Snuff

Кожаная куртка держала ветер на расстоянии и кое-как сохраняла тепло, пока Шерлок плелся обратно к себе в квартиру.  Он сходил — а точнее, сбежал — в кинотеатр, просто чтобы убить время и лишний раз не попасться на глаза арендодателю, ворчащему за неуплату.   Фильм оказался удручающе скучным. Было жаль не столько потраченного времени, сколько денег.  Музыка в наушниках глушила внешний мир, как ватой затыкали уши перед выстрелом, и хоть как-то удерживала остатки хорошего настроения от окончательного распада. Когда инди-рок постепенно начал выдыхаться, растворяясь в своих последних аккордах, тишина вокруг вдруг стала слишком плотной, едва ли не осязаемой. Шерлок чуть ли не остановился — резко, как будто его дернули за невидимую нить. Но движение, зацепившееся за край зрения, убило это желание. Боковое зрение также улавливало светлые волосы незнакомца, особенно яркие при свете фонаря. По правде, сейчас ему было глубоко плевать на это.  Шерлок трепетал в карманах своей куртки и без того измученную купюру, которая превратилась в мягкую, податливую тряпицу, пережившую сотни чужих карманов и окончательно потерявшую достоинство вместе с глянцевым блеском.  Шерлоком было принято решение сходить в магазин «The Corner Larder», удачно расположенный прямо по пути.  Стоя у кассы, он выбрал самую дешевую пачку сигарет, которую собирался выкурить сегодня же. Шерлок рассчитывал, что денег не останется, но вышло иначе — за сигареты с двадцати фунтов ему вернули семь.  Он уже собирался уходить, как продавец начал придираться к ребенку из-за неуплаты одного фунта. Шерлок бы не вмешался, но тот цеплялся с такой яростью и раздражением, будто речь шла не о мелочи, а о целом состоянии.  — Эй, приятель, — сказал Шерлок. В этот момент, колокольчик у входа звякнул. — Оставь ты его в покое, там всего ничего.  — Если уж ничего, то пусть платит, — огрызнулся продавец. — Стоит тут, на нервы действует, не в силах заплатить, видите ли. Развелось тут таких. Совсем оборзели. — Верни ему деньги, — сказал Шерлок и на недоуменный взгляд продавца чуть не закатил глаза. — За него заплачу я.  Шерлок отдал за ребенка последние деньги и, не задумываясь, потрепал его по голове. На выходе его взгляд мельком зацепил незнакомца: светлые волосы, коричневое пальто. Лица он так и не разглядел — дверь магазина закрылась слишком быстро. — Когда платить будешь, а? — спросил арендодатель, лениво почесывая свое пузо. Это был мужчина, и ему едва перевалило за сорок, но казалось, что время внутри него застоялось, как вода в старой бочке. Его фигура окончательно потеряла четкие контуры: грузный живот тяжело нависал над ремнем поношенных джинсов, а когда-то широкие плечи округлились и обмякли. Лицо его напоминало несвежий, помятый мякиш. Под глазами залегли тяжелые серые мешки — свидетельство бессонных ночей за монитором и лишней банки пива на ужин. Кожа, пористая и землистая, давно забыла об уходе, а редкая, клочковатая щетина вперемешку с сединой придавала ему вид человека, который только что вышел из долгого запоя, хотя он мог просто весь день пролежать на диване.  Шерлок допустил ошибку, помедлив с ответом: этой короткой паузы арендодателю хватило, чтобы принять ее за оскорбление на свой счет. Вторую ошибку он совершил, не убрав пачку сигарет поглубже в карман. Обычно рассеянный взгляд ворчуна мгновенно становился цепким, стоило поблизости появить психоактивным веществам, и речь его делалась нарочито непринужденной — хотя это было далеко от правды.    — Что это у тебя? Сигареты небось? — ехидно произнес он, прекрасно видя, что это так. — Вы, молодое поколение… не надо вам курить. Давай сюда. Лицо Шерлока удивительно выражало несколько эмоций одновременно: раздражение, отвращение, усталость, отчаяние и смирение.  — Давай-давай, — язвительно добавил арендодатель. — Так и быть, аннулирую твой недоплаченный счет.  — Черт, — прошептал Шерлок. Едва он зашел в комнату, как электричество сразу отключилось. Ни света, ни тепла (батареи, впрочем, не работали с самого его заселения), ни сигарет — вечер что надо. Выйдя из здания, Шерлок поскользнулся на мокрой ступеньке и грохнулся задницей прямо на холодный бетон. Помедлив пару секунд, он поднялся на колени и с изумлением огляделся. Шел дождь — тем не менее, это он уже понял по мокрым штанам.   Шерлок выругался и спрятался под козырек над входом, который жалобно капал ему прямо за шиворот. Это, однако, было лучше, чем стоять под открытым небом и окончательно превратиться в промокшую до нитки тряпку. Он смотрел, как дождь дробит лужи на асфальте, превращая их в кипящие зеркала. Капли падали быстро, почти зло, словно у неба накопилось слишком много невысказанного. Шерлок поморщился, стряхнул воду с рукава и попытался собрать мысли воедино. — Великолепно, — пробормотал он. — Абсолютно блестяще. Осталось только простудиться.  — Типун тебе на язык, — прохрипел кто-то совсем рядом, и Шерлок чуть не свалился с ног от неожиданности. Он резко обернулся. В тусклом свете редких фонарей вырисовывалась фигура старика, словно материализовавшаяся из воздуха. — Еще не хватало, чтобы ты тут грохнулся, — буркнул дед, плотнее запахивая на себе потрепанное пальто. Шерлок прищурился, пытаясь разглядеть его получше. Ночь была мерзкой — сырой, липкой, с этим пронизывающим холодом, который пробирается под одежду и остается там. После внезапного отключения электричества квартира превратилась в черную коробку, и идея выбраться наружу показалась тогда разумной. Хотя теперь он уже не был в этом так уверен. — Смотрел бы ты под ноги, умник, — проворчал старик, с ленивым движением прикуривая сигарету. Запах табака мгновенно обжег ноздри, но одновременно странно успокаивал нервы, которые успели поднакопиться за день. — Не угостите меня? — спросил Шерлок, пытаясь придать голосу шуточный оттенок.  Старик лениво затянулся, дым вырвался из его рта в тугой клубок и медленно расползся по влажной темноте. — Рано тебе еще, — хрипло сказал он, не поднимая глаз. Шерлок закатил глаза. Покурить сегодня ему, видимо, так и не суждено.  Старичок докурил, швырнул окурок на мокрый асфальт, где он тут же потух, и лениво зашагал обратно в подъезд. Сырой воздух после дождя обжигал лицо, а ночной ветер прокрадывался под воротник куртки, принося с собой аромат мокрой листвы и городской пыли. Шерлок хотел постоять еще немного, втянуть в легкие этот странный коктейль холодного дождя и табачного дыма, но дверь вдруг с глухим скрипом открылась. — Парень, — сказал старик, выглядывая в проем с легкой насмешкой. — Электричество вернули, заходил бы ты уже… Вернувшись к себе кружным путем, Шерлок повалился на постель прямо в верхней одежде и обуви. В ранние часы утра все казалось приглушенным и выцветшим — грязные чашки на столе, незаправленная кровать, а за окном дождевые капли скользили вниз с угрожающим спокойствием. В ушах Шерлока звенело и каждое движение давалось с трудом. В руках у него была газета — странно, ведь их уже давно никто не читает, кроме, пожалуй, пожилых соседей. Но в их районе печатные издания все еще существовали и иногда раздавались прямо у дверей. Он с трудом расправился со страницами, пытаясь разглядеть слова сквозь остатки сна. Газета, как и ожидалось, сообщала о мелких происшествиях, — вроде кражи в булочной или падения старой вывески. Но взгляд Шерлока остановился на знакомом названии: «The Corner Larder». «Ах, тот магазин», — подумалось ему. Статья сообщала о его внезапном закрытии.