История трансмиграции болезненного злодея

Вернувшись домой, Джингём размышлял о произошедшем. Как ему следовало поступить? «Но бросить эту банку… это было действительно недопустимо…» В тот момент он был настолько ослеплён гневом, что просто схватил всё, что попалось под руку, и бросил это. Теперь, вернувшись домой и обдумав всё, он понял, насколько плохо себя вёл, и долго ёрзал под одеялом, испытывая стыд. Но что сделано, то сделано. Он не мог это исправить, поэтому просто запрятал воспоминание глубоко в свою память. Вопреки его опасениям, несколько дней прошли спокойно. Ничего не случилось. Он изредка проходил мимо менеджеров Сона и Пака, которые работали на том же этаже, направляясь в туалет или к копировальному аппарату. Они поспешно отводили взгляд и избегали его, не выказывая никаких признаков недовольства. Сначала Джингём был обеспокоен, но постепенно стал равнодушным. Прошло три дня с тех пор, как он начал работать помощником секретаря, и два дня с тех пор, как он в последний раз видел Сухёка, который предложил им встретиться. Он подумывал сначала отправить сообщение, но засомневался, решив, что это может быть просто вежливостью со стороны Сухёка. Не слишком ли он всё обдумывает в одиночку? В конце концов, прошло всего два дня — волноваться из-за такого короткого промежутка времени казалось нелепым. Погруженный в размышления, Джингём незаметно подошёл ближе к Джинву. «Джинву, насчёт директора Сана…» «…» «Что-то не так? Я не видел его последние пару дней…» Джинву, до этого сосредоточенный на мониторе, перевёл взгляд в сторону. Он увидел макушку головы Джингёма, прислонившегося лицом к руке Джинву. «Почему тебя это волнует?» «Ну, дело не в чрезмерном любопытстве… просто его не было видно, поэтому я подумал, что, возможно, что-то случилось». Нерешительный тон Джингёма выдавал его любопытство. Джинву пожал плечами, отчего голова Джингёма откинулась назад, а затем снова опустилась на него. «Он в командировке. Это займет около двух недель». «Две недели? Тогда мы какое-то время не увидим его в офисе». В его голосе слышалось разочарование. Джинву чуть было не спросил, не скучает ли он по директору Сану, но промолчал, опасаясь положительного ответа. Секретарь Ян, подслушивавший разговор, наклонился вперед. «Он может вернуться раньше. Я слышал, что он сейчас очень много работает». Секретарь Ян усмехнулся и взглянул на Джинву, который ответил слегка раздраженной улыбкой. «Вообще-то…» Секретарь Ян понизил голос, словно делясь секретом, и Джингём тоже наклонился к нему. «Возможно, поездка займет меньше недели. Сотрудники, которые ездили с ним, жалуются, что даже не успели поспать». «Почему? Потому что они очень заняты?» «Нет, директор Сун хочет сократить двухнедельную поездку до недели». «А это вообще возможно?» Секретарь Ян усмехнулся, словно такое было невозможно, и выпрямился. Джингём медленно последовал его примеру. «Конечно, нет. Вот почему сотрудники страдают. Обычно, когда директор Сун уезжает в командировку за границу, он любит отдохнуть и насладиться свободным временем. Сотрудники, которые едут с ним, с нетерпением ждут осмотра достопримечательностей и развлечений, но на этот раз им не повезло». И секретарь Ян, и Джинву знали, что причина всего этого — не кто иной, как Джинём, который ничего не понимал. Джинву коротко вздохнул. «Разве вы не должны были явиться, секретарь Ян?» «Я иду. Сейчас готовлюсь». «…» «Это слишком. Я предложил помощь, а вот что я получаю взамен — работаю допоздна, потому что директор Сун свалил на меня всё это». Пока секретарь Ян ворчал о своих трудностях, Джинву неловко улыбнулся. «Все думают, что могут просто свалить всё на меня. Я как Макгайвер — всё решаю!» «Это потому, что секретарь Ян такой способный!» «…Верно. По крайней мере, Джингём это ценит, и я благодарен. Кто-то должен признать всю мою тяжелую работу…» Его последние слова были обращены к Джинву, который извиняющимся взглядом смотрел, как секретарь Ян нес папку с документами и направлялся в кабинет директора. Джинву закрыл глаза и прижал руку ко лбу. «Ах… он дуется». За год работы с секретарем Яном Джинву несколько раз видел, как тот дуется. Хотя это никогда не длилось долго, он делал это так демонстративно, что игнорировать это было невозможно, и с этим было довольно сложно справиться. Более того, когда он дулся, его голос приобретал резкий, отчетливый тон, который мог быть очень раздражающим, если слышать его весь день. Даже изредка слыша этот голос, Джинву мог еще долго после расставания слышать эхо голоса секретаря Яна. Если он оставит все как есть, то и ему, и Джингёму может грозить беда. «…Предлагаю после работы выпить пива». Небольшой утешительный момент заключался в том, что пива обычно было достаточно, чтобы поднять настроение секретарю Ян. Таким образом, все трое договорились пойти в паб после работы. Когда день подходил к концу, все собрали вещи и отправились в путь. Именно тогда появился Вонбом, который работал допоздна из-за частых сверхурочных. «Вы сейчас уходите?» В этот момент глаза секретаря Ян заблестели. Жарким летним вечером паб был переполнен людьми. Офисные работники заполняли заведение, наслаждаясь пивом из запотевших кружек, покрытых тонким слоем льда. Секретарь Ян оглядела зал, пытаясь найти место в углу, но безуспешно. Все места были заняты, поэтому им ничего не оставалось, как сесть посередине. Поскольку паб находился недалеко от их офиса, несколько человек узнали директора Така и поздоровались с ним. Они перешептывались между собой, хотя было ясно, о чём они, вероятно, говорили. «Это же директор Так? Что он здесь делает?» «О… нам следовало пойти куда-нибудь ещё!» «Ешьте быстрее. Пойдёмте в следующее место». Даже сквозь шум до них доносились их приглушённые разговоры, большинство из которых касались директора Така, который не обращал на них внимания и сел. Несмотря на узкое пространство между столиками, Вонбом сумел протиснуться, чем вызвал у секретаря Яна забавный блеск в глазах. Ситуация показалась ему весьма забавной. Джинву, слегка озадаченный, проводил Джингёма к столику. Когда они уже собирались сесть, секретарь Ян слегка толкнул Джинву. «Секретарь Пэк, вам следует сесть со мной». «Что?» «Я стесняюсь, помнишь?» «Что… это не…» Секретарь Ян посадил Джингёма рядом с Вонбомом, а затем потянул Джинву к себе. «…Секретарь Ян». «Да, я здесь. Джингём, что бы ты хотел поесть? Острый маринованный салат из морских улиток здесь хорош, как и курица. Это, это и это тоже очень вкусно». Секретарь Ян открыл меню и спросил у Джингёма, полностью игнорируя испепеляющий взгляд Джинву. Джинву тихо вздохнул и выпрямился. Положив обе руки на край стола, Джингём просмотрел меню, а затем повернул голову в сторону. «А вы, директор?» «Просто заказывайте, что хотите, Джингём». «…Простите?» Ах, он не любил повторяться. «Я сказал, заказывайте, что хотите». Вонбом повторил тем же тоном, без тени раздражения. Джингём медленно кивнул и снова обратил внимание на меню. Это был первый раз, когда Вонбом назвал его «Джингём», и он так удивился, что спросил ещё раз. Поскольку он редко общался с Вонбомом напрямую на работе, услышать его имя от него было странно. Его сердце сильно заколотилось в груди. Это было похоже на сближение с диким зверем, с которым ему раньше не удавалось подружиться. «Слышал? Он назвал его Джингёмом». Секретарь Ян, прислонившись к руке Джинву, прошептал. Обычно он говорил тихо, но не в этот раз. Его слова прозвучали достаточно громко, чтобы их услышали все за столом. Джинву кивнул, подтверждая, что услышал, хотя на его лице читалось недовольство. Поскольку Сухёк внезапно уехал в заграничную поездку, а Вонбом был занят, он редко встречался с ними в офисе. Но он не ожидал, что Вонбом присоединится к ним на этой импровизированной встрече, чтобы подбодрить секретаря Яна. Вонбом обычно не любил подобные собрания. Он ненавидел шум и толпы, поэтому Джинву был удивлен, что тот согласился присоединиться к ним. Он всегда предлагал присоединиться, спрашивая директора Така, хочет ли тот, хотя директор Так обычно отказывался, вместо этого протягивая свою карту. Честно говоря, Джинву ожидал того же и сегодня. Но вот он, действительно присоединился к ним. «Лучше поем поскорее и уйду». Даже с этим Джинву хотел общаться с ним только по работе. «Давай закажем острых морских улиток и жареную курицу. Директор, выпьем пива?» «Нет». «Тогда закажем только два пива». Джинву быстро оформил заказ. Джингём, глядя на курицу, которую он давно не ел, почти чувствовал её вкус. Он помнил, каким он должен быть, но это тело ещё не испытывало его, поэтому предвкушение было ещё сильнее. Когда еда прибыла, Джинём мог только смотреть на белое мясо на своей тарелке. «…» «Не будешь есть?» «…Мы заказали жареную курицу». «Да. Это курица». Ответ Джинву, словно недоумевая, в чём дело, заставил секретаря Яна цокнуть языком. «Что это за курица?» «Просто без кожи. Это всё ещё курица». «Вот это…!» Традиционно жареная курица — это золотистая, обжаренная во фритюре вкуснятина. Но курица на его тарелке представляла собой голый, белый кусок белка, лишённый своей сущности. Конечно, её обжарили во фритюре, так что съесть её с кожей не составило бы труда. И всё же Джинву лишил жареную курицу жизни, как будто это было самым естественным на свете. Джингём прикусил нижнюю губу и сжал вилку, его рука дрожала. Он знал, что делает это ради его же блага, но в такие моменты Джинву чувствовал себя жестоким. Разве я не могу просто съесть её как есть? Я же не каждый день ем это, и даже не раз в неделю — это первый раз с момента его переселения душ! Хотя Джинву видел дрожащую вилку, он продолжал аккуратно разделять тесто, следя за тем, чтобы ни кусочка панировки не осталось. «Хочешь пойти домой и поесть риса?» «…Кто сказал, что я не буду есть?» Надувшись, Джингём съел белое мясо. Несмотря на то, что это была жареная курица, приправа, полученная в процессе выдержки, придала ей пикантный вкус. Он утешался тем, что она не была совсем безвкусной.