией жизни и смерти. Что происходит после смерти? Сайхара — один из лучший детективов в Японии — со смертью сталкивается очень часто. Но над тем, что происходит после неё никогда особо не задумывался. Труп отвозят в морг и проводят экспертизу, устанавливают дату, время и причину смерти. Потом тело кремируют, вручают прах родственниками. А те уже им распоряжаются. Это всё, что Шуичи мог ответить. Ни один из его родственников или знакомых, которых он знает, ещё не умирал, и сделает это не так уж и скоро. — Когда ты умираешь...   Начал Ома, заметив, что Шуичи так ничего и не сказал. Кокичи неспеша подбирал пену от латте ложкой и отправлял себе в рот. — Когда ты умираешь, тело медленно слабеет: ты перестаёшь видеть, отказывает слух и наконец конечности немеют. Ты погружаешься в пустоту. В место, откуда нет выхода. Никакого тебе буддистского перерождения. Никакого тебе рая и ада. Только пучина мироздания — пустота. Всё, обращённое в ничто. И ничто, ставшее всем. Тебя охватывает животный страх. Он отбирает у тебя остатки эмоций и чувств. Твоя душа гаснет и растворяется в пустоте. От тела остаётся только прах. Память о тебе стирается. Единственное, что о тебе напоминает — могильный камень на кладбище Янака. Всё, чем ты жил, о чём мечтал, чего добивался, становится великим Ничем. Весь смысл жизни теряется. Мир продолжает жить, будто ничего не случилось. Твоя жизнь оказывается ничтожно мала и не значима... Но когда ты рядом, Шуичи, я не боюсь умирать.   Пена в стакане закончилась. Кокичи допил остатки кофе и отнес посуду. — Смерть — это часть жизни. От неё никуда не денешься. И приблизить не всегда получается. Смерть — это то, что окутывает нас каждый день, хочешь ты этого, или нет. Может, после неё нас ничего и не ждёт, но я бы не сказал, что она стирает всё наше существование с концами. То есть, если говорить о мечтах и целях, которые, как ты сказал, не представляют из себя ничего после смерти, то это не совсем так, я думаю. Ведь каждый человек в той или иной степени задействован в Мире. Например, кто-то работает на заводе. Это вклад в экономику страны. То же самое касается любой другой профессии. Работа — это всегда вклад в развитие общества, которое составляют множество этапов, не все из которых нам суждено застать, — заговорил детектив, вернувшись за стол.   Они всё ещё сидели за столиком. Кокичи часто приходил обедать к Шуичи на работу. Темы для разговора всегда находились. Иногда абсурдные, иногда будничные. Так, например, за одним из обедов они обсуждали предстоящее свидание. А сегодня говорят о смерти. Но суть разговоров не была так важна. Главное, что они вместе. Что не теряются среди утомительного рабочего дня. Для таких встреч очень подходило слово «саваяка» — человек, который ощущается как глоток свежего воздуха. Таким глотком свежего воздуха в полную грудь они и были друг для друга. — Поэтому, — продолжал Сайхара. — Я думаю, что смерти бояться не стоит. По крайней мере, самой смерти, а не убийств. Когда человек умирает сам, он доходит до конца пути, к которому его привели его мечты и цели, переживания и радости, близкие и враги. Я не знаю, что наступает после смерти, но знаю, что нужно делать всё, чтобы встретить её счастливым и ни о чём не жалеть. Сайхара положил свою ладонь на небольшую руку Омы. Со школы они оба почти не выросли. А сейчас уже взрослые люди, закончившие университет, имеющие стабильную работу. — Ты тупой, Шуичи. Это было признание, а ты всё испортил. Я твоё мнение вообще-то не спрашивал.   Ома сделал вид, что надулся. Шуичи только нежно улыбнулся: знал, что любимый врёт; смущается и притворяется, что злится. — Я тоже тебя очень люблю, Кокичи. И я счастлив, что проведу всю свою оставшуюся жизнь с тобой.   Обеденный час подходил к концу. Оба встали из-за стола. Сайхара поднялся на восьмой этаж и вернулся к делу. А Ома вышел на улицу и зашагал к себе на работу. Улица темнела и холоднела. Нежно-розовый закат уступал место сумеркам. Зажигались вдоль асфальтовых дорог жёлтые фонари. Народ уже грелся в своих домах и квартирах. — Если умрёшь ты, то умру и я.   Кокичи стоял за плитой и переворачивал курицу терияки лопаткой. Сайхара сидел на диване на кухне и пил кофе. Он не понял, о чём конкретно говорил Ома. То ли собирался наложить на себя руки после смерти любимого, то ли имел в виду моральное состояние. Шуичи не знал, что на это ответить, и поэтому молчал. В сковороде скворчала курица, темнея в вязком соусе. Ома добавил овощи, перемешал и накрыл крышкой. — Ты не считаешь это странным?   Сайхара взглянул на него, чуть вскинув брови. — Что? Твои разговоры о смерти? Нет. Вполне нормальные.   Он встал с дивана и вымыл кружку из-под кофе. Подошёл к Кокичи, обнял его со спины, опустив голову ему на макушку. Кокичи добавил в курице собу, перемешал. — Займёмся сегодня сексом?   Сайхара отстранился. Промычал что-то вроде согласия, сел за стол. Ома выложил еду в тарелки и поставил на столешницу. Сел ужинать.   Обычный будничный ужин. Приземлённые разговоры о сексе, о работе. Больше никакой философии. Пора возвращаться в обычный мир, без всяких глубоких размышлений. Пора ужинать, пока не остыла еда. Пора наслаждаться друг другом, пока время ещё есть. Пора жить счастливо.