Начало жизни начиная со смерти

Обычно я любил первые лучи света,заставлявшие меня проснуться, но в это утро они были ужасны. Как и предыдущие тридцать семь дней. Ровно столько дней назад умер мой отец, попав в автокатастрофу: его сбила фура, пока он ехал с дневной смены домой. С тех пор каждый день заставлял меня продолжать жить, чего я не хотел. Но и окончить её сам я не мог — смерть всегда пугала меня, и я бы не осмелился на это. Лучи солнца слепили глаза, красные от слёз и нехватки сна. Минут тридцать я лежал неподвижно, думая лишь о том, как бы продержаться ещё несколько дней в этом ужасном мире, где не осталось никого, кто был бы со мной рядом. Хотя я уже проснулся, тётя Анджела всё пыталась меня разбудить, а я делал вид, что сплю, чтобы не идти в школу. Около двух минут она уговаривала меня. Я не хотел мучить её своим же мучением, поэтому встал и вышел из комнаты. Она стояла у самой двери. Я понимал её: ей было так же трудно, как и мне. Тётя Анджела тоже потеряла близкого человека — своего брата. Её крашеные в жёлтый блонд волосы с отросшими корнями были небрежно уложены, а синие уставшие глаза смотрели на меня с трудно натянутой улыбкой. Сквозь неё я чувствовал её боль, похожую на мою. — Доброе утро, Джо, — сказала она хриплым от сигарет голосом. Чуть замолчав, она добавила: — Я знаю, как тебе трудно сейчас, и я готова помочь. Но и ты должен хотеть этого. Попробуй пойти в школу сегодня, хорошо? Я уверена, что со временем боль утихнет. Твой папа всегда хотел, чтобы ты прожил достойную жизнь. Она говорила это тихим голосом и торопясь, будто готовила эту речь заранее. Сказала настолько быстро, что я даже не успел до конца осознать смысл слов. Помолчав несколько секунд, я согласился. Обрадовавшись, она начала торопить меня. Я умылся, высушил волосы и оделся. Анджела уже ждала в машине. Я сел на заднее сиденье. Мы ехали медленно, так как Анджела только недавно получила права. Когда мы приехали к школе и я вышел, она пожелала мне удачи и уехала. Я помахал ей вслед. Машина медленно отдалялась, пока совсем не исчезла из виду. Я повернулся. Жизнь в школе кипела. Посчитав про себя до трёх, я пошёл к входу. Там я увидел своего Друга Эдриана. Я подошёл к нему и попытался максимально весело, с натянутой улыбкой, сказать: — Привет! Но, как всегда, вышло плохо. Папа всегда говорил, что я не умею врать. Эдриан удивлённо посмотрел на меня и пожал руку: — О, привет, Джо! Как твои дела? Прости, что не навещал... боялся, что ещё больше испорчу настроение, — промолвил он, и его лицо покрылось красными пятнами. Я удивился. Эд был моим лучшим другом с детства, наши отцы тоже дружили. Он никогда не портил мне настроения своим присутствием — наоборот, рядом с ним я забывал о проблемах. Но спорить не было сил, и я лишь кивнул. Мы шли по коридору. Я посмотрел на часы над шкафчиком, пока снимал куртку, размокшую от сырости. Эд уже быстро сложил вещи и ждал меня, нервно поглядывая на циферблат. — Джо, побыстрее! Мы сейчас опоздаем на биологию! А мне нельзя опаздывать, мистер Лиам уже ненавидит меня за прогулы. Его слова вытащили меня из моих мыслей. — Ой, прости, Побежали Подбежав к кабинету, я внутренне сжался. Я знал, что сейчас Эд откроет дверь, и на меня обрушатся взгляды, шепотки и сплетни. Излишнее внимание сейчас было совсем некстати. Эд толкнул дверь и вошёл, а я, простояв долю секунды на пороге, последовал за ним. Шаги мои были медленными и неуверенными. Глаза невольно забегали по классу. Первым я увидел мистера Лиама — он уставился на меня так, будто увидел призрака. Он всегда относился к ученикам предвзято, глядя на всех свысока, словно он — вершина пищевой цепочки. Затем я заметил Кейти. Её синие глаза округлились от удивления. С волнистыми светлыми волосами и пухлыми губами она старательно строила из себя «глупую блондинку», которой, по правде говоря, отчасти и являлась. Едва наши взгляды встретились, она тут же принялась что-то нашептывать Беверли — своей неизменной «тени». «Разве эти взгляды чего-то стоят, Джо? — спросил я себя. — Правильно: ничего». Я направился к Эду. Мы сидели вместе на биологии ещё со средней школы. Ему этот предмет давался с трудом, в отличие от меня. Удивительно, но к сегодняшней самостоятельной работе я был готов: все дни, что я сидел дома, я старался не отставать от программы и изучал темы сам. Мистер Лиам начал раздавать листовки. Подойдя к нашей парте, он замер, сжимая в руках задание, и сверля меня глазами. — Мистер Лиам, что-то не так? — не выдержал я. — Джо, я вот думаю, стоит ли давать вам эту работу, — произнёс он с неприятной ухмылкой. Его голос внезапно показался мне на редкость противным. — Сомневаюсь, что пока остальные ребята учились, вы хоть раз открывали учебник, отдыхая дома. Я почувствовал, как лицо заливает краска, но заставил себя ответить: — Не волнуйтесь за меня, сэр. Думаю, я справлюсь, — мой голос предательски дрогнул от поступившего чувства стыда. — Очень сомневаюсь, — бросил он и небрежно кинул листок на нашу парту. Урок прошел на удивление быстро. Я расправился с заданиями меньше чем за пятнадцать минут, а вот Эду пришлось туго. Пока учитель не видел, я помогал ему, шепотом объясняя каждый ответ. Когда мы вышли в коридор, нас догнал Фил — высокий и полноватый приятель Эда. Он подскочил сзади, попытавшись в шутку «напугать» нас резким хлопком, отчего я лишь раздражённо поморщился. Фил всегда был слишком шумным и активным для моего нынешнего состояния. — О, привет, Джо! Как жизнь? — расплылся он в широкой улыбке. — Сойдёт. Если не считать сегодняшнюю выходку мистера Лиама, — с горечью отозвался я. — Да уж, — подхватил Эд. — С каждым годом его старческий маразм крепчает. Фил захохотал на весь коридор, привлекая лишнее внимание. Следующие два урока пролетели так же быстро. После тригонометрии мы договорились с Эдом встретиться в столовой. Честно говоря, идти туда не хотелось — обычно в таких местах собираются самые шумные компании. Столовая — это настоящий ад старшей школы. — О, Джо, ты пришёл! — воскликнул Эд, завидев меня. Я немного растерялся и просто кивнул в ответ. — Пошли, сядем вон туда, — он указал пальцем в глубь зала. Я проследил за его жестом. Там снова были Фил, Кейти и, конечно, Беверли. Рядом с ними сидели наши старые знакомые — Оливия и Гарри. Мы направились к ним. Ребята увлечённо общались; первыми нас заметили Оливия и Беверли. Последняя что-то яростно и с улыбкой рассказывала Филу, но, увидев нас, тут же замолчала, и улыбка медленно сползла с её лица. — Привет, ребята! — улыбнулся Эд. Я всё это время старался смотреть только на него. Оказывается, за десять лет дружбы я и не замечал, насколько красивой была его улыбка. — О, садитесь, парни, — отозвался Фил. Стол был большим, и мне повезло: удалось пристроиться на самый край, где я почти не пересекался с остальными. Слева меня прикрывал своей широкой спиной Фил, справа — Эд. Они стали для меня своего рода живым щитом. — Джо, ты всё-таки вернулся в школу? — с любопытством спросила Кейти, наклоняясь в мою сторону. — Да... — выдохнул я. Кажется, мой голос почти никто не услышал. Я произнёс это так тихо, что Кейти, должно быть, пришлось читать по губам. Я тут же покраснел, чувствуя, как по телу пробежал неприятный жар. Как же я ненавижу свой голос — он всегда подводит в самый нужный момент. — Это хорошо, — добавил Гарри. — Я уже грустил, думал, ты уедешь к тёте. — Нет, тётя переехала ко мне. Я не хотел менять школу. — Понятно, — бросила Кейти и вернулась к своей еде. — Как ты сам? — негромко спросила Оливия. Она всегда была хорошей подругой. Мы познакомились в математическом кружке и сильно сблизились в начале старшей школы. — Уже лучше, — произнёс я. Я знал, что Оливия понимает: это ложь. Она отлично читала людей по лицам, и обмануть её мне никогда не удавалось. Мы просидели так всю перемену. Ребята болтали о своём, а я старался внимательно слушать — за время моего отсутствия у них произошло столько всего интересного. Фил с энтузиазмом что-то рассказывал, размахивая руками во все стороны и умудряясь одновременно поглощать свой обед. Кейт, Беверли и Оливия обсуждали недавнюю поездку в горы с родителями Кейт. Судя по выражению лица последней, там явно что-то пошло не так. — М-да… зря мы туда поехали, — перебила подругу Оливия. — Да это ты нас напугала своими дурацкими историями! — вспыхнула Кейт. — Если бы не ты, мы могли бы ещё потусить с теми ребятами. — Ты в своем уме, Кейт? Было уже два часа ночи, и я вообще-то хотела спать! — Что за история? — вмешался Эд. — А, не обращай внимания, наша Оливия вечно придумывает сказки, — отмахнулась Беверли. — А я тоже хочу узнать, что там за история, — подал голос Гарри. Внимание всех тут же переключилось на Оливию. — Ну же, рассказывай, — добавил Фил, скрестив руки на груди. — Ладно, ладно… Вы же знаете, мой папа — офицер. Перед поездкой он дал мне баллончик и нож. Я еще спросила: «Пап, зачем это? Мы же будем ночевать там, где даже дикие звери не ходят». А он велел взять и рассказал одну новость… Все невольно наклонились ближе, чтобы расслышать. — Говорят, недавно нашли нескольких туристов. У них шеи были буквально разгрызены, а рядом — следы человека. По спине пробежал легкий холодок. — Да не верьте вы ей! — вскрикнула Беверли, обрывая нависшую тишину. — Она, наверное, выдумала это просто потому, что испугалась темноты, — хихикнула Кейт. — А я ей верю, — резко отрезал Гарри и ударил ладонью по столу. Ребята начали спорить, и так прошла вся перемена. Я честно пытался влиться в разговор, но у меня никак не получалось. За то время, что я просидел дома, моя концентрация сильно ухудшилась… Уроки тянулись долго. Я старался записывать всё подряд, надеясь нагнать упущенное. — Вот и закончился день, — пробормотал я, запихивая вещи в шкафчик. За окном напротив не на шутку разошелся ливень. Сильный ветер раскачивал деревья, ломая мелкие ветки и срывая последние листья. Дождь вперемешку с грязью и пылью хлестал по машинам и редким прохожим, которые пытались поскорее добежать до укрытия. О черт, надо позвонить Анджеле. Я набрал номер. Один гудок, два… — Что такое, Джо? — отозвалась Анджела. Она явно была занята. — Ты не сможешь меня забрать? — Ой, точно, прости… Нет, никак не смогу. Попроси кого-нибудь из ребят подкинуть тебя, ладно? — Ох, ну ладно. А когда ты вернешься? — Сегодня ночная смена, так что буду только завтра рано утром. — Удачи на работе, — сказал я и сбросил вызов. До дома было добрых три километра. Пока добегу — промокну до нитки. Что же делать?.. Точно! Эд! У него же есть машина. Я поспешил по коридору, проталкиваясь сквозь толпу учеников. Хорошо, что Эд был одним из самых высоких в школе — его светлую макушку было легко узнать даже со спины. — Эд! Эд! Подожди! — крикнул я, пытаясь его догнать. Он обернулся, высматривая, кто его зовет. Увидев меня, Эд заулыбался и отошел к стене, пропуская поток людей. Я почти дошел до него, когда чей-то локоть больно ткнул меня в спину. Я не удержался и полетел на холодный пол, но Эд тут же среагировал. Его рука моментально перехватила мою. «Какие теплые…» — пронеслось в голове. Он легко, одним рывком поднял меня на ноги. Из-за тесноты в коридоре мы оказались прижаты друг к другу. Я уткнулся ему прямо в грудь, а он продолжал крепко держать мои ладони в своих. — Эй, ты как? В порядке? — выкрикнул он, стараясь перекрыть шум толпы. — Да, я в норме, — ответил я, неловко пытаясь отстраниться. Когда мы наконец выбрались из школы, я сделал глубокий вдох. Холодный воздух пах мокрым асфальтом и прелой травой. — М-м, какой запах, правда? — спросил Эд, зажмурившись и жадно вдыхая прохладу. — Да, мне тоже нравится. Мы постояли под навесом крыльца несколько секунд, пока я не почувствовал, как зубы начинают выбивать дробь от холода. — Эд, ты бы не мог подвезти меня до дома? — спросил я, виновато почесав затылок. — О черт, Джо, я как раз хотел попросить тебя о том же! — проныл он и забарабанил кедами по бетону. — А что с машиной? Ты же всегда на ней. — Вчера какие-то придурки ночью проткнули мне колеса, — Эд скрестил руки на груди, повторяя мою позу. — Пришлось идти пешком. — М-да… вот же не повезло. Ну и гады, — я сочувственно похлопал его по плечу. — И как теперь добираться? Хоть бы зонт взял… — Эд уныло посмотрел на стену дождя. Я прикинул варианты. Мой дом был гораздо ближе, чем его. Оставаться одному в пустой квартире, наедине со своими мыслями, не хотелось до тошноты. — Хм… не хочешь добежать до меня? Переждать дождь. В такую погоду ты далеко не уйдешь. Его глаза тут же расширились и радостно заблестели. Улыбка мгновенно озарила лицо. — Правда?! Можно к тебе? — он чуть не подпрыгнул на месте. — Конечно. Не хватало еще, чтобы ты заболел. — Тогда побежали, Джо! Скорее! — он схватил меня за запястье и потащил за собой в самую гущу ливня. — Хах, с тобой и физкультура не нужна! — подшутил я. Эд обернулся и снова выдал свою фирменную белозубую улыбку. От дождя его блондинистые волосы насквозь промокли и забавными кольцами прилипли ко лбу. Мы бежали по лужам, и мои джинсы уже через минуту стали тяжёлыми от воды. Ледяной ветер пробирал до костей. Эд бежал впереди в своей серо-зеленой кофте. На светофоре я заметил, что его била крупная дрожь. Куртка была расстёгнута, а белая футболка под ней прилипла к телу. Мы оба дрожали, и я чувствовал, как мои губы начинают синеть от холода. Наконец-то вдали показался мой дом. Добежав последние несколько метров, Эд, распахнув дверь, влетел внутрь первым, не в силах больше терпеть холод. Я зашёл следом, и нас сразу окутал густой тёплый воздух. Тепло буквально ударило в лицо — после ледяного ливня в доме казалось даже слишком душно. С нас ручьями стекала вода, мгновенно образовав на полу внушительную лужу. Эд на ходу сорвал с себя куртку и уже хотел было бросить её в прихожей, но я остановил его. — Стой! Давай я повешу её на батарею, чтобы она хоть немного просохла, — заботливо предложил я. — Ну, давай, — ответил он, протягивая мне промокшую насквозь ткань. Мы прошли в гостиную. Я быстро поднялся на второй этаж, а Эд шёл следом, рассматривая комнаты так внимательно, будто пришёл сюда впервые. На самом деле раньше он часто бывал у меня и даже оставался на ночь, но после «того самого случая» я перестал кого-либо звать к себе. Оказавшись наверху, я развесил куртки. Глядя на дрожащего Эда, я понял: если не заставлю его переодеться прямо сейчас, он точно заболеет, и в школе я его не увижу пару недель. — Хочешь, дам тебе что-нибудь из своей одежды? — спросил я, когда мы зашли в мою комнату. Мне стало немного неловко из-за лёгкого беспорядка, и я принялся поспешно убирать вещи прямо при нём. — Ха-ха, боюсь, твои вещи на меня просто не налезут, — усмехнулся он, смущённо почесав затылок. — Я поищу то, что мне велико, — задорно отозвался я. — Хм, ну ладно, — он заметно засмущался. Покопавшись в шкафу, я выудил серые шорты, которые были мне безнадёжно велики в бёдрах и висели как огромная тряпка, а также безразмерную белую футболку. — Держи, — я протянул ему вещи. — Оу, спасибо, — поблагодарил он и скрылся в ванной. Я быстро переоделся в домашнее и стал ждать его возвращения. — Ну, как я тебе? — внезапно выскочил он в комнату, заставив меня вздрогнуть. — Дурак! — вскрикнул я, оборачиваясь. На нём футболка сидела идеально — она плотно обтягивала его спортивную фигуру. Хоть я и старался смотреть ему только в лицо, глаза предательски скользили по рельефу мышц под тонкой тканью. Шорты тоже подошли как влитые. — Ого... Тебе очень идёт, — пробормотал я, невольно засматриваясь. — Правда? Мне кажется, я выгляжу глупо, — проворчал он, разглядывая себя. — Кушать хочешь? — Было бы неплохо выпить чего-нибудь горячего, — ответил Эд. Мы спустились на кухню. В холодильнике стояла запечённая курица с картошкой — я приготовил её вчера на ужин. Раньше я всегда отлично готовил для нас с папой, а теперь мне приходится кормить Анджелу: из-за работы она вечно забывает о еде, и мне приходится буквально заставлять её поесть. — Будешь курицу с картошкой? — Да, конечно! А можно мне ещё макарон варёных доложить? — Ты настолько проголодался? — удивился я. — Очень! — подтвердил Эд, комично схватившись за живот. Я наложил себе скромную порцию, а Эду — целую гору, и отправил всё в микроволновку. — Какао будешь? — спросил я, разливая напиток по кружкам. — Буду! Мы устроились в гостиной. Эд уплетал еду за обе щеки. — М-м-м, Джо, ты всегда готовил потрясающе! Я говорил тебе об этом? — спросил он с набитым ртом. Я рассмеялся, обхватив ладонями горячую кружку, пытаясь согреть пальцы. Расправившись с едой, Эд посмотрел в окно. Я проследил за его взглядом. — Дождь всё не утихает, — вздохнул я. — М-да... И как мне теперь попасть домой? — он заметно погрустнел. — Слушай, если ливень не кончится, а бежать тебе через весь город... Может, останешься у меня сегодня? Его глаза расширились от изумления. — П-правда? ПРАВДА МОЖНО?! — взвизгнул он от радости, вскочил со стула и, подлетев ко мне, обнял так крепко, что у меня голова пошла кругом. — Джо, мы же сто лет не ночевали вместе! Я так рад! От нехватки воздуха я смог лишь выдавить: — И я... Услышав это, он наконец ослабил хватку. Я сделал несколько глубоких вдохов. — Ну и силища у тебя, протеиновый качок, — отшутился я. — Неправда! Это я просто расту. Виделись бы чаще — ты бы не так замечал, — уверенно заявил он. Мы просидели так ещё долго, разговаривая обо всём на свете. Он рассказывал истории из школы, как мистер Лиам выгнал его из кабинета, как он скучал по мне всё это время. Мне безумно нравилось его слушать. Рядом с Эдрианом вся моя боль и тревога уходили на задний план, хотелось только, чтобы этот момент длился вечно. Глаза начали слипаться. Я глянул на часы — стрелки перевалили за второй час ночи. — Хей, может, спать? — напомнил я. Кажется, если бы я не спросил, он был бы готов болтать до утра. Откуда в нём столько энергии? — Да-а, пора, — сладко зевнул он. — Можно мне в душ? Горячая вода была бы кстати. — Да, конечно. Полотенца на нижней полке в ванной. Я проводил его и вернулся в комнату. Включил свет, чтобы не уснуть раньше времени. И тут до меня дошло: а где его уложить? Моя кровать была большой, но спать вдвоём... Не слишком ли это? С другой стороны, не оставлять же его на полу в такой холод — точно разболеется. Пока я мучился сомнениями, Эд уже вышел. Я обернулся и замер. Он был раздет по пояс, лишь полотенце прикрывало бедра. Его тело выглядело так, будто он сошёл со страниц глянцевого журнала: мокрые блондинистые волосы забавно кудрявились, а карие глаза покраснели от шампуня. — Ты... ты чего не одет?! — вскрикнул я и пулей отвернулся к окну. — Так мне нечего было надеть! — простодушно ответил он. Я почувствовал, как по телу прошла волна жара, лоб вспотел, а щёки вспыхнули густым румянцем. — Точно! Сейчас дам ещё вещи! — нервно крикнул я, не оборачиваясь, и начал лихорадочно копаться в шкафу. — Черт, ничего подходящего не осталось, ну ты и гигант! Есть только ещё одни шорты, но, боюсь, они будут маловаты. — Да давай уже что есть! — воскликнул он. Я протянул ему шорты, прикрыв глаза рукой. Он быстро перехватил их. — Ну... как тебе? — спросил он через минуту. Я посмотрел. Шорты были ему настолько коротки, что больше напоминали плавки. — Да... нормально... — попытался я сказать серьёзно, но не выдержал. Я упал на кровать и зашелся в истерическом смехе от абсурдности ситуации. — Да что смешного? Вроде нормально сидят! — жалобно произнёс он, рассматривая себя, пока я катался по матрасу. — А где я буду спать? — Ой, всё... — я вытер слёзы, едва успокоившись. — Придётся спать в одной кровати. Ну, или можешь лечь на диване в гостиной. — Лучше уж здесь, там в темноте одному жутко, — признался он. Эд сел рядом, громко зевнул и повалился на подушку, широко раскинув руки. — Хей, может, ты мне место оставишь? — Ой, точно. Он послушно перекатился на край у окна, а я лёг с другой стороны. Эд уснул почти мгновенно, а я всё ворочался, пытаясь унять колотящееся сердце. Эд во сне часто двигается. Не успел я провалиться в дрёму, как он повернулся в мою сторону и крепко прижал меня к себе. Я снова уткнулся ему в грудь — только на этот раз между нами не было лишней одежды. Стало настолько жарко и неловко, что перехватило дыхание. Я попытался его разбудить, но всё тщетно — он спал как убитый. Пришлось ждать. Я замер, разглядывая его лицо совсем близко. Во сне он казался таким милым... Волосы небрежно рассыпались по подушке, и от них нежно пахло клубникой и ванилью. Постепенно я расслабился, страх и неловкость отступили, и я сам не заметил, как уснул под его размеренное дыхание.