Гарри с моим лицом

Аня всегда знала, что её жизнь скучна. Каждый день был похож на вчерашний: школа, домашка, бесконечные уроки английского, а по вечерам — книги. Но не простые романы, а Гарри Поттер. Она знала каждое заклинание, каждый поворот сюжета, каждую маленькую деталь Хогвартса. Друзья смеялись, когда она цитировала строки на переменах, а родители пожимали плечами, не понимая, зачем всё это. Для неё это был не просто мир фантазий — это был мир, в котором она хотела жить. В тот вечер Аня лежала на кровати, окружённая плакатами с зелёными дворами Хогвартса и картами маркеров для волшебных существ. На тумбочке стояла её любимая кружка с горячим шоколадом — с пеной, расчерченной в виде маленьких звёзд. Она пролистала книгу в сотый раз и тихо пробормотала: — Если бы я могла… если бы я могла хотя бы раз оказаться там… Но внезапно лампа моргнула. Свет потускнел. Воздух в комнате стал густым, словно насыщенным ожиданием. Аня прижала руку к груди — и почувствовала странное, лёгкое покалывание… Следующее, что она увидела, было невероятным. Она лежала на кровати, но кровать была чужой. Потолок был выше, стены покрыты узорчатыми обоями, а в углу стоял огромный тёмный шкаф — точно такой, о котором она только мечтала в своих ночных фантазиях. Сердце пропустило удар. Рядом на полу стояла большая коробка с письмами… и одно письмо с печатью. Аня замерла. Сердце билось так громко, что казалось, оно должно было вырваться наружу. Она протянула руку и взяла конверт. Бумага была плотной, пахла старым деревом и магией. Печать… красная, с гербом Хогвартса. « Мы рады сообщить вам, что вы зачислены в школу чародейства и волшебства Хогвартс. Пожалуйста, прибыть 1 сентября. Принесите все необходимые принадлежности.» Аня улыбнулась. Это было слишком красиво, чтобы быть правдой. И всё же… вдруг что-то дрогнуло в её теле. Как будто внутри что-то вращалось, растягивалось, а затем резко сжималось. Она повернула голову к зеркалу на стене и увидела… не себя. В зеркале смотрел на неё мальчик — худой, с растрёпанными тёмными волосами и зелёными глазами, а на лбу сиял шрам в форме молнии. Сердце Ани остановилось. — Что… что происходит? — прошептала она, но голос, вышедший из её рта, был ровно мужским, и от этого звук был почти чужим. И тогда она поняла: Она стала Гарри Поттером. Не в воображении. Не в мечте. Настояще. Полностью. Её сознание словно переселилось в тело того самого мальчика, чью историю она знала почти наизусть. Комната, письмо, шрам — всё было реальным. А разум боролся между прошлым и настоящим. И тогда раздался шум в коридоре — быстрый, грубый, раздражённый. — Гарри! Вставай! — влетел в комнату высокий мужчина с раздражённым лицом. Аня резко села на кровати. Её мысли путались, как будто кто-то перетасовал все страницы её жизни. Маленькая комната, узкая кровать, тяжёлые шторы, неприятный запах старого дома Дурслей — всё было так, как она видела в книгах и фильмах, но теперь это было её реальностью. Она вдохнула. Сила, которой она раньше не знала, появилась внутри неё — странная смесь решимости и ужаса. — Ладно, — прошептала она себе. — Сейчас я посмотрю, на что я способна. На станции «Кингс-Кросс» было шумно, людно, пахло дымом и приключениями. Люди спешили, дети тянули родителей, но сердце Ани билось только из‑за одного — перед ними та самая платформа 9¾. Она подошла к кирпичной стене между платформами 9 и 10, села на чемодан, глубоко вдохнула… и шагнула вперёд. Стена растворилась, и поезд уже стоял, длинный, чёрный, с паром, стекающим вниз, и с шёпотом рельсов, словно они знали, что сейчас начинается что‑то невероятное. Аня зашла в вагон и села у окна, наблюдая, как мир, который она знала, исчезает за поворотом. Сердце сжималось, но внутри росло предвкушение: это была её новая жизнь. Поезд тронулся. В голове у Ани пронеслись мысли о друзьях, магии, тайнах Хогвартса, о том, каким всё могло быть, если она примет своё настоящее. Ей предстояло встретить людей, которым она раньше просто сочувствовала в книгах… но теперь они могли стать её друзьями, её семьёй. В первый вечер в Хогвартсе, когда огромные двери замка распахнулись навстречу свету факелов, Аня ощутила, как её сердце наполнилось чем‑то огромным — надеждой, страхом и ощущением начала. Её распределили в Гриффиндор. Слова профессора Макгонагалл дрожали в воздухе, когда кубок закричал: «ГРИФФИНДОР!» И в этой минуте Аня поняла — не важно, что было раньше. Теперь она ходила по этим коридорам как часть нового мира, и никто никогда не мог этого забрать. Ночь в спальне Гриффиндора была тёплой, и когда она уснула, над замком стояли звёзды — как маленькие огоньки, обещающие приключения, тайны и выборы, которые придётся делать самостоятельно. Аня улыбнулась во сне. Она знала, что впереди будут испытания, друзья, враги, тайны и чудеса. Но больше всего она понимала: она могла стать кем угодно, даже в чужом теле. И когда светлый луч рассвета коснулся башен замка, Аня вспомнила маленький момент, я всё‑таки подружилась с Драко Малфоем. И пусть это была не та дружба, что она ожидала, но теперь даже он был частью её новой жизни. И это чувство лёгкой победы, странного понимания и немного иронии стало для неё настоящим подтверждением того, что новый мир — её мир. Конец. внутренний монолог* «Знаете, иногда я думаю, что переродиться в Гарри Поттера — это не та магия, на которую я подписывалась. Серьёзно. Ты открываешь глаза, а у тебя на лбу какой‑то шрам в виде молнии. И это не просто шрам — это неудобное место для сушки волос после душа, и никто не предупредил. И вот ты стоишь перед зеркалом, машешь рукой и думаешь: «Может, это всё сон?» — а зеркало тебе отвечает: «Нет, дорогуша, это реальность, и теперь ты мальчик с зелёными глазами, которого все должны любить или ненавидеть. И да, волшебство тоже настоящее. И да, профессор Снейп будет орать на тебя за всё, начиная с первой секунды». Я пробую быть осторожной, пытаюсь войти в этот «дружелюбный» магический мир, но вместо этого умудряюсь толкнуть Рона в туалете, случайно забросить заклинание в потолок и при этом не заметить, что Гермиона наблюдает со взглядом «Я тупею буквально на глазах ». И да, я всё‑таки подружилась с Драко Малфоем, хотя изначально думала, что он — чистое зло. Теперь он периодически подбрасывает мне сарказм как заклинание и смеётся, что я путаю левую и правую руку, когда жонглирую волшебной палочкой. Так что да, жить в теле Гарри Поттера — это как если бы ты заказал шоколадное мороженое, а получил одновременно лаву, молнию и инструкцию по выживанию на магическом поле битвы. Но знаете что? Я всё равно улыбаюсь, потому что это мой новый мир, мои новые правила и, черт возьми, даже Драко не так уж плох, когда ты с ним подружился».