Сигарета

После церемонии выгона мне до сих пор было паршиво от того, что я послала Катю, и скорее всего её обидела. Да, явно обидела, раз на выгоне она сказала: — Кать, ты так и не смогла простить Адель? — спросила наш куратор, Ирина Турчинская. — Может, в дальнейшем я прощу, но сейчас.. пока не готова, — ответила Катя, даже не осознавая, что ударила своими словами меня прямо по сердцу. Была глубокая ночь, мне жутко захотелось курить. Я вспомнила, что припрятала для себя в ванной комнате пачку шоколадных сигарет. Я аккуратно слезла с верхней койки, да бы не разбудить снизу спящую Вику и потопала в ванную. Открыв дверь, я увидела Катю, стоящую возле раковины. Она зажигала сигарету. Мою сигарету, между прочим. — Это моя. Катя подняла на меня взгляд, сразу нахмурившись, демонстративно бросив никотин на кафель. — Да подавись, у меня свои есть. Она зла на меня. Но я забывала о всех своих проёбах когда смотрела в её карие глаза при лунном блеске. Блять, Аделич, не смей влюбляться.. — Ты до сих пор обижена на меня? Катя отложила зажигалку и посмотрела на меня, скрестив руки на груди. — Адель, не строй из себя дуру. Ты прекрасно слышала мои слова на церемонии. Она даже злится мило. Да что со мною, когда я вижу Катю? По крайней мере, сейчас, самое идеальное время чтобы попросить прощение. — Извини за то что послала, — неуверенно пробормотала я, наблюдая за реакцией Костенюк. На её лице было выражено абсолютное безразличие. Неужели даже «извини» не сработает, чтобы перестать быть в её глазах сукой? — Адель, иди спать. Да ладно, и всё? Просто «иди спать»? А Катя, оказывается, мастер в том чтобы вводить людей в заблуждение. Но, не настаивая, я развернулась и ушла, чтобы в случае чего снова не отхватить по шапке.