История трансмиграции болезненного злодея

Единственным, кто смеялся над замечанием Джингёма, был Сухёк. Джинву, совершенно ошеломлённый, был слишком потрясён, чтобы отреагировать. Вмешался секретарь Ян. «Ну же, Джингём, зачем ты это сказал? Ты должен остаться с Джинву». «Здесь и так далеко от работы, так что не нужно усложнять. Это всего лишь временно… Ах, у тебя же жилье недалеко от офиса, верно, секретарь Ян? Ты же сказал раньше, что всё в порядке, так что Джинву может немного пожить у тебя, верно?» «Ну да, но…» Секретарь Ян взглянул на Джинву, который всё ещё смотрел на него с недоверием. Подойдя ближе, секретарь Ян толкнул Джинву локтем. «Спорим, ты не хочешь расставаться с Джингёмом, да? Верно?» «…» «Всё ещё в шоке, да? Если Джингём остаётся здесь, разве не логичнее было бы, чтобы Джинву тоже был здесь? Верно?» Хотя секретарь Ян обратилась с вопросом к Вонбому и Сухёку, никто из них не ответил. Сухёк не чувствовал необходимости отвечать, довольный тем, что всё идёт по его плану, в то время как Вонбом был слишком погружен в свои мысли, недоумевая, почему Джингём хочет остаться здесь один. Джинву сделал короткий вдох, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, затем опустился на колени перед Джингёмом, который сидел на диване. «Ни за что. Я останусь с тобой». Отказ Джинву был предсказуем. Джингём беспокоился, что Джинву может снова пострадать, но он должен был сдержать своё обещание Сухёку. «Это такой бардак…» Джингём вспомнил сообщение от Сухёка, которое он получил ранее, молча ворча. Сухёк прислал фотографию кредитного договора, увеличив пункт: «Если хотя бы один платеж по процентам просрочен, заемщик должен выполнить три требования кредитора». Затем он перечислил свои требования. Сухёк: Первое требование: Пэк Джингём переезжает в дом Сон Сухёка. Однако Пэк Джинву должен переехать в другое место. (17:18) Джингём возразил, сказав, что это слишком, но в ответ получил лишь простое: «Требования есть требования». Просрочка платежа по процентам была действительно несправедливой. Кредит был выдан в последний день месяца, поэтому немедленное начало выплаты процентов было политикой, присущей только ростовщикам. Джингём предполагал, что платежи начнутся в следующем месяце, поэтому сообщение о просрочке всего через два дня было совершенно неожиданным. Он никогда не думал, что Сухёк пойдёт на такой шаг. Тем не менее, Сухёк пообещал не предъявлять чрезмерных требований, поэтому Джингём неохотно согласился. Хотя он с самого начала хотел, чтобы Джинву поехал к Хунилю, отправлять его по собственной воле было совсем не то же самое, что быть вынужденным. Но это был редкий шанс немного отдалиться друг от друга, поэтому он должен был это сделать. «Это всего лишь на короткое время. Сегодня по дороге сюда были пробки, верно? Поездка будет утомительной. Если ты опоздаешь через короткое время, что тогда?» «Этого не будет. Я просто уеду пораньше. Ты тоже останешься здесь, директор. Мы можем ездить на работу вместе». «А кто предлагает тебя подвозить?» «Видишь? Не можешь! Как ты доберешься до работы без машины?» Насмешливый фырк Сухёка прервал разговор, и Джингём быстро добавил к своему аргументу. Но Джинву, не смутившись, уже собирался что-то сказать, когда Вонбом вмешался. «Мой дом ближе всего к офису. Почему бы не остаться там?» «Почему ты вмешиваешься? Мы уже решили остаться здесь». Тон Сухёка был пренебрежительным, но Вонбом спокойно продолжил: «Пэк Джинву не хочет расставаться с ним, а Пэк Джингём хочет отправлять его на работу. Остановиться где-нибудь поближе — это самый разумный вариант. Квартира секретаря Ян маленькая, моя — просторная. Это идеальное решение». Когда впервые решался вопрос с жильем Джингёма, они сразу остановились на квартире Хуниля. На этот раз Сухёк действовал быстро. Даже если ему скоро придется вернуться в свою комнату на крыше, оставаться здесь с Сухёком вызывало у него беспокойство, и теперь этот спор побудил Вонбома предложить решение. Признаюсь, с некоторой скрытой целью. «У меня полно свободных комнат». Секретарь Ян повернулся и хлопнул себя по лбу. «Зачем я вообще сюда пришел…?» Весь день в офисе разговор вращался исключительно вокруг этого вопроса, мешая любой реальной работе. Приезд сюда должен был помочь навести порядок, но даже в новой обстановке одни и те же заезженные споры вызывали у него головную боль. Казалось, это бесконечно, поэтому секретарь Ян снова взял инициативу в свои руки. «Похоже, у нас больше нет вариантов. Если вы хотите остаться здесь, то либо Джингём и директор должны отступить, либо вам придется переехать в резиденцию президента». «Этого не будет». «Но я думаю, это лучший подход! Джингём может остаться здесь с секретарем Пэком, а директор может приходить и уходить вместе с ним!» Желая поскорее всё уладить, чтобы секретарь Ян мог отправиться домой. Он попытался закончить разговор, но Джингём был непреклонен. «Почему тебе так не нравится моё присутствие?» «Я же тебе уже говорил. Не хочу, чтобы тебе было тяжело добираться до работы». «Но я же сказал, что меня это устраивает». «…» Увидев, как Джингём сжал губы, Джинву захотелось в отчаянии ударить себя по груди. У него должна быть причина, так почему бы ему просто не сказать? Джингём чуть не выболтал всё, но вспомнил обещание, данное Сухёку. Слегка сморщив нос, он заставил себя заговорить. «Даже когда я жил у доктора, мне приходилось трижды пересаживаться. Это было изнурительно. Это далеко от дома, но всё же ближе, чем здесь. И…» Немного наклонившись, Джингём прошептал: «Это всего лишь на время. Тебе тоже нужно отдохнуть. Ты всегда обо мне заботишься. Не говори, что ты не устал!» Прежде чем Джинву успел отреагировать, Джингём протянул руку и закрыл рот. Брови Джинву опустились. Несмотря на то, что Джингём категорически отказывался от присутствия Джинву, его было не остановить. Обычно Джинву отчитывал его и пытался уступить, но сегодня эта стратегия, похоже, не сработала. Это было обидно, но Джинву не хотел продолжать настаивать и в итоге вызвать у Джингёма обиду. Поэтому он уступил, и было решено, что Джингём останется один в доме Сухёка. Вонбом, казалось, был особенно недоволен этим решением. Даже во время еды, после того как всё уладилось, он продолжал демонстрировать своё недовольство. Джинву тоже постоянно поглядывал на Джингёма с тоскливым выражением лица, что в итоге так сильно расстроило Джингёма, что у него разболелось сердце. К счастью, Сухёк заранее приготовил лекарства для пребывания Джингёма, поэтому им не пришлось спешить в больницу. Все они задержались допоздна, чтобы убедиться, что Джингём чувствует себя лучше. Только когда секретарь Ян, оказавшийся в заложниках у ситуации, широко зевнул, Джинву наконец заметил время и встал. «Я напишу тебе, когда приеду. Если хочешь спать, не жди меня». «Хорошо». «…Если тебе что-нибудь понадобится, дай знать». «Это всего несколько дней. Не волнуйся». С всё ещё бледным лицом Джингём проводил их. Когда Вонбом протянул руку, Джингём инстинктивно взял её в свою. «О…» Удивлённый собой, Джингём попытался вырваться, но Вонбом крепко держал его. «Моя дверь всегда открыта для тебя. В любое время». «…» «Я серьёзно. Если тебе будет некомфортно здесь, приходи ко мне». «Э-э… ​​конечно. Спасибо». «В этом нет ничего неприятного, правда. А теперь поторопись и уходи». Джингём неохотно ответил, и тут же Сухёк вмешался, расцепив их руки. Джинву, который до этого пялился в пустоту, сжал кулак. И без того было тяжело осознавать, что Джингём останется у Сухёка. Но видеть их так близко заставляло его грудь сжиматься ещё сильнее. Он всё ещё не понимал, почему Джингём так настаивает на том, чтобы отправить его прочь. Должно быть, дело не только в дороге, подумал Джинву, переводя взгляд с Сухёка на Джингёма. «Я ухожу». «Да. Будь осторожен». Джинву продолжал оглядываться, но Джингём махнул ему рукой. Машина, на которой приехали секретарь Ян и Вонбом, уже была припаркована. Секретарь Ян, всё уточнив, сел на пассажирское сиденье, а Вонбом — на заднее. «Увидимся позже, Джингём!» «Береги себя!» Джингём смотрел на машину, пока она не скрылась из виду, затем поник плечами и вздохнул. «Не вздыхай, а то потеряешь свою удачу». «Ты действительно в это веришь?» «Осторожность не повредит. Пойдём, холодно. Зайдём внутрь». Сухёк нежно обнял Джингёма за плечи и улыбнулся. Джингём ворчал в ответ на эту улыбку. «Мне так больно, что пришлось отправить Джинву прочь. Почему ты так рад?» «Потому что ты его отправил. Даже если тебе больно, я рад. Давно мы не были только вдвоём». «Уф, отпусти меня!» «Ни за что». Даже когда Джингём пытался вырваться, Сухёк отказывался отпускать его, пока они шли к входной двери.

***

На следующее утро Джингём пошевелился, услышав, как кто-то его будит. С трудом открыв глаза, несмотря на сонливость, он ответил знакомому голосу, который ещё не видел. «Пора завтракать. Нельзя пропускать». «…Мой будильник не… зазвонил…» В последнее время Джингём привык просыпаться к раннему рабочему дню Джинву, поэтому, даже в своей сонливости, он инстинктивно попытался встать. Но без будильника его тело не чувствовало никакой спешки. Он крепко обнял подушку и зарылся глубже под тёплое одеяло. Сухёк усмехнулся, наблюдая, как он тщетно пытается спрятаться от утреннего света. Несмотря на то, что Сухёк повесил плотные шторы, чтобы помочь Джингёму дольше спать, тот оставался в постели, ничего не замечая. Солнечный свет лился в комнату, и Сухёк не мог не улыбнуться, наблюдая за попыткой Джингёма вырваться из сна. Видя Джингёма, уютно устроившегося в белых простынях в тщательно подобранной пижаме, Сухёк почувствовал непреодолимое желание прижать его к себе прямо здесь. Но он не хотел пугать Джингёма с самого утра. Поэтому он сел на край кровати и осторожно откинул одеяло. «Просыпайся. Уже утро». «…Работа. А?» Джингём резко проснулся, дико оглядываясь по сторонам. Поняв, что это не его комната, и увидев Сухёка рядом, он вспомнил, где находится, и глубоко вздохнул. «Ах, да. Я был у Сухёка прошлой ночью».