Пока не закончится весна

      — Мне всегда нравились твои волосы… Помнишь?       Фразы давались ему с трудом, слова путались, паузы на подумать становились всё очевиднее. Наруто не привык к алкоголю. Ему бы это знать и не пить — даже в честь годовщины окончания войны, даже, учитывая, что они давно — взрослые. Это неважно. Важно другое. То, что не меняется.       — Помнишь? — повторил он настойчивее. — Красивые.       Сакура не ответила. Наруто мог бы не говорить ничего — то, с каким выражением он смотрел на неё снизу вверх, было яснее любых слов. Так смотрят на рассвет. На розовые бутоны цветущей вишни. Не на людей. По крайней мере, никто не смотрел на неё так, как он.       Конечно, Сакура помнила. Когда они были детьми, только Наруто не сводил с её локонов восхищëнный взгляд. Тянулся к ней, как мотылёк к пламени, пусть и прекрасно понимал, для кого она так стремилась быть длинноволосой, выделиться больше, стать симпатичней подруги-соперницы Ино. Для того, кому это было не нужно.       Наруто лежал, уткнувшись щекой на сложенные на столе руки, как ребëнок, а не перебравший кандидат в Хокаге, и улыбался. Сакура поправила отросшие за год волосы на одну сторону, глубоко вздохнула, боясь встретиться с ним глазами дольше секунды. Дело ведь не в Саске. Давно не в нëм. О них судачили ещё со времён команды номер семь. Смеялись над ним. Жалели еë. С высоты прожитых лет больно вспоминать.       Голова кружилась. Эта маленькая кухня квартиры, где Наруто провëл всю свою жизнь. Стол и два стула. Упаковки рамена в шкафу. Выключены все лампы, только лунный свет из открытого окна. Замкнутый мирок. И холодок внутри, дрожь на кончиках пальцев. Стук сердца в ушах. И страшно, и хочется. Момент срыва, чтобы Наруто перешагнул черту, посмел дотронуться, поцеловать. Но Сакура знала — и была бесконечно за это благодарна — такого не случится. Неважно, в каком состоянии Наруто. Он будет только смотреть. Когда наступает момент сделать выбор, нужно сделать тот, о котором не будешь жалеть. Наруто свой сделал много лет назад. Сакура пока нет.       Темнота отступила. Как только серость рассвета сменилась сизым маревом, Сакура взяла в руки кунай. Мысли вчерашней ночи отдавали стыдом на языке, давящим дискомфортом в глубине груди. Прядь за прядью волосы упали вниз. Она не готова ответить на вопрос, что не был задан.       Ей нужно ещё время, пока не закончится весна.