Хозяин болота

      — Сука, надо же мне было так вляпаться! — Гарри с отвращением дернул ногой, стряхивая с высокого сапога налипшую грязь, хотя говорил он вовсе не об этой грязи.       Ещё утром, когда он, как и всегда, вошел в общий кабинет в Аврорате, день обещал быть обычным — в меру скучным, в меру сонливым. Кто же мог предугадать, что он забудет составить отчет на еженедельное собрание, опрокинет кружку с горячим кофе на Праудфута и случайно подожжет брови Робардса, кидаясь в сидящего напротив Рона безобидными искорками. Как итог, окончательно выведенный из себя Кингсли, громко хлопнув о стол папкой с тупиковыми делами, которые они пытались реабилитировать, наорал на Поттера и приказал собирать манатки и выметаться из Аврората. На вопрос Гарри, уволен ли он или просто отстранён, Кингсли криво усмехнулся и, покопавшись в бумагах, левитировал к Гарри один единственный листик, увидев который Поттер глухо застонал и стукнулся лбом о стол.       — Ай да Поттер! — заржал сидящий рядом Уильямсон, заглянув в бумагу, лежащую перед Гарри и вызвавшую у того такую реакцию.       В документе, переданном Кингсли, красовалось всего несколько строк и старая колдография, на которой жила своей жизнью унылая деревушка, потерянная где-то среди Каледонского леса. Сами же строки гласили:

Дело Nº131. Каледонский лес.

Ранее сообщалось, что болото, занимающее восточную часть Каледонского леса, начало разрастаться. После пропажи трех местных охотников жители вызвали авроров. По истечении трех суток поисков и исследований группа была возвращена в Лондон, признав, что изменения, происходящие с болотом, имеют естественные причины.

P.S. Ни в коем случае не открывать это дело вновь!

      — Но, сэр! — Гарри поднял умоляющий взгляд на Брутствера. — Это же закрытое дело. На кой ляд мне лезть в это болото?       — Уверен, что оно было закрыто правильно? А может, наши бывшие коллеги струсили? — Кингсли вопросительно выгнул бровь, откидываясь в своём кресле. — Не ной, Поттер, а лучше тщательнее изучи материалы дела.       — Но их нет!       — Так найди, — на губах главного аврора заиграла мстительная ухмылочка, — и изучи. Поняв, что спорить с разозленным начальством сейчас нет никакого смысла, Гарри понуро встал и, подхватив злосчастный лист с делом, поплелся на выход. Только Рон успел кинуть на него сочувственный и извиняющийся взгляд, тем самым говоря, что он как бы с ним, но вызывать гнев начальства ему сейчас не с руки.       — Друг называется, — зло буркнул Поттер, хотя прекрасно понимал Рона. У того беременная жена и больные родители. Ему сейчас стоит думать о них, а не о накосячившем друге.       Сборы шли медленно и муторно, хотя толком собирать было нечего. Гарри быстро сменил обычную, магловскую одежду, в которой заявился на собрание, на аврорский китель, накинул на плечи алый плащ, скрепив его серебряной пряжкой в виде оленьей головы с внушительными рогами. Плащ был добротный и зачарованный, он отлично регулировал температуру, от чего в нем было не жарко под палящем солнцем и тепло в самую лютую и промозглую погоду.       В специальные крепления на портупее, заботливо одетой на китель и скрытой под плащом, Гарри быстро расфасовал стандартный набор зелий и накинул сверху пару артефактов, пока никто не видит. Не то чтобы это было запрещено, но Поттер стащил амулет стихий, чье применение разрешалось в крайних случаях, если только ты не желал превратить половину острова в безжизненную пустыню, похуже Атакамы, или потопить весь Уэльс с помощью цунами.       Вторым артефактом Гарри прихватил гремящий напёрсток. Поттер, откровенно говоря, и сам не знал, как этот артефакт оказался у них на складе, да и в рейдах им никто не пользовался никогда. Вот после тяжелого рабочего дня или в промежутке между работой напёрсток имел успех. Срабатывал артефакт — стоило им лишь три раза постучать по любой поверхности и попросить налить. После чего в напёрстке появлялась маленькая доза волшебного алкогольного напитка, всегда разного — от горячего мёда со специями до огневиски. Напиться таким количеством было нельзя, но настроение сразу поднималось. Однако использовать напёрсток больше пяти раз подряд не рекомендовалось, так как после каждого пятого наполнения из него выскакивал дух маленького пьяного гнома в одном цилиндре на голове и начинал плясать и горланить «Огневиски! Огневиски!».       Гарри хмыкнул, вспоминая, как они всем отделом пытались изгнать этого вредного духа в первый раз, и несколько раз присел и прыгнул на месте, чтобы убедиться, что ничего не мешает. Палочку Поттер запихнул в специальное крепление на бедре — самое то, чтобы она всегда была под рукой и её можно было быстро и легко достать.       — Ну что там, болота? — Гарри уныло подхватил листок с делом и всмотрелся в колдографию. Увиденное молодого аврора не особо порадовало, и он тут же скривился. Но делать было нечего.       Поттер прекрасно знал Кингсли, и тот точно не сменит гнев на милость в ближайшие пару дней. Гарри уверен, что, будь сейчас рядом Рон, друг бы предложил отсидеться это время дома, но, как бы сильно Поттер ни хотел лезть в болота и продираться сквозь густой лес, а работа есть работа. Несмотря на внешнюю расхлябанность и несобранность, к работе Гарри привык относиться ответственно. Хоть иногда и своеобразно, как, например, с этими двумя артефактами, жгущими его карманы.       В последний раз окинув комнату для сборов, Гарри быстрым шагом покинул пределы Аврората, прихватив с собой стандартный свиток с порталом, который активируется и доставит его в нужное место, как только он покинет Министерство. Так и случилось, отчего сразу за приземлением последовало…       — Сука, надо же мне было так вляпаться! — Гарри с отвращением дернул ногой, стряхивая с высокого сапога налипшую грязь.       Поттер угадил в самую гущу буро-рыжей жижи, которую местные, судя по всему, именовали дорогой. Выбравшись из грязи на более-менее твердый участок, оказавшийся большим упавшим валуном, Гарри осмотрелся.       Первое впечатление оказалось ошибочным. Попал он вовсе не на дорогу — той и в помине не было видно, как и самой деревеньки, в которой он должен был вновь начать расследование. Хотя что тут расследовать, Гарри так и не понял. Ну, увеличилось болото, что в этом такого? Может, в том году было больше дождей? Но удручало то, что он оказался окружен непролазной зелено-сизой чащей, увитой дымкой и пронизанной звуками пробудившегося леса.       — И трансгрессировать не получится, — сквозь зубы процедил Гарри, сканируя округу хмурым взглядом. Ему не нравился лес, не нравилось болото, не нравился Кингсли и не нравилась тяжелая влага, из-за которой было трудно дышать. Да и сам воздух, пропитанный запахами тины, прелой хвои и мха, не добавлял симпатии. — И что прикажете делать?       Глубоко вдохнув, Гарри вытащил из крепления палочку и покрепче сжал рукоять, сделанную из черного мрамора и серебра, заострённую к концу. Несмотря на материалы, палочка удобно лежала в руке, была лёгкой и быстрой, в критичные моменты со свистом разрезая воздух, полностью послушная своему владельцу и посылая потоки мощных чар в противников.       Высмотрев приблизительный маршрут, Поттер ловко перепрыгнул на следующий валун, вздымающийся над грязью. Потом на следующий, и ещё, и ещё, пока удача не отвернулась от него, а валуны не кончились. В придачу, на последнем прыжке Гарри плохо поставил ногу во время приземления и со всего размаху улетел в грязь.       — Да дерьмо же! — выбравшись и очистив одежду заклинанием, молодой аврор с ненавистью запустил в центр жижи Инсендио, чтобы выпустить пар. Однако заклинание, разогревшее грязь, сделало только хуже. От того места, куда оно угодило, в воздух стал подниматься странный рыжий дым с омерзительным запахом. Желудок Гарри тут же скрутило болезненным спазмом, и он едва не вывернул остатки утреннего кофе и завтрака под ноги.       Закрыв нос рукавом и дыша через раз, Поттер поспешил отойти подальше от этого места. Следовало найти тропу, ведущую в местную деревню, опросить жителей, прочесать местность, где пропадали охотники и куда уходила посланная ранее группа авроров, составить отчет о проделанной работе. И сделать все это Гарри хотелось как можно скорее, чтобы уже к вечеру вернуться в Лондон, а не прозябать на никому не нужных топях.       Однако ни через пять, ни через десять минут искомой тропы так и не было видно. Вокруг лишь вздымались вековые стволы деревьев, грузные от наросшего мха. Некоторые из них, впрочем, не отличались высотой, были приземисты и скрючены, и в сизом мареве создавалось впечатление, что это и не деревья вовсе. Гарри чудились лесные тролли, сжимающие в своих пудовых ручищах гигантские посохи и стволы вырванных с корнями деревьев.       Продвигался Поттер медленно, внимательно высматривая сухие участки, упавшие огромные валуны — и откуда тут только столько их взялось? — ступая, как и учили их в академии авроров, — опираясь на всю стопу и не делая резких движений.       — Вот веселье будет, если Мальчик-Который-Выжил и победил самого Воландеморта просто сгинет в болоте, захлебнувшись тиной, — простонал Гарри, в очередной раз выдирая увязший сапог. Он уже не делал попыток очистить их и свою одежду от грязи.       Спустя еще час блужданий по топи Гарри устало опустился на мшистый валун у одного из скрюченных временем деревьев. Это было одно из немногих по-настоящему сухих мест из тех, что попадались ему на пути. Не плавающая кочка, уходящая под воду под его весом, а целый островок, на котором с комфортом уместилось бы два человека.       Вытянув ноги, Поттер откинул голову назад, уперевшись темечком о трухлявый ствол. Идти дальше не было сил. Гарри чувствовал себя выжатым и опустошенным. Тёмная зелень окружающего его леса и топи давила, от влажного, тяжелого воздуха, пропитанного запахом тины, мха и гниения, делалось дурно. При каждом вздохе Поттеру казалось, что он чувствует, как содрогаются его легкие, готовые сжаться, лишь бы не вдыхать больше отправленный запах болот. А желудок делал кульбит, и молодому аврору приходилось делать усилие над собой, чтобы удержать его содержимое.       Впрочем, несмотря на все неудобства, Гарри так и не нашел пока никакого следа, указывающего на волшебство. Порой он останавливался, чтобы проверить местность вокруг с помощью чар Ревелио, но вокруг была тишь и… благодатью это место Гарри бы точно не назвал.       — Может, та группа действительно была права? — простонал Гарри, выуживая из внутреннего кармана листок с делом и заново вчитываясь в скудные строки.

«…изменения, происходящие с болотом, имеют естественные причины…»

      — Тогда почему они приписали в конце, чтобы дело больше не открывалось? Доброе послание тем, кто придет на их место, или так пытались что-то скрыть? — Гарри покрутил лист. — Если так, то ребята ничего в скрытности не смыслили. И свои ещё странно, — Поттер задумчиво прикусил нижнюю губу и, чуть нахмурив брови, поднес к листу волшебную палочку. Поиск с помощью различных заклинаний не выявил на листе ни скрытных чернил, ни тайных письмен. — Почему на деле нет даты? Когда именно местные высылали запрос в Аврорат?             Прикрыв глаза, Гарри протяжно выдохнул. Нет, как бы ему ни хотелось домой, а выполнить задание Кингсли следовало честно и, как всегда, выложившись на полную. По-другому Гарри просто не умел. Кряхтя, Поттер поднялся на ноги. Лист с делом вновь был свернут и возвращен во внутренний карман, а Гарри прыгнул на возвышающуюся над водой кочку по другую сторону приютившего его островка.       Впрочем, запал юного аврора несколько поутих, когда на лес спустились сумерки, а деревня так и не была найдена.       — Мерлин, только не говори, что я пошел не в ту сторону от того места, где меня выбросил портал! — взвыл Гарри, вновь провалившись по пояс в трясину. Одно радовало Поттера — палочку он держал над головой, освещая себе путь с помощью Люмос, и та не оказалась в вязкой ловушке. Но на этом все радости Гарри заканчивались.       Стараясь не делать резких движений, Поттер начал пробираться к видневшемуся островку сухой земли чуть левее него. И когда до того было уже почти рукой подать, островок вдруг издал глухой, протяжный звук и… ушел под воду.             — Драконье дерьмо, это что сейчас было? — Гарри вмиг подобрался и увеличил сияние заклинания. Сгущающаяся с каждым ударом сердца мгла тревожила и заставляла нервничать. Теперь те самые деревья, что казались далекими и относительно безобидными лесными троллями, вдруг сгустились, слипнулись, обступили кругом, а под водой то и дело мерещилось движение огромных тел. Как назло, ещё и вспомнились пропавшие местные охотники. Право, не обычные же лягушки и жабы их сожрали?       Внезапно вдали зажегся огонек. Пламя его отливало синим и зеленым и было столь мало, что поначалу Гарри подумал, что глаза подводят его. Но вскоре рядом с первым огоньком вспыхнул второй, за ним третий, и вот уже целый сонм огоньков кружил хоровод.       — Деревня? — Гарри не верил своему везению. Неужели он все-таки нашел в этом всеми забытом месте его жильцов?       Он рванулся вперед, уставший, мокрый и грязный, совершенно позабыв о том, где находится. Дернулся и увяз глубже, уходя разом сразу по грудь в вязкую муть болота.       — Да драконьи ошметки, как тут вообще можно жить?! — рыкнул Поттер, злясь больше на самого себя и свою неосмотрительность. Однако топь уже начала медленно утягивать его на дно.       Гарри дернулся опять и для верности взмахнул палочкой, но ничего не произошло. Белесый луч заклинания ударил в воду и рассеялся в ней.       — Не понял? — Поттер от удивления аж замер. Это заклинание они учили специально для таких ситуаций, и до этого Гарри еще никогда не приходилось его применять. — Неужели где-то ошибся?       — Ваше заклинание выше всяких похвал, юноша, однако в этих местах не вся магия действует так, как в остальных землях.       Раздавшийся совсем близко грудной, вкрадчивый голос заставил Гарри вздрогнуть и направить кончик палочки в ту сторону. Свет Люмос выхватил присевшую на одно колено на не замеченном Гарри сухом участке земли фигуру.       — Кто вы? — резко бросил Поттер и сделал жест палочкой, показывая, что хочет, чтобы незнакомец скинул капюшон, показав свое лицо. Тот поспешно откинул его, заставив Гарри задохнуться от охватившей его смеси чувств. Страх, даже ужас, замечательно, удивление, ярость, затаенная боль. Перед ним сидела взрослая версия Тома Марволо Реддла.