Правило боя

       Воздух в зале «Стальной кулак» пах потом, кожей и старой кровью. Чон Чонгук любил этот запах. Он был честнее любых духов.Он стоял перед тяжелой грушей, и каждый удар его кулака, обмотанного бинтами, заставлял её жалобно скрипеть на цепях. Движения были выверены до миллиметра: джеб, кросс, хук — серия, от которой у любого соперника потемнело бы в глазах. Мускулы на спине перекатывались под влажной от пота футболкой, капли стекали по татуировкам на предплечьях. — Если ты убьёшь эту грушу, я спишу её с твоего гонорара.       Чонгук не обернулся. Он знал этот голос — спокойный, чуть насмешливый, с нотками непоколебимой уверенности. Ким Намджун, его менеджер,единственный человек, который мог разговаривать с ним в таком тоне. — Она сама виновата, — бросил Чонгук, нанося последний, особенно хлёсткий удар. Груша метнулась в сторону, и он поймал её, останавливая. — Нечего было вставать на моём пути.       Намджун усмехнулся и шагнул в свет, падающий из высоких окон. В свои тридцать два он выглядел так, будто держал под контролем не только карьеру своего бойца, но и весь мир вокруг. Идеально выглаженная рубашка с закатанными рукавами, острый взгляд, тяжёлая челюсть. Никто бы не сказал, что этот человек провёл последние десять лет в мире подпольных боёв и грязных контрактов, вытаскивая оттуда одного упрямого парня. — У меня для тебя новость, — Намджун протянул бутылку с водой. — Хорошая и странная. С какой начать? — Со странной, — Чонгук жадно глотнул, запрокинув голову. Кадык дёрнулся. — На тебя вышел продюсерский центр. Один молодой актёр готовится к роли боксёра. Ему нужен наставник. Реальный боец, чтобы вникнуть в атмосферу, поставить удар, ну и для медийной истории. — Актёр? — Чонгук скривился, словно откусил лимона. — Ты хочешь, чтобы я нянчился с какой-то звездой, которая через неделю устанет и сбежит? — Именно поэтому я и согласился, — Намджун спокойно выдержал его взгляд. — Они готовы заплатить сумму, которая покроет твою подготовку к титульному бою. Полностью. Экипировка, спарринг-партнёры, питание, восстановление. Всё.Чонгук замолчал. Он ненавидел, когда Намджун был прав. А ещё больше он ненавидел, когда Намджун использовал его же цели против него самого. — Кто это вообще? — спросил он, начиная разматывать бинты. — Ким Тэхён. Слышал о таком? — Нет, — соврал Чонгук. На самом деле он видел этого парня на билбордах в центре Сеула. Пепельные волосы, пухлые губы, взгляд, который на фотографиях казался то ли наивным, то ли дьявольским. Бесило. — Ну, скоро услышишь. Они приедут сегодня, чтобы познакомиться, — Намджун посмотрел на часы. — Через час. — Сегодня?! — Чонгук развернулся к нему. — Ты не мог предупредить раньше? — Тогда бы ты придумал тысячу отговорок, чтобы сбежать. Я тебя знаю, Чонгук. — Намджун похлопал его по плечу. — Приведи себя в порядок. Не позорь меня. Чонгук проводил его взглядом, полным раздражения, но спорить не стал. Намджун всегда знал, что делал. Даже когда это было невыносимо.

***

      Ровно через час тяжёлая дверь зала открылась, впуская солнечный свет, шум улицы и… смех. — Осторожнее, здесь темно! Тэхён, ради всего святого, не споткнись о гантели, твоё лицо застраховано на сумму, которую этот зал не видел за всю историю. Первым вошёл мужчина, который явно родился для подиума, а не для боксёрского зала. Высокий, с идеальной осанкой, в белой рубашке, расстёгнутой ровно на две пуговицы, и брюках, которые стоили больше, чем весь инвентарь «Стального кулака». Его лицо было безупречным: острые скулы, ясные глаза, волосы уложены с небрежной элегантностью. Ким Сокджин, модель, тридцать один год, и он явно чувствовал себя здесь чужим, но держался так, будто пришёл инспектировать владения. Следом за ним, слегка касаясь рукой его локтя, шёл парень лет двадцати четырёх. Пепельные волосы, пухлые губы, чуть раскосые глаза — Чонгук узнал его мгновенно. Ким Тэхён. На экране он казался ярким, почти вызывающим. Вживую он был… слишком реальным. Он смотрел по сторонам не с надменностью звезды, а с живым, почти детским любопытством. И когда его взгляд упал на Чонгука, тот на секунду замер. — Вы, должно быть, Ким Намджун — Сокджин первым подошёл к менеджеру, протягивая руку. Его рукопожатие было твёрдым, оценивающим. — Ким Сокджин. Мы говорили по телефону. Это мой друг, Ким Тэхён. — Он обернулся к актёру, который всё ещё рассматривал зал. — Тэхён, поздоровайся. — Здравствуйте, — Тэхён шагнул вперёд, легко поклонившись. Его голос оказался ниже, чем ожидал Чонгук, с бархатистой хрипотцой. — Спасибо, что согласились. — Это мой боец, Чон Чонгук, — Намджун кивнул в сторону ринга, где Чонгук стоял, скрестив руки на груди. Он специально не стал подходить первым. Тэхён перевёл взгляд. На секунду их глаза встретились. Чонгук ждал привычного: снисходительной улыбки, оценивающего взгляда, желания сделать селфи на фоне «настоящего боксёра». Но Тэхён просто смотрел. И в этом взгляде не было ни капли игры. — Здравствуйте, — Тэхён подошёл ближе и остановился у канатов. — Вы очень… — он запнулся, подбирая слово, — серьёзный. — А ты очень не похож на боксёра, — ответил Чонгук, не скрывая скепсиса. – Я и не боксёр, — легко согласился Тэхён. — Я актёр. Поэтому я здесь — чтобы научиться. — Это не курсы актёрского мастерства, — Чонгук спрыгнул с ринга, оказавшись почти вплотную. Он был выше, шире, и контраст между его грубой силой и изяществом Тэхёна был почти вызывающим. — Здесь больно. Здесь будут бить. Ты уверен, что твоё лицо выдержит? Сокджин напрягся за спиной Тэхёна, но актёр не отступил. Он поднял подбородок, и в его глазах мелькнул упрямый огонёк. — А вы уверены, что ваше самомнение выдержит, если я окажусь не таким хрупким, как вы думаете? В зале повисла тишина. Намджун приподнял бровь. Сокджин прикрыл рот рукой, скрывая усмешку. Чонгук медленно улыбнулся. Неприятно. Хищно. — Посмотрим, — сказал он, разворачиваясь. — Намджун-хён, когда начинаем? — Завтра, — ответил менеджер, облегчённо выдыхая. Конфликт не перерос в катастрофу, а это уже победа. Пока Тэхён и Чонгук буравили друг друга взглядами, Сокджин сделал шаг к Намджуну. — Вы не сказали, что ваш боец такой… колючий. — А вы не сказали, что ваш актёр такой… настойчивый, — парировал Намджун. Сокджин впервые за сегодня посмотрел на него в упор, по-настоящему. И что-то в этом взгляде заставило Намджуна на мгновение забыть о контрактах и процентах. — Думаете, они убьют друг друга? — тихо спросил Сокджин. — Или поцелуются, — так же тихо ответил Намджун. — В этом бизнесе, как и в боксе, исход боя никогда не предсказуем. Сокджин усмехнулся, и эта усмешка была опаснее любой рекламной кампании, которую он когда-либо возглавлял. — Тогда, менеджер Ким, предлагаю нам просто стоять рядом и не давать им убивать друг друга. Идёт? — Идёт, модель Ким, — кивнул Намджун, протягивая руку. Они пожали друг другу ладони. Крепче, чем требовал этикет. Дольше, чем нужно для простого знакомства. В углу зала Тэхён всё ещё спорил с Чонгуком о том, кто из них первый «сломается». Никто из четверых ещё не знал, что с этого дня их жизни изменятся навсегда.