История трансмиграции болезненного злодея

Дело было не в желании работать прямо сейчас. Он говорил, что мог бы работать в одном помещении с Джинву. При этих словах взгляд Джинву на мгновение дрогнул. Он крепче сжал руку, затем, испугавшись, отпустил её и провёл рукой по волосам. На мгновение его охватило искушение. Он подумал, что работа в компании может быть лучше, чем пребывание в больнице, если они всегда смогут быть вместе. Но компания — это не место для развлечений, и даже ассистенту нужна работа. Более того, у директора Така было столько работы, что он был занят каждый день. Были совещания, на которых нужно было присутствовать, и частые сверхурочные. Учитывая все эти факторы, пребывание в больнице было бы лучше для выздоровления. «Если мы будем вместе, ты сразу узнаешь, если я заболею. Больница недалеко от компании… Разве не будет лучше, если я буду проходить обследование раз в неделю?» «Ты всё равно долго работать не сможешь. Ты всё ещё хочешь?» «Да. Быть ассистентом не так уж и сложно, правда…? Или всё-таки сложно?» Джингём, пытаясь вспомнить, чем занимаются офисные работники, закатил глаза. В этот момент Сухёк, который до этого смеялся, сел и вмешался: «Это несложно. Нужно просто хорошо уметь копировать и систематизировать документы. Раз это должность ассистента, то это не должно быть слишком трудно». «О…» «У директора Така уже есть два секретаря; ему нужен ещё и ассистент? У меня не так много работы. Как насчёт того, чтобы стать моим секретарём? Это лучше, чем быть ассистентом». Воспользовавшись случаем, Сухёк попытался хитро вставить свою реплику. Но Джинву быстро его прервал. «Нет». «Это резко. Работать со мной будет проще, чем с директором Таком». Сухёк пожал плечами, словно разочарованный, но с игривой улыбкой похлопал Джингёма по затылку, где его коснулся Вонбом. Джингём не отказался от поглаживания, хотя его голова дрожала. «Джингём». Сухёк, который всегда называл его «Джингём-сси» или «Пэк Джингём», теперь без формальностей обратился к нему по имени, заставив Джингёма посмотреть на него широко раскрытыми глазами. Глаза Сухёка слегка изогнулись в улыбке, но его слова не соответствовали доброте. «Ты забыл слово „границы“ вместе со своими воспоминаниями?» «Прости?» «Когда тебя кто-то трогает, ты должен сказать „Мне это не нравится“ или „Не трогай меня“. Ты не должен просто стоять неподвижно». Даже с этими словами он продолжал похлопывать. «Ты всё ещё так делаешь. Ты замираешь, когда директор Так тебя трогает. Ты замираешь, даже когда я это делаю. Ты даже замираешь, когда секретарь Пэк кладёт руку тебе на ногу». «Нет… Это…» «Неважно, насколько фамильярен человек, ты должен быть внимательнее». «Мне это не нравится. Не трогай меня». Губы Джингёма дёрнулись, и он быстро повернул голову, чтобы избежать руки Сухёка. Улыбка Сухёка стала шире, казалось, он был доволен. «Верно. Молодец. Но не говори мне этого. Это заденет мои чувства». Несмотря на то, что он просил его так делать, теперь он сказал, чтобы он не делал этого с собой. У него определённо был странный темперамент. Во время предыдущего инцидента с аллергией на персики он фотографировал, как ему вздумается. Когда ему сказали сказать спасибо, он сказал спасибо, а потом ему сказали этого не делать. «Он действительно странный человек». Джингём был в этом уверен ещё больше, поскольку испытал это на собственном опыте, хотя и знал об этом всегда. «Вы оба, прекратите трогать моего брата». Джинву молчал, когда Вонбом трогал Джингёма раньше, и поступил так же сейчас. Он чувствовал, что должен вмешаться, но поскольку Джингём не особо сопротивлялся, он воздержался. Что ещё важнее, хотя это и раздражало, Сухёк был прав в своих словах. «Директор, вы действительно позволите моему брату работать? Он не здоров и может просто сидеть без дела. Если это проблема, пожалуйста, скажите нам сейчас». Смысл заключался в том, чтобы не увольнять его после того, как он вселил в него надежду. Более того, он не мог начать работать немедленно. Им нужно было следить за его состоянием и принять решение о выписке. Доктор Хунил хотел, чтобы он оставался в больнице до операции. Джинву чувствовал то же самое. Убедить их было непросто, и теперь казалось, что слова Вонбома могут всё испортить. Его слова могли показаться высокомерными. В конце концов, говорить начальнику, предложившему работу, что он может просто сидеть без дела, было самонадеянно. Вонбом, собираясь скрестить ноги, остановился, чуть не задев ногу Джингёма, а затем снова опустил ногу. Он обычно скрещивал ноги, сидя, но на этот раз остановился, опасаясь, что Джингём может оказаться зажатым между ним и Сухёком. Это замечание заметил только Вонбом. «Я многого не ожидал. Просто не создавайте проблем». «Спасибо». Ответ Джинву заставил губы Джингёма дрогнуть, а затем расплыться в улыбке. Видя его радость, Джинву тоже не мог не улыбнуться. Неужели ему так нравится работать? Другие бы отдыхали, если бы могли. Почему мой брат всё время хочет работать? Хотя он знал, что это нужно для погашения долгов и помощи с расходами, он всё же желал Джингёму отдыхать из-за его слабого здоровья. Тем не менее, видя его таким счастливым, настроение Джинву улучшилось. Работая в том же месте, он решил и на этот раз последовать желанию Джингёма. «Брат, ты впечатляешь. Ты сразу же получил работу». «Хе-хе». Джингём изо всех сил пытался сдержать смех, прикрывая рот рукой, но всё же хихиканье вырвалось наружу. Джинву протянул руку и нежно откинул назад волосы Джингёма, которые упали на локти от тряски. «Обещай, что не переусердствуешь». Джингём энергично кивнул. «Немедленно скажи нам, если почувствуешь боль». Он снова кивнул, вместо ответа. «Всегда носи часы. Держи телефон в руке». «Понял». «…Хорошо. Раз это тебя радует, то и меня тоже». Хотя ему хотелось сказать ему, чтобы он остался в больнице, было бы неправильно останавливать его, когда он так счастлив. Конечно, его здоровье вызывало беспокойство, но избегание стресса также было важно для выздоровления. Хотя Джинём никогда этого не показывал, у него, должно быть, бывают моменты тревоги из-за потери памяти, что может стать источником стресса. Джингём скрестил кончики пальцев, затем посмотрел на Вонбома, быстро моргая. Заметив, что ему есть что сказать, Джинву наклонил голову, давая ему знак говорить. «Мне также выдадут служебное удостоверение?» «Хочешь?» Джингём закивал ещё энергичнее, чем раньше, волосы развевались. Аккуратно уложенная чёлка, которую Джинву поправил, быстро растрепалась. Вонбом подумал, что от такого движения у него голова может отвалиться. Он взял Джинёма за подбородок, заставив того резко вдохнуть. «Почему ты хочешь?» «Потому что носить костюм и иметь служебное удостоверение — это моя мечта!» «…Мечта?» Его тёмные брови дёрнулись. Разве люди обычно не упоминают конкретные профессии, когда говорят о мечтах? Можно ли это вообще назвать мечтой? Выросший на том, что мечты должны быть грандиозными, Джинём считал свою мечту милой, почти скромной. Но его глаза заблестели, как когда он услышал о работе ассистентом. Глаза были такими влажными, что казалось, вот-вот потекут слёзы. «Проснуться утром по будильнику, надеть костюм и сесть в переполненный автобус или метро!» Его голос был полон волнения, на мгновение лишив троих мужчин дара речи. Содержание было ужасным, но его голос был слишком бодрым. «Затем, используя удостоверение сотрудника, чтобы открыть дверь и пойти в офис!» «…» «Приветствовать коллег по команде «Доброе утро», работать, обедать, взять кофе на вынос из кафе и идти пешком!» Никто не мог его перебить. Жесты Джингёма, сжатые кулаки, были слишком милыми, чтобы их остановить. «После работы идти на курицу и барбекю со всеми! Вот что такое рабочая жизнь!» «Я видел это на YouTube!» Как и ожидалось. Вонбом коротко вздохнул и потер лицо рукой. Он никогда раньше не беспокоился о ком-то, так почему же сейчас он так переживал? «…Секретарь Пэк». «Да?» «Запрети ему смотреть YouTube». «…Да». Джингём очень хотел надеть костюм и как можно скорее приступить к работе. Однако Хунил не позволял этого. Хотя он настаивал, что с ним всё в порядке, и умолял выписать его, Хунил оставался непреклонен. Наконец, Джинву вмешался и добился выписки. Во время пребывания в больнице Джингём смотрел YouTube или читал фэнтези-романы, которые Хунил ему одалживал. Когда Джинву заканчивал работу, они гуляли по территории больницы. Утром четвёртого дня наконец-то настал долгожданный день выписки. «Ешь регулярно и принимай витамины. Обязательно занимайся спортом хотя бы 30 минут в день. Даже если тебе не хочется спать, постарайся поспать ночью. Хороший ночной сон — лучшее лекарство». «Ты мне это уже три раза говорил, знаешь?» «Трёх раз недостаточно. Если ты упадёшь в обморок и снова окажешься в больнице, я тебя запру в больничной палате по-настоящему». «А врач вообще может так поступить? Это же практически угроза…» Джингём поправил сумку и оглядел больничную палату, чтобы убедиться, что ничего не забыл. Благодаря Джинву, который всё упаковал, ему оставалось нести только свою сумку. Хуниль открыл дверь больничной палаты и продолжил свои придирки. «Хочешь увидеть, как выглядит настоящая угроза?» «Нет, не хочу». «Тогда следуй всему, что я тебе сказал. Твой желудок и кишечник всё ещё слабые, поэтому избегай острой пищи и ешь как можно больше каши». «Но каша безвкусная…» Губы Хуниля дрогнули от ворчливого голоса.