Раздвоение Марселя

Молодой мужчина сдавленно застонал, завозившись на шершавом асфальте. Черные туфли жалобно скрипнули, вероятно, заработав новые царапины от твердого грунта. Веки сжимались в болезненном приступе сильнее положенного. Темно. Было жарко и душно, несмотря на открытую улицу и слабое прикосновение ветра, подвывающего, как живой. Кожу кололо от его порывов, даже сквозь офисную рубашку. Хотелось спрятаться. Разжав глаза, мужчина ощутил жжение. Как следует потерев воспаленные веки, он поднялся на ноги, пошатываясь. Голова гудела не по-детски, грозясь расколоться на осколки. Зрение плыло туманом, искривляя объекты. Держась одной рукой за затылок, а вторую выставив слегка в сторону для равновесия, мужчина огляделся. Желтый мусорный бак приветливо подмигнул крышкой своему бывшему приятелю. Так померещилось человеку в рубашке, наконец заметившему засохшие пятна на своей одежде. И сколько он так просидел на земле?.. Как он вообще оказался на заднем дворе бара, посреди ночи, один и непьющий? Все это странно, да и бар был незнакомый. Ощущения походили на сон. Хотелось прилечь прямо на асфальт. В этот момент что-то мелькнуло на краю зрения, возникнув всего на долю секунды, а затем быстро исчезло. Мужчина вздрогнул, подскочив от испуга. С минуту он водил недоумевающим взглядом, всматриваясь в каждую часть пустой парковки бара. Однако ничего, кроме собственной машины, стоявшей почему-то с открытой нараспашку дверью, обнаружить не удалось. Порывшись в карманах брюк, мужчина выудил связку ключей и, бросив хмурый взгляд на исписанную граффити стену бара, направился к машине. Шаги давались с трудом. Его водило из стороны в сторону, словно пьяного. Мозг упрямо напоминал, что ни капли в рот ни вчера, ни сегодня не попадало. Зато состояние тела было равно противоположным. Стараясь выкинуть из мыслей эту несостыковку, мужчина сел за руль и вставил ключ зажигания. Автомобиль не отреагировал. Подергав ключ туда-сюда и не добившись изменений, мужчина оставил попытки уехать. Убрав ключи, он вышел из машины, захлопнув дверь. Не завелась. Всегда работала безотказно, а сейчас вдруг сломалась без причины. Открытие капота ситуацию не прояснило. Плюнув на ставший бесполезным транспорт, мужчина вытащил с надеждой телефон. Связи не было. Выругавшись и с раздражением сунув мобильник обратно в брюки, офисный сотрудник вновь огляделся, прищурившись. Пустая парковка, здание бара с кривой, перегоревшей вывеской, ночь и полная тишина вокруг. Никого. Только отдаленный вой, доносившийся эхом откуда-то издалека, далеко из-за пределов змеившейся ленты пыльной дороги. Сплошная глушь. Из раздумий мужчину резко вывело новое появление расплывчатой тени, ненадолго задержавшейся со стороны правого глаза и опять исчезнувшей без следа. Ему показалось, что она имела человеческие очертания и лицо, как будто ехидно ухмыляющееся. Тень дразнила его. Дернувшись и забегав глазами, человек в помятой рубашке не придумал ничего лучше, кроме как зайти в сам бар, рассчитывая на помощь. Машина не едет, связи нет, людей поблизости также не наблюдалось. Еще и видения какие-то приключились. Происходила неясная чертовщина. А ведь день так хорошо начинался, когда работник офиса мечтал о своем скором отпуске. Голова продолжала изображать чугунный котелок с бултыхающейся жидкостью внутри. Скрип дверных петель резанул по слуху, отдав неприятным эхом, звонко ударившим в барабанные перепонки. Человек в рубашке поморщился, передернувшись. Полумрак бара производил смешанные впечатления. С одной стороны, уютное помещение, почти свободное от посетителей, даже самых поздних. С другой стороны, покрытые деревянной обивкой и разноцветными плакатами стены вызывали отторжение. Они казались ненастоящими и неискренними. Лживыми. Скрывающими нерассказанную и грязную тайну. Ослабив галстук, мужчина робко шагнул вглубь бара, глядя прямо перед собой и стараясь игнорировать головокружение. Сидящие по краям, точно загнанные в углы крысы, полуночники провожали представителя офисной фауны молчаливыми взглядами. Человек в рубашке нервничал от такого внимания. Упрямо не замечая бесцеремонных наблюдателей, он добрался до барной стойки, грузно оперевшись. Осторожно оглянувшись через плечо, он наткнулся на все те же пристальные взгляды незнакомцев. Громкий шум из-за двери подсобки привлек его внимание, вынудив отвлечься от страдающих переизбытком нездорового любопытства посетителей. Хозяин бара возник за высокой стойкой. - Решил вернуться за добавкой? – прокрякал хозяин, натирая стакан. На вид мужчине было около сорока. Поставив стакан на стол, он выжидающе уставился на человека в рубашке, насмешливо изогнув кривой рот. Работник офиса недоумевающе захлопал глазами. Захотелось уйти прочь или стать невидимкой, лишь бы никто не пялился. - Простите, но я не пью, – ответил он с полной убежденностью. Хозяин заведения на это только скептически хмыкнул. - Завалившись в бар, ты говорил тоже самое. Хотя... Хозяин коротким кивком указал вглубь зала. - Представление ты устроил знатное. И ведь грозился всю одежду с себя снять! Глаза сотрудника округлились. Он готов был поклясться, что ничего подобного не было и быть не могло. Он не пил. Он не знал этого бара и хозяина бара. Он совершенно точно мог сказать, что находится в этом месте первый раз. - Вы, видно, спутали меня с кем-то другим... – смущенно пробормотал он, отступая в сторону. Хозяин лишь скупо фыркнул, неотрывно следя за посетителем. Недоверчиво, как за беглым преступником. Пройдя до свободного столика в углу, сотрудник опустился на стул. Что, черт возьми, происходит? Почему хозяин уверен, что он один из местных пропоиц, вытворяющих непристойные вещи? Почему соседние столики по-прежнему бросают в его направлении скользкие взгляды, перешептываясь и что-то изображая пальцами? Мужчина оперся локтями о треснутый стол и устало потер пульсирующие виски. Быть может, сейчас и стаканчик виски пригодился бы, чтобы разобраться во всем. Потеря памяти исключена, ведь сотрудник отлично помнил, кто он. Его имя – Марсель. Возраст двадцать пять лет. Холост. Работает в унылой компании за соответствующую плату, которой, впрочем, хватает на жизнь. Судимостей нет. Ни с кем не конфликтовал. Тихий, самый обычный клерк. Который напрочь упустил из памяти тот эпизод, когда попал в этот проклятый бар, расположенный неизвестно где. Не исключено, что находящийся за пределами города – пустынная дорога наводила на тревожные мысли. Ни службы, ни друзья не успеют сюда приехать, даже если заработает связь. И ведь занесли же ноги. Но что гораздо хуже, так это ощущения. Помимо мутившего состояния, то усиливающегося, то ослабевающего, сохранялось навязчивое присутствие. Словно кто-то или что-то постоянно находилось рядом, оставаясь недосягаемым. Как дежавю. Как свежий сон. Как упущенная по досадной рассеянности идея. Сколько ни вертел Марсель головой, сколько ни поправлял давивший все сильнее на глотку галстук, лучше не становилось. Гнетущая тревога расплывалась вязким месивом по венам, щекоча кожу, словно ледяной металл острейшей бритвы. Паранойя постепенно подкрадывалась, медленно сводя с ума. Нечто появилось совсем рядом, испарившись, как разряд молнии, стоило мужчине перевести взгляд на соседний стул. Ему показалось... Нет. Он увидел мужчину. Он сидел на стуле буквально только что, всего одним ничтожным движением век ранее! А сейчас никого. Посидев, человек в рубашке осторожно протянул руку и пощупал мебель. Стул, как стул. Деревянный, грязный, немного липкий. Но главное – он совершенно пустой. Поймав на себе оживленные взгляды, Марсель неловко сжался, убрав руку, и выхватил из кармана телефон, отчаянно изображая занятость. Делая вид, что все нормально. Вот только нормально не было. Нервы начинали шалить все активнее. Листая туда-сюда список контактов, прекрасно осознавая, что совершить звонок ему не удастся, человек в рубашке прикусил губы. Что делать, он не понимал. - Позвонить можно? – обратился Марсель к бармену. Тот услужливо предложил стационарный телефон, работающий за монеты. Порывшись в карманах, сотрудник офиса отыскал одну монетку, неизвестно с каких времен обитающую в его брюках. И какого же оказалось разочарование, когда автомат жадно проглотил монету и вместо ожидаемых гудков истошно затрещал, а затем затих. Бармен тут же с озабоченностью подскочил к аппарату, оттолкнув Марселя. - Теперь решил технику мне портить?! – воскликнул он, завозившись с коробкой автомата и недобро сверкнув глазами. – А ну пошел прочь, растяпа молодой! И впредь не смей прикасаться к моему телефону, не то вышвырну тебя на улицу! Сбивчиво оправдываясь, Марсель отступил назад к своему одинокому столику, провожаемый новой порцией ехидных взглядов, затаивших не ясно какие мысли за собой. К тревоге и непониманию прибавилась неловкость. Он не хотел ломать автомат, просто так вышло. Однако бармен не поверит. Да и слишком крепким казался хозяин заведения, чтобы молодому человеку спорить с ним. Пришлось промолчать. Сев, Марсель принялся усердно думать, как ему выпутываться. Круговорот невеселых мыслей и перспектив лишь ухудшил настроение. Непьющий до сего дня Марсель опустошил второй стакан виски, с натянутой улыбкой заказанный у бармена ранее. Наблюдая скривившуюся физиономию хозяина бара, нехотя обслужившего гостя, было бы вернее сказать "выпрошенный". Выпив, молодой мужчина поморщился, уткнувшись в рукав. Решив задержаться в странном баре, человек в рубашке уже полчаса копался в телефоне, на этот раз целенаправленно выискивая зацепки. Сообщения, звонки, заметки – любой намек на произошедшее с ним вчера, до пробуждения в обнимку с желтой мусоркой. Поиски зашли настолько далеко, что увлекшийся рассудок Марселя, затуманенный спиртным зельем, ворвался в архив. Некоторые переписки висели еще с прошлого года. Листая список, Марсель сильно хмурился, изливая часть накопившегося напряжения. Он был близок, чтобы взорваться. Тут случилось непредвиденное: один из контактов, чье последнее сообщение пришло четыре месяца назад, загорелся зеленым. Брови Марселя, уже поддавшегося действию алкоголя, удивленно взлетели всего на миг, а затем сдвинулись сильнее прежнего. Он не общался с этим человеком. Пришлось написать всего-то один раз, по работе. - Спишь? – гласило сообщение от аватарки с изображением привлекательной девушки. Сотрудник офиса звучно икнул. Не отрывая напряженного взгляда от экрана, он машинально потянулся за пустым стаканом и "выпил" воздух. Растерянно взглянув на стеклянную тару, Марсель отодвинул ее в сторонку. - Да, сплю, – со скоростью черепахи и точностью курицы напечатал Марсель, сердито швырнув мобильник на стол, где уже валялся сорванный с шеи галстук и одна пуговица, не выдержавшая грубого обращения. Спустя минуту, телефон насмешливо бибикнул. - Ты врешь, – не унималась незнакомка. Затем еще один писк. - А ведь вчера так много было обещано. Тобой, между прочим. Марсель понятия не имел, что и кому он мог пообещать. Нехорошие и неприличные догадки завозились под крышкой его черепа. - Не припомню подобного, – написал он. Поразмышляв, мужчина добавил: - Не пишите мне больше. Спустя двухминутную паузу, пришел ответ. - Козел. Точка в конце сообщения показалась особо жирной, несмотря на то, что являлась простым пикселем. Как и сотни других. "Да кто это вообще?.." – растянуто протекло в голове Марселя. Сообщения-призраки способны появится лишь в одном случае, если он действительно их написал, а после стер. Удалил переписку. Но точно вспомнить трудно. Убрав телефон в карман, работник офиса погрузился в смятение. Раздражение, непонимание, неловкость – множество гадких и противных, уничтожающих гордость, чувств закопошилось в груди. Опьянение заботливо подливало масло в огонь. Хотелось еще. Скрежетнув стулом, Марсель с угрюмым видом поднялся и направился к стойке, коротко зыркнув на зашептавшихся зевак, снова принявшихся изображать какую-то ерунду кривыми пальцами. Марселю это не понравилось. Ему не нравилось их хихиканье. Пока он заставлял себя сдерживаться. Он привык подавлять эмоции, прикрываясь маской порядочности. Будь, как все, соответствуй социальным нормам и все будет хорошо. Ведь так, Марсель?.. Постойте. Откуда этот голос? Резко остановившись на половине пути, человек в рубашке огляделся. Крутанулся, слегка путаясь в собственных ногах. Ничего нового. Бар, посетители, хозяин, выжидающе изогнувший бровь. Никого, кому принадлежало бы обращение, близкое к укору и даже провокации. В глубине сознания, между пульсирующим раздражением, замешательством и ощущением неловкости, пробудилось странное чувство. Нечто невысказанное, но жаждущее стать услышанным. - Извини, приятель, больше я тебе наливать не стану, как ни проси, – пробурчал бармен, скрестив огромные ручища на груди. – И без того риск велик. По-хорошему, я должен был бы вовсе не впускать тебя во-второй раз. Марсель развернулся к стойке, неуклюже расставив полусогнутые ноги, словно причудливая ящерица свои лапки. Его немного мутило. На языке остался неясный привкус. - Мне нужно еще, – возразил молодой человек, шаркающей походкой достигнув стойки. – У меня остались деньги! Хозяин заведения покачал головой. - Нет уж. Не все вопросы в мире решаются деньгами. Посмотри на себя, – он обвел ладонью сотрудника, – помятый, весь взъерошенный. Уже начинаешь дурно пахнуть. Разве это годится для того, кто выбрал белую рубашку? Внутри внезапно екнуло. В самом деле, что же это Марсель с собой вытворяет? С каких пор он вообще заинтересовался алкоголем? Откуда по венам разливается жгучее, нездоровое тепло? Это опасно. - Так нальют мне в этом баре или нет? – человек в рубашке прихлопнул ладонью об стол, оставив лежать скомканные купюры. – У меня сложный день. Однако хозяин оставался непреклонен. Беспокоился ли он за целостность заведения или разглядел в разгоряченном работнике немую мольбу о помощи – неизвестно. Возможно, бармен банально стоял на своем, восприняв новый стакан выпивки, как дело принципа. Нет. И точка, – отрезал он. – Буйные здесь не приветствуются. Марсель сжал кулаки, тяжело выдохнув. Он здесь жертва. Он пострадавший, а не нарушитель! Ротозеи за столиками, бармен, неизвестная девушка в сети – за одну ночь слишком многие вытерли о его самолюбие свою запачканную обувь. Сам Марсель тоже входил в их число. Ведь мог же он не пить и дальше. Алкоголь коварен. Как по заказу, на краю зрения возникла ехидная тень, нацепившая знакомую ухмылку. Марсель не дрогнул на сей раз. Лишь повернулся чуть вбок, глядя туда, где бармен видел только пустоту и толстые доски пола. - Давай, – подначивала тень, до безобразия напоминающая самого Марселя. И голос похож. – Видишь? Он тебя оскорбляет! Приписал нас к таким же глупцам, как поглощающие сейчас спиртное за столиками у входа. Тень заговорщически прищурилась. - Но ты-то знаешь правильные ответы. Провалы в памяти, стертая переписка, спальное место у помойки, – тень усмехнулась, выдержав паузу. – Ни о чем не говорит?.. Ты сорвался, Марсель! Наш порядочный клерк, уже не такой порядочный, каким был! А может быть, ты никогда и не желал становиться правильным?.. Марсель заморгал. Эта тень озвучивала его мысли. Те самые, которые сотрудник офиса гонит от себя ежедневно. Бунт. Протест, слом, сдвиг реальности и устоев. Марселю так надоело, что всю жизнь им помыкают. Он обязан изменить реальность! Гнев должен получить волю. Нечеловеческое наваждение приключилось с ним. Разум Марселя исказился, застланный мутной пеленой. Он не успел уловить происходящего, как уже перепрыгнул через стойку и повалил мускулистого бармена на пол. Разница между хозяином и худым сотрудником была очевидная, но это не помешало Марселю неистово бить кулаком. Удар, еще удар. Ритм тяжелого барабана войны. Удар. Марсель не знал, сколько раз он ударил по лицу бармена. Он вообще ничего не знал. Когда вскочившие посетители оттащили его, швырнув в зал, он отполз к ближайшей стене. Поджав колени, он наблюдал за охающими посетителями, склонившимися над постанывающим барменом. Волна стыда и отвращения накрыла Марселя с головой. Он посмотрел на сбитые в кровь костяшки. Ощутил, как мышцы все еще напряжены. Что он наделал?.. Он только что набросился на человека, как животное. Хрупкий, всегда вовремя приходящий на работу Марсель напился и поколотил мужчину, старше и больше его почти в два раза. - Неплохо, неплохо, – тень фамильярно похлопала сгорбившегося Марселя по плечу. Она кивнула на содранную на руках кожу с нескрываемым одобрением. – Стоило всего-то хорошенько разозлиться. Все тело Марселя била мелкая дрожь, когда он с трудом поднялся на ноги, оставаясь около стены. Посетители бара суетились с пострадавшим от рук сотрудника офиса хозяином, оттащив того в сторону и пытаясь усадить. Кто-то осматривал его лицо, проверяя синяки и ссадины. Другие спорили друг с другом, принявшись кому-то звонить. Хотели ли они вызвать полицию или иную третью силу, разбирающуюся в различных инцидентах и драках – Марсель не мог разобрать. Двое парней почти кричали один на другого, не в состоянии определиться с путем решения проблемы. Проблемы, под именем "Марсель", опирающуюся лопатками о твердые доски и растерянно хлопающую глазами. Поколебавшись, человек в изорванной рубашке тихо направился к двери, намериваясь улизнуть. - А ну-ка стой! – перекрыл ему дорогу один из парней, мигом очутившийся спереди. – Тебя отсюда никто просто так не выпустит. Тем более, после того, что ты сотворил с Бобом! Будь так добр, задержаться. Марсель неуверенно попятился, ощутив нарастающую робость внутри и странное опустошение. Погоняв вязко текущие мысли в голове секунды три, он пробормотал: - В туалет я могу отойти? Преградивший путь парень недоверчиво прищурился, но все же кивнул. Он знал, что из уборной нет доступного выхода наружу. Отступив, он пропустил пошатывающегося Марселя. Человек в испорченной рубашке осторожной, насколько позволяло его состояние, поступью удалился в уборную. Оказавшись один, он тут же заперся. Раковина, одинокая туалетная кабинка с допотопным унитазом внутри, зеркало. И больше ничего. Один сероватый бетон, освещенный тусклым светом лампочки, повесившейся на проводах. Расставив ладони на раковине, молодой мужчина стал разглядывать собственное отражение в треснутом стекле. Помятый, грязный, похожий на бродячую собаку из неблагополучного района. Марсель невольно скривился, поежившись от продравшего насквозь холодка. - Как же так вышло? – пробормотал сотрудник, задумчиво побарабанив пальцами по бортику раковины. - Все очень просто! – раздался звонкий голос, напугавший Марселя. Он едва не рванул прочь из туалета, однако неясная причина вынудила его помедлить. Встав, офисный работник поискал глазами. Пусто. Даже той злополучной тени не было видно. Гробовая тишина, длившаяся ровно до той поры, пока истошно не запищал унитаз. Трубы. Очевидно, что их давно не меняли, как и многое другое в баре. Требовался ремонт. И чистота, да... Так хорошо было бы выбраться отсюда и смыть с себя всю грязь, пот. Весь налипший на Марселя позор. Еще неизвестно, какие поджидают последствия. Размышляя, Марсель столкнулся взглядом с заляпанным зеркалом. Отражение подмигнуло ему. - Просвяти же меня, – обратился Марсель к отражению. То довольно заулыбалось. - Повторяю, все очень просто! – развело отражение руками, заходив туда-сюда с деловым видом. Отчего-то и рубашка на нем уже не выглядела так плачевно. - Ты – это я. Я – это ты, – продолжало отражение, не сводя глаз с Марселя. – Я твой автор, Марсель! Твой создатель, твоя скрытая часть, твоя тень. Я – это все твои невысказанные желания и пороки. Я мертвая гордость! Я раздутое самомнение! Марсель сдавленно сглотнул. Под раскрытый воротник рубашки потекла ледяная капля пота. Становилось душно. - Но зачем? – выговорил Марсель, припадая ближе к зеркалу. Отражение подалось к нему навстречу, улыбнувшись еще шире. – Зачем мы рушим нашу жизнь? Если ты меня создал, почему стремишься разрушить? Отражение хихикнуло. - Ах, эти рассуждения! – всплеснуло оно руками с театральной наигранностью. Отражение подняло чуть выше одну руку: – Марсель хороший. – Затем оно подняло вторую, объявив: – Марсель плохой. Отражение покачало поднятыми ладонями, изображая весы. - Большая разница, не так ли, друг? – ухмыльнулось оно. – День назад ты сидишь в офисном кресле, начищенный педант, и старательно перебираешь стопки отчетов. Все эти жалкие бумажки. Отраженный Марсель скривил рожу и брезгливо затряс пальцами. - А сегодня, – радостно воскликнул двойник из зазеркалья, – ты напился и вырубил того здоровяка! Разве не чудесное превращение? Разве моя работа не завораживает? Мы одно целое! Марсель нахмурился. - Значит, ты пишешь историю, в которой я опускаюсь ниже плинтуса, – произнес сотрудник. – Веселишься. Играешься со мной. Будто бы я марионетка на ниточках. Отражение захохотало таким пронзительным смехом, что Марселю стало не по себе. - А почему бы и нет? Это так увлекательно, рушить твою никчемную и одинаковую жизнь, чьи поводья ты сам вручил мне! – отражение зашевелило пальцами, подражая кукловоду. – Ты бесхарактерный клерк, Марсель, потому я и управляю тобой. Пишу твой рассказ, намекающий, как делать не следует. Ты добровольно и негласно позволяешь мне появляться каждый раз. С чего мне стесняться? Марсель помрачнел. Поглядев на избитые костяшки, где засохло немного крови, он покачал головой. - Это жестоко. - Мир в принципе жесток, – хмыкнуло отражение-двойник. – Ты рождаешься против воли. Живешь в подчинение. Затем умираешь, не в силах это остановить. И все этим процессом могу управлять я. - Но это и моя история, правда?.. – донеслось от Марселя, начавшего осознавать. – Моя жизнь. Я сам способен выбирать. Мне необязательно слушать тебя. Отражение скрестило руки на груди, прищурив насмешливые глаза. - Посмотрим, посмотрим, дорогой друг, – продребезжал голос отражения. – Марионетки редко добиваются свободы. А свобода почти никогда не выносит марионеток. Она их ломает. Отражение медленно исчезло, скрывшись за рамками зеркала. Лампочка тоскливо мигнула. Трубы издали короткий стон. Из ступора Марселя вывел настойчивый стук в дверь. - Ты там уснул что ли? – проник сквозь дерево чей-то недовольный голос. Кажется, это был тот же парень, остановивший Марселя. - Пару минут! – отозвался Марсель, проводя ладонями по своему лицу. – Еще пару минут... Тень, отражение, некий автор, Марсель. Разные ли это понятия или все эти обозначения – один и тот же человек, чей рассудок дал трещину? От одного лишь допущения такой возможности у Марселя начался нервный смех. Он провел растопыренной пятерней по волосам, прикрыв глаза. Нет... Он оступился. Он дал слабину, сорвался, что и привело его в этот бар, а теперь и в полумрак местного сортира. Некоторые называют туалет кабинетом раздумий. Что ж, самое время поразмышлять и взвесить собственные перспективы. Но времени в обрез. - Я есть, – подало голос вновь возникшее отражение. Марсель дернулся. - Тебя нет, – клерк упрямо мотнул головой. - Я есть, – самодовольно повторило отражение. – И я постоянно буду рядом. Фыркнув, Марсель закатил глаза. В его распоряжение меньше минуты, прежде чем парень за дверью постучится снова. Избитого бармена вряд ли удастся превратить обратно в стабильно функционирующий объект и, желательно, стереть ему память. В дверь нетерпеливо постучали. Судя по звуку, уже несколько человек. - Сэр, это полиция. Откройте дверь, немедленно! Глаза Марселя расширились, как два дырявых бублика. Быстро же они приехали... Что делать? В тюрьму жуть, как не хотелось – оно и понятно. Дурная еда и холодная камера ушли немногим дальше от родного офиса, вот только из проклятого хранилища макулатуры рано или поздно можно уйти домой. А вот с тюрьмой есть маленький нюанс. Забегав взглядом, сотрудник офиса судорожно принялся думать. - Сэр, если вы не откроете, мы будем вынуждены выбить дверь! Черт. Дело очень плохо. Сейчас Марсель согласился бы не только проснуться в обнимку с вонючей мусоркой, но и искупаться в ее содержимом. Что можно придумать, будучи запертым в туалете? Притвориться сумасшедшим? Удар в дверь окончательно вывел Марселя из равновесия. Слабо осознавая, что он творит, Марсель схватил попавшийся под руку туалетный ершик и спрятался за кабинку, дрожа. Не разбирая, кто первым показался на пороге, когда хлипкая дверь с треском распахнулась на петлях, он выскочил и запустил ершик. Разразилась громогласная ругань полицейского и началась возня. Воспользовавшись, Марсель оттолкнул служителя закона и нырнул в зал, заметавшись. На глаза попалась дверь. Не колебаясь ни секунды, он бросился бежать. Вырвался на пустынную дорогу. Снова побежал, завернув за угол, к той самой парковке, где все началось. Он уедет. Он просто сядет за руль и... Машины нет. Остолбенев на миг, Марсель поводил взглядом. Пустота. Идеально ровный асфальт. И чертов желтый мусорный бак, чья крышка вновь приветливо подмигнула Марселю. Оглянувшись на шум позади, Марсель, скрепя сердце, залез прямо в мусорку, захлопнув крышку. Смрад стоял невыносимый, но девственность обоняния сейчас, очевидно, утратила свой приоритет. Идеально было бы вообще не дышать, но при таком раскладе Марсель умрет от удушья через три минуты. Как досадно. Задохнуться в мусорном баке, в компании банановой кожуры и смятых пивных банок, скрываясь от полиции. Работа без отпуска и не до такого еще доведет. Набравшись смелости, сотрудник офиса выглянул из-под крышки мусорного бака. Сейчас он напоминал причудливого грызуна, высматривающего угрозу из норки. А те, кто были сейчас угрозой для нашего "грызуна", находившегося ближе всего к состоянию упавшей в лужу мыши, блуждали по парковке. Полиция искала его. Чертового Микки Мауса, ушедшего в мини-запой по стечению обстоятельств. Под крышкой черепа судорожно завозились мысли. Маленькая обезьянка, бившая большую часть свободного времени в барабан, вскочила со своего стула и принялась бегать вокруг, истошно вопя в панике. Что делать? Что теперь-то делать? Из мусорного бака сбежать сложнее, чем из сортира. Незамеченным уж точно. Бдительно наблюдая за полицией, Марсель стянул с ноги туфли, вооружившись ими. Стиснув от тихого ужаса зубы, сидящий с выпученными глазами на груде отходов Марсель швырнул одну туфлю подальше. Полиция всполошилась всего на долю секунды, синхронно повернув головы в направлении шума. Не теряя времени, Марсель вывалился из мусорного бака. Буквально вывалился, потому что замешкался и, из-за банальной неловкости, зацепил рукавом крышку. Итог: порванный рукав и металлический грохот на всю округу. Желтый бак снова весело подмигнул Марселю, словно оказав великую услугу. - Браво, – саркастично похлопала тень-отражение в голове Марселя, грубо пододвинув в сторону паникующую обезьянку и заняв ее место. – Ты мастер-ниндзя, Марсель. Полиция все, как один, бросились к Марселю. Едва не врезавшись в бак, он бросился бежать. Ворвался обратно в бар, заперев двери и тяжело дыша. Внутри пусто. Все, даже вырубленный бармен, куда-то исчезли. В воздухе повеяло чем-то странным. А от загадочности или от страха Марселя – этого мы уже не узнаем. - Баррикада, – приказала тень в голове. – Живо! Как одержимый, Марсель со скоростью молнии принялся исполнять. Поднес пару стульев, уперев спинками в ручки дверей. Затем, подумав, придвинул один стол, перевернув его. Сверху набросал все, что попалось под горячую руку: начиная от бутылок, тут же разбившихся вдребезги, заканчивая столовыми приборами и баночкой зубочисток. Руки тряслись. От испуга сильно захотелось есть. В двери ломанулись – безуспешно. Снаружи раздалась брань и удары в дерево. Баррикада выдержала. Пока. Итак, за сегодня Марсель оказался запертым трижды. Туалет, мусорный бак, а теперь целый бар. На границе сознания робко показалась паникующая обезьянка, боявшаяся напоминать о себе в присутствии тени-отражения. - Без паники! – рявкнула тень, ногой спихнув обезьянку в сторону. – Они не смогут ворваться суда ну... скажем, минут пять. Возможно, что и десять, если нам повезет. Думай, тюфяк! Как же Марселю хотелось, чтобы все оказалось сном. Чтобы ни бара, ни тени не существовало. И все-таки все они существуют. Марсель, Марсель, Марсель... В какой же каше ты увяз! Не находя выхода, сотрудник поплелся к подсобке, где и заперся. Обнаружив внутри целые полки с алкоголем, он открыл одну бутылку... И настала темнота. Повсюду царил мерзкий запах и неприятное тепло. Что-то царапало кожу, шершавое и твердое на ощупь. Жарко, душно. Словно ты проснулся посреди ночи с пересохшим горлом и взмокший до последней нитки. С трудом сделав над собой усилие, Марсель распахнул глаза. - О боже... Голос Марселя прозвучал жалким писком изумления, смешанного с отчаянным неверием. - Нет... Нет, нет, нет... – забормотал Марсель, поднимаясь на ноги и шатаясь. Голова раскалывалась на сотни маленьких осколков. - Лучше бы они забрали меня в тюрьму! – вскричал он, хватаясь за волосы. А между тем Марселю приветливо подмигнул до тошноты знакомый мусорный бак. Кстати, его цвет по-прежнему был желтым. Почти веселым. - Добро пожаловать в еще один чудесный вечер! – провозгласила возникшая сбоку тень, открыто ухмыльнувшаяся. Она небрежно положила руку на плечо шокированного Марселя. – Наш общий, неизменный и чертовски увлекательный вечер! Марсель тупо поглядел на тень-отражение, выглядевшее в точности, как он сам. - Но я не хочу! - Это ты уже говорил, – хмыкнула тень. - Но я же могу просто взять и уеха... – развернувшись, Марсель оборвался на полуслове. Подсознание подсказывало ему, что произошло нечто нечистое. Что он снова оказался в самом начале пути. Что нелепая история повториться. Подсказывало подсознание ему и то, что на парковке стоит его машина. И она стояла. С открытой дверью, как и в предыдущий раз. Вот только капот оказался уже поднят. От внутренностей транспорта вздымался темный дым. - Не-а, не можешь, – со смешком возразила тень. – Я уже постарался за кадром. Марсель устало опустился на землю, покорно возвращаясь к компании мусорного бака. Стальной контейнер был только рад. - И что же все это? Я схожу с ума? Я сплю? Где полиция? Было ли вообще вчера? Тень беззвучно присела рядом. - Ты – моя игрушка, Марсель. А я – часть той силы, которая учит игрушки становиться лучше. И нет, я пришел не ради рассказа о добре и зле. Мне это не интересно. - Тогда зачем? Кто ты на самом деле? – Марсель нетерпеливо покосился на собеседника. На сей раз тень не усмехнулась. - Я часть тебя, что стала свободной, – улыбнулось оно. – Зови меня демон, галлюцинация, альтер эго... Мне наплевать. Я буду появляться до тех пор, пока ты не изменишься. Пока не обретешь стержень, а не только мягкую оболочку. Тень немного помолчала. - И возвращать я тебя буду столько, сколько мне вздумается. Как думаешь, ты проснулся около мусорного ведра первый раз? Второй?.. А может быть, этот унылый бар, расположенный в захолустье, лишь одна из моих любимых площадок для развлечений?.. Так много вопросов, на которые не суждено получить ответы. Марсель выдохнул, прислонившись спиной к прохладному мусорному баку. Подняв лицо к ночному небу, он прикрыл глаза. - Как мне выбраться? – спросил он. Тень ухмыльнулась, фамильярно толкнув сотрудника офиса в плечо. - Решай сам, Марсель, – ответило оно, постепенно растворяясь в воздухе. – Решай все сам и думай. Думай. Оно исчезло. Вернее сказать, затаилось, продолжая терпеливо наблюдать. Марсель знал это. Теперь он понял. Он должен сам наладить собственную жизнь. Написать той девушке из сети, объяснив ей все. Не пить. Не пытаться доказать свою значимость. Уволиться с работы, если та уже встала поперек горла. Не слушать больше голос в голове. Не слушать тень. А это означало, впереди предстоит много работы.