Воробьиный дневник

Топот массивных ног сопровождался звоном цепи по бетонному пол, а по моей коже ройем мурашек. Стонущий и протяжний рык раздался эхом по тёмной комнате, которую я не мог рассмотреть. Холодок бегал с кончиков пальцев до макушки головы, сотни размытых картинок, знакомых и одновременно неизведанных мест, мелькали передо мной. Затем свет. Звон. Чей-то монотонный, будто искусственный голос зовёт меня. Говорит — я пришёл, я уже рядом, мне стоит только подать руку своему отцу. Не понимаю куда и кому. Становится ещё холоднее. Удар. Словно попал в "Электру". Цепи, скрежет и... — Ранку, мєн! — Твою ж! — надо мной стоял бодрый Волк, будто ещё вчера не висел на волоске от удивительной возможности ампутировать руку. Что в Зоне равноправно смерти. Вроде бодрячком руки, ноги, голова на месте, значит не все потеряно. — И тебе утро, зелёный. Пугаешь меня с самого утра. Нервные клетки не восстанавливаются, знаешь? — Спокійно-спокійно, я б просто так не будив, справа до тебе. Мельник тебе зайти просить. — Подождать пока я сам проснусь, не? Правильно, нечего лежать нам, смертным. — Та мені усе одно. А от час, вже третя година дня пішла. Як ти взагалі живеш так? Мене, напевно, з таким сном давно хімера з'їла.   Не то Что я опешил, для меня такое практически впервые. И на большой земле я спал хлипко, а в Зоне тем более. Не думаю, что настолько сильно уставал, Егору скорее пришлось хуже. Допустим, главное чтобы это был единоразовый случай, следующий такой может стать преждевременной, к тому же окончательной точкой в моей карьере сталкера. Параллельно своим  мыслям я уже успел начать копошится я в КПК проверяя время и возможные новые сообщения, может от тех же военный. Ага, как же, все пусто. — Ти збирайся там, речі можеш залишити тут, нікому вони не здалися. Через 15 хвилин чекаю тебе на виході бункера.   Я лишь покачал головой в знак согласия.  Несмотря на то, что за последнее пол года это мой самый долгий сон, а все равно чувствую себя неважно. Неспокойно как-то. Сны в зоне мне не снились, а тут на тебе, послание что-ли? Заснул я сразу в "заре ", обувь тоже не снимал. Да и не впервые, большинство так делали, когда я на затоне кучковал, привык, теперь комбез снимаю только если в новый переодеваюсь, а до тех пор мы с ним как одно целое. Спрятал КПК в нагрудный карман, больше ничего не надо.  Неспешно двинулся на выход. Не удивительно, что на момент когда я соизволил проснутся никого в казарме не было. Зато чем ближе я подходил к лестнице ведущей на выход из бункера, тем сильнее шум отражался звоном в моих ушах. Показалось, что даже слышал голос, но не уверен это было в моей голове или чей-то снаружи, все равно я не разобрал слов. На улице Егора не увидел, зато свободовцы меня очень даже. Кто-то бросал быстрый любопытный взгляд, вернувшись на свой пост забывали обо мне, кто-то не стеснялся пустить смешок в сторону моей, откровенно, страшненькой, грязной и усталой фигуры.   Пару минут я просто пинал,  завалявшуюся в траве, крышечку от водки туда-сюда, пока же Волк подойдёт. Днем база выглядела совершенно по-другому. Практически вся она была погружена в лёгкую тень из-за того что вокруг сплошные деревья, хоть и не с очень густой листвой, но этого хватало, чтобы скрыть даже самые крупные постройки в гуще Лиманского леса. Если бы я не чувствовал себя так отвратительно, и был на пару лет моложе, чувствовал себя ответственным важатым в пионерском лагере. Кирпичные тропинки почти незаметные через проросшие через них жёлто-коричневые травинки. Ждать Волка больше не хотелось, места тут не так много, потеряться не должен, так что я прошёлся вдоль парочки зданий, хотя их сложновато так назвать, больше разрушенные сараи с маленькими хатками, напоминающие дряхлые гаражи в неблагополучном районе большого города, даже точно такие же алкаши сидят под бетонными стенками, тренькают на гитаре, одни и те же байки пускают. Небо постепенно затягивалось тёмными тучками, через которые проступали уже жёлтые лучи, медленно садящегося за тёмные облака, солнца.              Прохладный воздух приятно обдувал лицо, не на долго, заставил думать, что все не так и плохо, тело после солнечного дня в закрытом костюме тоже успело отвыкнуть от вечного поиска тенька. К слову, до тех пор, пока ночью не станет совсем холодно, а в добавок и опаснее. Может и не прав насколько холодно в аномальном городе, но за всяких мутантов, дефицит абсолютно всего что только можно и нельзя, я уверен на все сто.   Выпрямив свои худощавые плечи в тонкой тёмно-зелёной футболке, что была ему явно впритык. Перед моей фигурой уже красовался подозрительно довольный Егор.  — Ну як ти тут? Знайшов нову компанію? — он заглянул мне за спину указывая взглядом на развеселых пьянчуг, продолжая ехидно давить лыбу. Смотрит уже на меня.  — Получше некоторых будут.  — Йди до біса, будь ласка.  Угомонив свой порыв язвительности дальше диалог прошёл спокойнее. А мне казалось что он мямля. Как внешностью бывает обманчива, да?  — Відійдеш зі мною на хвилинку-другу?  — Давай. Я думал ты подольше у тех ребят задержишься. — Повинен був ще швидше, але хлопці затримали. Поки проговорили за перше, друге, десяте, так і вийшло.   Я не ответил, кивнул, что все понял. С мужиками у костра тоже прощаться не стал, уж больно неохота мне прерывать их. А про странного типа я и вовсе постарался забыть.  За негласным правилом не стоит упускать из виду ничего странного, особенно, если чуйка так и кричит. И я прекрасно это знаю. В прочем, сейчас  навалилось слишком много подозрительных вещей, чтобы предпринять хоть что-то. Решу по ходу действий, если переживания не напрасны.    Мы направились медленным шагом вглубь базы, где, казалось бы, даже лес становился гуще. Чем дальше, тем меньше уцелевших зданий. Редкие шины лежали на земле с чёрным угольком внутри от догоревшего костра.  — А куда идём? Если решил меня пристрелить, не обязательно так тщательно выбирать место, труп в кустики закинь да и все, или у вас Мельник брезгливый?  Язвительность Волка все-таки заразна, надеюсь хоть лечиться.  — Или у тебя вопрос ну очень личного характера? — я коварно растянул последние слова, проверив прочность нервов на которых сейчас играю. — Ну не хмурься, трупы тоже надо выносить с улыбкой на лице и лёгкостью на душе! — легонько пнул знакомого в плече, совсем позабыв о его недавней ране, из-за чего Егор рефлекторно напряг руку и кинул усталый взгляд на меня.  — Скажи, от кому ти здався? Ще руки об тебе поганити.  — Пистолет тебе зачем? Одной пули хватит.  — А патронів моїх, тим паче не гідний.     В тишине дошли до довольно большого одноэтажного здания. Почти у самых дверей, разглядел постеры с картинками и оставшимися на них надписями. Бодибилдеры, спортсмены комсомолы совмещались с надписью при входе "Спорт это жизнь" на тусклом красном фоне, дополняли грязные бетонные стены.   Егор провел меня через пустующий коридор, пол обсыпан побелкой с потолка и стен, неприятно похрустывая под тяжестью наших сапог. Через дверь, державшуюся исключительно на молитвах здешних спортсменов, мы прошли в зал. Достаточно много места, по углам раскиданы гири, парочка турников-брусьев на стенах, металлические лавочки стоять по краям комнаты. Ещё пару раз я осмотрелся по сторонам, пока Егор продолжал идти.  В конце зала, казалось, наглухо застряла массивная дверь, плотно прижавшись к толстому деревянному косяку.  С усилием открыв дверь меня пропустили вперёд.    Во дворе было куда оживление. На уличных турниках на счёт подтягивались пара ребят. Рядом с ними  на земле качали пресс ещё пара.  Чуть дальше показался толстый забор, а за ним звонкий лай знакомо резал уши.  — Собачки?  — Собачки, —  Егор радостно улыбнулся от моей реакции приглашает меня пройти ещё пару метров за ним, пока мы не дошли до калитки ведущей на спорт площадку. На поле с кучей брёвен и пеньков разных форм, собранных в одно целое поле с препятствиями. Где тройка замученных свободовцев гоняют по полю собак, двое стараются угнаться за шустрым слепым псом схватившем в рот какую-то "гадость" в виде кепки, наверное, одного из этих парней. Забавно, то как парни спотыкались друг об друга, пока небольшой проворный пёс бегал у самых ног.  — Леший! — неожиданно Егор крикнул в сторону одного из парней, что вручал жуткой псине небольшой кусок мяса.   На нас сразу же обратили внимание.   Ухватив в своей клыкастой пасти кусок мяса, с виду молодой парень неспешно направился к нам. Его псевдособака азартно виляла хвостом, наворачивала круги вокруг хозяина, закидывая верхние лапы ему на колени в грязных камуфляжных штанах, продолжая играется словно ребёнок, а не подобные твари на которых в панике я трачу не один магазин патронов.  — Волк? Я тебя уже и ждать, не ждал. Думаю окончательно двинулся со своими походами. А ты живучий какой оказался, ну молодцом!  Они крепко пожали друг другу руку, а Волка ещё приобняли, то ли из-за вредности, то ли плечо так сильно болит, но Егор не ответил.  Пока я продолжал неловко стоять, играть в гляделки со псиной, неплохо устроившейся у ног Лешего. В близи плешивый выглядит немного симпатичнее. Шерсть максимально короткая, если сравнивать со своими дикими волосатыми сородичами. Кажется даже морда меньше, да и сам он как пушистый, слегка облезлый, слюнявый и клыкастый комок. Внимательно смотрел на меня своими жёлтыми маленькими глазками, будто читал мои мысли. Ахаха, а ну.  "Сделай сальто назад если хочешь кабана на обед!"   Удивительно, но ничего! Надо настоять на том, чтобы завели пси-собаку. А то с обычной даже в города не поиграть.  — Леший, — протянул мне руку.  — Воробей, приятно.  Нам хватило короткого рукопожатия.  — Взаимно, — он метнулся глазами к своей собаке, склонившись к ней почесал за ушком, — познакомься, это Лора. Она у нас младшенькая. Мы нашли её вместе с молодой матерью, угодившей в "долговский" капкан, та была слишком истощена, чтобы делать хоть что-то, а малышка ещё слепая. В общем, откормили, на базу отвели, ходи, знаешь ли, где хочешь и все рады. Считай, отель пять звёзд, чего ей бы и не освоится здесь?  Так то, до этих красавец у нас только слепые псы были. Да и сейчас есть. Но набор, так сказать, закрыт. Лоре уже пол года, мы её думаем на ближайшие вылазки начать с собой брать.  — Это здорово, — я с опаской глядел на это чудо, все таки не понимаю как к ней можно так ласково обращаться, — А ты ей за хозяина?  — Можно и так сказать, мы собак не делим. Кто за ними ухаживает тот и хозяин. Но сюда её с мамкой я привёл. И за все их проделки с обгрызанными спальниками отвечаю тоже я.   С лица Лешего не сползала улыбка. Он поправил свою грязную, уже серую, майку, контролируя как ведёт себя собака при виде чужаков. А ведь могла и цапнуть, все таки, хорошо они с ними работают.  — Ребят, я безумно рад вас видеть, но нам с Лорой надо бы дальше бегать, аппетит нагулять до ужина, понимаете, да? — Звичайно, ми тут так, на хвилинку. Давай, не болєй.   Леший похлопал по бедру дав собаке команду следовать за ним, и ушёл в сторону площадки, махнув нам на прощание. Егор проводил его взглядом перед тем, как и нам отойти куда-то подальше от основной массы звуков.  — Ты не просто так мне экскурсию проводишь, я мог и без тебя сюда сходить.  — Ого, здогадався? — сложил руки на груди он слегка опустил голову вбок. —Я зараз не в гуморі, томі давай коротко. Робота є.  —  Интригуешь, выкладывай.  — Тема не складна, але приємного також мало...  Я перебил. — В жопу не дам, — Волк выгнул бровь в немой ухмылке. — Ну, як скажешь ахах, та треба за собаками доглядати. Прибрати там, всяке різне, годувати... — Не, я к этим больным не ногой. Ещё вариант?  —  Не забагато хочешь, друже? — он продержал небольшую паузу, несмотря на то, что вопрос риторический, — Другий - шуруєш на вилазку зі мною і ще кількома хлопцями. Платити не будуть, нема чим. Але можешь на базі залишитись. Домовлюсь, щоб тобі знарягу підігнали. —  Хорош уже, подлизался. Я берусь. Куда вылазка будет?  — Ідемо до схила, дивимось чим там фанатики зайняті, якщо попадем на службу, то під вогонь їх, якщо ні то прочищаємо території вниз і вгору, до найближчих аномалій, шукаємо таких абарванцєв, як ти, — специально сделал акцент на, со всей душой, исковерканном слове, — Може ще  "рівних тіпов" постріляємо. — Всё, готов. Когда выходим? — Завтра о п'ятій ранку. Щоб о четвертій був вже готовий, я тебе якщо що розбуджу, але це останній раз. Зрозумів? — Есть товарищ Волк, так точно товарищ Волк!  Я выпрямил спину и поставил руки ровно вдоль туловища, как ещё когда-то учили в армии.  Больше поговорить с Егором не вышло, он сразу ответил что сейчас идёт высыпаться, и мне советует. А кто я такой, чтобы нарушать режим. И мы в комфортной тишине направились обратно к казарме бункера