Контрасты

01:31 Сегодня Ли Минхо убил человека. Мужчина умер быстро, как ему показалось. Минхо так и не узнал его имени. Случилось это почти случайно. Минхо слишком поздно понял, что ножницы, которые он купил в магазине для дома, достаточно остры чтобы проткнуть живот человека. Особенно, когда человек напал на тебя. Особенно, когда они удобно лежали у тебя в кармане. Оказывается, первое, о чем думает человек во время непреднамеренного убийства – это то, насколько легко ножницы входят в чужой живот. Второе – это то, какая кровь теплая и липкая. Третьей мыслью наконец пришло осознание. Минхо понял, что только что убил. Он часто видел это в фильмах или книгах – однако в жизни ему никогда не приходилось даже увидеть труп. Убивать тем более. Несмотря на это, весь опыт из фильмов и сериалов вылетел из головы. Руки тряслись, когда он схватил ключи от машины неизвестного мужчины, что выпали из его кармана. Машина оказалась неподалеку. Минхо уже измазал все кровью, оставив на ручке двери кровавые следы. Забавно, ведь перед тем, как схватиться за руль, он истерически вытер руки об свою одежду, почти брезгливо. Попасть в замок зажигания ключом получилось с четвертой, кажется, попытки. Он уехал от подворотни куда подальше – оставив все, как есть. Пока ехал, успел все еще раз переосмыслить. Реакция собственного организма поражала: Минхо думал, что при убийстве происходит что-то особенное. Что-то сравнимое со взрывом – чего именно, непонятно. Будто вся его картина мира должна была перевернуться с ног на голову. Но Минхо вдруг обнаружил, что взрыва не было. Он остался все тем же Ли Минхо, только теперь его рубашка, до того белая и пахнущая порошком обрела несколько кровавых пятен. Человек умирает быстро. Несуразная мысль посетила голову Минхо – он был правда удивлен, сколько крови помещается в человеческом теле. Это то открытие, которое совершать не особо и хотелось. Вы не подумайте – Ли Минхо не сумасшедший. Он такой же человек. Только сегодня он убил. Это, наверное, единственное, что отличает его от остальных. Еще вчера он был таким же, как и вы. Под рубашкой черный гольф. На нем не так видно кровавые пятна. Если кто-то спросит у него сейчас, зачем он пытается скрыть то, что натворил, Минхо не ответит. Он, скорее, хочет притвориться, что все нормально. Хочет внушить себе, что это сон, потому что ощущалось тогда все именно как кошмар. Без рубашки холодно. В ней еще хуже. Минхо вытер руки об нее полностью и закинул куда-то на задние сидения. Машина этого неизвестного, кстати, оказалась достаточно чистой. Минхо не знает, почему решил, что она должна быть грязной, но ему хочется верить, что тот, кого он только что убил – плохой человек. Он точно избивает своих детей. Он точно пьет каждый день и играет в казино. Он точно заслуживал этого. Минхо остановился на заправке. Зачем – не знает. Следующей мыслью было воспоминание – кошелек в сумке. Сумка в подворотне, рядом с неизвестным мужчиной. Для чего понадобился ему кошелек? Минхо хотел заправить машину. Просто так. Он хочет сделать вид, что все в порядке, помните? На улице свежо и холодно – гольф мокрый от крови. Пахнет соответствующе – железом и медью. Этот запах даже перебил другой – дешевый одеколон Минхо, хотя раньше ему казалось, что ничто не сможет его перекрыть. Открытия сегодня и в правду странные. Минхо прошел к багажнику. Ему стало интересно – эмоция, которую не ожидаешь после убийства. Минхо считал, что по багажнику человека можно многое узнать о нем самом. Есть же разница между людьми, что в багажнике хранят средства для похода в горы и между теми, кто хранит веревку и нож с изолентой. Чувствуете разницу? Но открыв багажник, Минхо даже сначала не понял, какой вывод сделать. В своей жизни он видел много денег – их никогда не хватало, но он мог сказать, что точно их видел. Но он впервые видел, чтобы денег было так много в одном месте. Купюры стопочками выстроились в ряды и Минхо сначала подумал, что свихнулся в край. Эта ночь была полна контрастов. Ли Минхо никогда не думал, что столько эмоций может быть в одном человеке одновременно. Он чувствовал, кажется, абсолютно все. Последний день на Земле. Это его последний день на Земле. Предположения о том, кем являлся этот неизвестный человек рассыпались в пух и прах. Честно сказать – Минхо делал все сегодня не так, как следовало бы. Он делал все так, как знал – то есть, неправильно. Но не стоит его судить – он никогда не убивал, никогда не становился внезапным владельцем такого количества денег, которых хватило бы на целый дом. Так думал Минхо, потому что не умел на вид определять, сколько денег в сотнях стопок – такой навык приобретают в условиях, в которых он не рос и не был никогда. Это была самая странная заправка машины в его жизни. Может, потому что, последняя. Еще он взял себе печенье. Просто потому что вспомнил, что никогда их не пробовал. Он часто заглядывался на этот новый вкус, но никогда не решался купить. Сейчас, наверное, последний шанс. Вкус оказался слишком сладким. От него сразу сводило зубы. Он определенно остался разочарованным покупкой. Не доел. Минхо не чувствовал потуги совести от того, что взял деньги неизвестного мужчины. Ему всегда говорили, что нужно выбирать себя. Сегодня он выбрал себя уже два раза. Ночная дорога всегда ему нравилась, но не тогда, когда на нее вылетает какой-то человек. Тормоза скрипят неприятно, почти как вилкой по тарелке, но Минхо не хотел становиться убийцей во второй раз. Он от первого еще не отошел. Парень, которого он чуть не сбил, молча лег на асфальт. Минхо уже все решил для себя. Этот парень, наверное, тоже, раз бросается под машины, чтобы его сбили, а затем смеется как ненормальный. Предположение Минхо о наркотиках быстро развеялась вместе со зрачками парня, что были самыми обычными. Минхо, возможно, склонился слишком близко, потому что этот парень тут же обхватил его лицо и поцеловал. Конечно же Минхо целовался, но до этого он хотя бы перекидывался с человеком даже двумя словами. Опыт сегодняшней ночи был самым насыщенным за свою скучную жизнь Минхо. Он никогда еще не переживал столько всего – эта ночь могла вполне сойти за полноценную жизнь. Маленькую, но насыщенную. Бредовую и сумасшедшую. И самое бредовое в ней, что Минхо ответил на поцелуй. Он видел этого человека впервые. Он даже не целовался раньше с мужчиной, но сегодня он слишком не вписывался в обычные человеческие общепринятые рамки, чтобы задумываться об этом. Когда они сели в машину, все еще не перекинулись ни одним словом. Но, Минхо хотя-бы узнал имя этого сумасшедшего. Хотя странно назвать его сумасшедшим, если Минхо был еще хуже. На бирке от фартука висела небольшая табличка, говорящая сама за себя. Незнакомца звали Хан Джисон и это все, что узнает о нем Минхо. Хан Джисон тут же накинулся на печенье, которое не доел Минхо. Минхо позавидовал тому, с каким удовольствием тот его ел, потому что самому Минхо это оказалось недоступным. Куда бы не указал Хан Джисон пальцем, Минхо покупал ему это без слов. Они поели в каком-то кафе у дороги, купили какую-то мягкую игрушку, которую Джисон пристегнул ремнем на заднем сидении, прикрыв окровавленной рубашкой Минхо. Этот парень определенно лишен чувства самосохранения – или же ему уже просто стало плевать на жизнь. Будь Минхо маньяком, тот, возможно, даже обрадовался бы – умереть от рук маньяка даже романтичнее, чем быть задавленным колесами. Но что еще романтичнее – умереть с человеком, с которым ты познакомился пару часов назад, вылетев с моста на полной скорости прямиком в реку Хан. Смешное совпадение, учитывая фамилию спутника Минхо. Об этом он и подумал, когда услышал мигалки за спиной. Его нашли быстро. Быстрее, чем Минхо думал и медленнее, чем он бы того хотел. Первые утренние лучи солнца осветили мост, пока Минхо набирал скорость. Джисон отстегнул ремень, вылез из окна машины и показал средний палец полицейским машинам сзади. Затем залез обратно и с широкой улыбкой встретил ограждение моста вместе с Минхо. Когда они приближались ко дну, Минхо подумал о том, как тут холодно. Однако Хан Джисон повернул его лицо на себя, улыбнулся и поцеловал, когда над их головами сомкнулась водяная гладь. Странно, но тепло его рук оказалось тем, что смогло согреть Минхо.