Племянница друга

– У меня есть идея,– после неделгой паузы Сингер продолжила,– Но для начала нам нужно в супермаркет за моющим и водными пистолетами. – Водными пистолетами? – Чтобы упростить процесс стрельбы. Настало наше время кошмарить врага. Старенькая Шевроле Импала стояла среди веток кустов, скрытая от лишних глаз монстров. А ее хозяин и пассажиры высматривали эти самые глаза. Тьма и тишина навевали тревогу, даже шелест веток не слышался – ветра не было. Но даже без ветра веет неприятной прохладой. Винчестеры знают, что внутри полно недоброжелателей, и точно знают, что скоро прибудут еще. – Ани, ты уверена, что хочешь туда идти?– в этот раз ее имя произнеслось Дином по-особенному заботливо. – Не отсиживаться же мне, пока вы жизнями рискуете. Охотница облокотилась на дверь машины и, тяжело вздохнув, положила голову на стекло, успевшее стать холодным за то время, что они здесь стоят. Её сосредоточенный взгляд был направлен на дверь здания, в котором они обедали сегодня днем. В руках она сжимала водяной пистолет с опаснейшим из известных на данный момент орижием для Левиафанов. – Ты уже достаточно сделала для дела, ты была главным мозгом. – Ты преувеличиваешь,– рассмеялась Аннет. – Дин, что с тобой? Дин сам не понимал, почему не хочет пускать туда эту девушку. Опасно – да, но раньше его это не волновало, раньше главной была победа в битве с нечестью. Сейчас при малейшей мысли о том, что ей, такой милой и хрупкой, придется идти в этот обитель зла, внутри всё холодело, а сердце сковывал страх. Винчестер уже и не помнил, когда испытывал подобное в последний раз. Он хотел сделать всё сам, а потом просто прийти и порадовать Аннет победой. Сказать, что они справились и над миром больше не нависает никакая угроза. Сказать, что теперь будет всё хорошо. – Дин, всё в порядке,– Сингер нежно положила левую руку ему на плечо, от чего тот едва заметно вздрогнул,– Правда. Я справлюсь. – Вон он. Сэм указал на мужчину, идущего в темноте. С минуту назад он вышел из авто и несколько раз обернулся, проверяя, нет ли кого сзади. – Кто это? – Дик Роман. Точнее его лицо, используемое левиафаном. Они добрались до политики. Хотят максимально сосредоточить власть в своих руках. Аннет сжала «детскую игрушку» в руках, морально готовясь к бою. Винчестеры приоткрыли двери машины – они уже готовы. Дик зашел в здание, что означало начало операции. Сейчас, как никогда раньше, им потребуется удача: одно неверное прикосновение к левиафанам – и твои друзья уже не смогут отличить тебя от монстра. Аннет и Сэм прислонились спинами к стене по обе стороны от двери, Дин же, согласно оговоренному плану, проник в здание. Стоявшему на стороже левиафану по его собственной невнимательности прилетел удар мачете. Угроза ликвидирована на ближайшие пару десятков метров. Сингер, как самая миниатюрная и юркая, должна проникнуть в самый центр и добыть информацию, пока головы левиафанов отлетают от рук братьев, а пистолет с моющим выступает в роли подушки безопасности. – Ани, будь осторожна,– в ответ девушка кивнула. Аннет мягко и аккуратно ступает по бетонному полу склада, вокруг тихо, но за стенами слышатся голоса, неразборчивая речь левиафанов. Дверь в комнату, где находится Дик, по счастливой случайности, оказывается открыта. Увидев спины монстров, она решила действовать и проникла внутрь, используя старый потертый диван как укрытие. Перед ней стандартная, на первый взгляд, семья сидит на таком же диване и смотрит телепередачу. Но Аннет знает – это не просто семья. Это бедолаги, лишенные удачи, по злому року судьбы попали во внимание Дика Романа, который в свою очередь их беспощадно использует. Сейчас они не в том состоянии, чтобы понимать происходящее, они – эксперимент, они отравлены ядом. Один из них уже пару дней как не дышит, но так и останется незамеченым, пока его не увезут. Дик улыбается – его план успешен, и он в действии. Его глаза отражают уверенность в успехе, злорадство и злобу. Он уверен, что его уже ничто не остановит, а охотники – лишь пыли в его глазах. Пыль, которую можно сдуть без особых усилий. – Славный выйдет обед,– констатировал Дик. Сухо и без сочуствия,– Мой эксперимент удался, тепер можно выходить в массовое производство. Мы построим заводы, устроим поставки в каждый город Америки, а потом и всего мира. Порабощение мира – кто бы мог подумать. Захватить власть – их цель, а люди в их пищевой цепи станут едой. – Через четыре дня приедет то, ради чего мы перекопали половину страны,– он повернулся в сторону второго левиафана,– Хорошо иметь власть – никто не задает вопросов, если нужно что-то крайне секретно вывезти. Главное, чтобы скрижаль не попала в чужие руки. Роман уже собирался уйти, но его отвлек шум – Винчестеры перешли к действию. – Похоже, мы здесь не одни. Братья остались ждать наедине с уже мертвым – хоть и не надолго – левиафаном, наблюдая за тем, как их подруга направляется в эпицентр. Монстры внутри Аннет не заметили, на ее счастье. Но стоило не забывать еще и про тех, кто обитает снаружи. Они напали сзади, ударив в голову, но не оглушив. Реакция Дина не подвела, и голова второго монстра полетела вслед за первым. Еще двое взялись за Сэма, прижав того к стене своей нечеловеческой силой. Один из них оголил свои острые, как клинки, и черные, как нефть, зубы, наровя сделать младшего брата своим обедом. Помешал левиафану Дик. – Винчестеры. Приятно познакомиться,– он встал так, будто никакой драки в коридоре не было. – Пришло время стереть самоуверенность с твоего лица, Роман,– Дин сжал мачете в руке так, что от злости побелели костяшки. – Вы у меня в заложниках, Дин. Вам уже никто не поможет. Как только Дик пошел из комнаты на звук, Аннет вышла из укрытия, вооружившись клинком, который был спрятан у нее за спиной все это время. Она не дала сопровождающему Романа издать ни малейшего звука, который бы выдал ее присутствие. Ее появление здесь, впрочем, как и она сама, для главы новых монстров будет сюрпризом. – Ошибаешься, Дикки. Левифан повернулся, услышав незнакомый голос. Но вместо замешательства на его лице выступила эмоция злорадства. Он не ожидал, что у Винчестеров найдется такой же сумасшедший друг, который пойдет в логово Зла, но был удивлен, что братья его обошли, так легко оказавшись на шаг впереди. Тем не менее, Дик уверен, что она не станет для него помехой. Какой же болью ему далась эта ошибка. Выстрел из водяного пистолета преодалел расстояние между Диком и Аннет в считанные секунды, показывая, что все-таки принес пользу. Дик на личном опыте узнал, в какую реакцию вступает средство для мытья полов с кожей левиафанов. Аннет удалось стереть улыбку с его лица, меняя ее на ожоги и крик, который, по иронии, стал спасением для Сэма. Он вырвался из лап монстров, вычеркивая себя из списка заложников, и, подобно брату, отсек голову одного из них. – Сэмми! Ему на помощь ринулся Дин: второй левиафан воспользовался ситуацией и впился клыками в плечо младшего. Сэмюэль подавил крик, не давая себе растеряться и потерять контроль, и попытался оттолкнуть его от себя. Роман сквозь боль схватил левиафана, заставляя расслбить челюсть, и быстрым шагом направился по коридору. Дальше стрелять по ним не было смысла. Целью охотников была не их смерть – с этим они разберутся позже. Они выполнили миссию: добыли информацию и вышли оттуда живыми. – Почему надо было идти именно ночью? – Надеялись на преимущество,– Дин повернул ключ в замке зажигания и двинулся в путь,– Сэмми, как ты? – Могло быть лучше,– усмехнулся тот, продолжая сжимать уже перемотанное бинтом плечо,– Хоть и руку почти не чуствую. Но жить буду. – Это самое главное. Скоро вернемся к Бобби и его чистому, наконец-то, полу,– куда ж без шуток от Дина Винчестера,– И нормально обработаем твою рану. К дому Сингера они подъехали уже к утру, поездка прошла в тишине. Ближе к концу Сэм сменил Дина и сел за руль под строгое указание ехать аккуратно – как будто тот делает это впервые. Каждый раз одно и то же. Аннет братья благородно позволили спать до конца пути. Уставший Дин пересел на пассажирское сидение, на место брата, блаженно вытянув и расслабив ноги. Но погрузиться в сон ему так и не удалось. Всю оставшуюся дорогу его мысли были о той, что отражается в зеркале заднего вида. Его словно магнитом тянет к Аннет. Она всегда перед его глазами. Она всегда в его мыслях. Вокруг только её запах. Дин осознает – это путь в бездну. В бездну чувств, из которой выбраться становится всё сложнее. Но сопротивляться так не хочется. Хочется поддаться, идти в сторону ветра, ей навстречу. – Бобби наверное ещё спит. – Ещё слишком рано, чтобы он проснулся, но я уже ничему не удивлюсь. В доме первым делом их встретил не Бобби – ребята не ошиблись, Сингер пока прекрасно спит и ничего не подозревает. Их встретила девушка немногим младше Бобби, лежавшая на диване первого этажа, укрытая одеялом, и тихо посапывала. – Кто это?– Аннет остановилась посреди комнаты, не ожидала она увидеть кого-то ещё. – Это....– замялся Сэм, – Джоди? – Погоди. Джоди? Одна новость краше другой. Стрелки часов показывали 5:30. Глаза слипались от нехватки сна, а тело ныло, требуя отдыха в горизонтальном положении. Желание лечь на мягкий матрас доминировало над остальными чувствами, поэтому Винчестеры и Сингер направились на второй этаж в свои комнаты. Им нужен был отдых. Моральная и физическая разгрузка. Дин лёг, даже не раздеваясь. Плюхнулся на кровать и сразу вырубился, погружаясь в цветные картинки, именуемые сном. Сэм же поступил иначе – он педантично свернул одежду, расправил кровать и только следующим этапом заснул. * – Бобби, не представишь свою новую подружку? – Никакая она не новая,– Сингер старший закатил глаза на подкол племянницы. Они столкнулись на лестнице, когда Бобби шел поверить ту самую «новую подружку». Он еще из окна заметил черную машину около своего дома, внутренне ликуя. Увидев племянницу, он сразу же заключил ее в свои теплые объятия. После долгой разлуки он стал больше ценить время, проведенное с ней, она – его последняя кровная родственница и самый близкий человек. Аннет иногда жалеет, что не показывает дяде, как сильно его любит. Он стал ей вторым после мамы родителем, она провела у него большую часть своего детства, пока не покинула его дом. С этим местом связаны самые значимые события и потрясения. Как бы она не упрямилась, она каждый день жалела о своем поступке и каждый день хотела вернуться. Ей нужно было вырасти и, наконец, понять, что же на самом деле является главным в жизни. – И как давно вы уже знакомы? И почему я не знаю о ней? – Она охотница, шериф. Она оказалась тут случайно, я ее не приглашал. Пока я мучил монстра, она решила поиграть в альтруиста и прибраться у меня дома. Средство начало капать сквозь доски и попало на кожу левиафана. – Как-то слишком скучно. Между вами даже ничего не было? – Нет,– после ответа Сингер отвернулся, избегая зрительного контакта с племянницей. – Бобби,– не желала отступать девушка. – Ладно, ничего, кромне невинного поцелуя на эмоциях. – Ого. Удивление Аннет прервал глухой звук, сообщающий, что дверь закрылась. Они с Бобби спустились и увидели, что братья на месте, стоят на кухне и переглядываются о чем-то, что явно останется между ними и, судя по всему, тем, кто ушел. – Что-то случилось?– спросила Сингер, которая итак знала меньше всех. Дин многозначительно взглянул на девушку, а потом – на ее дядю, заметив его эмоцию вопоса и, немного помявшись, сказал: – Джоди сказала, ты что-то нашел,– интонация выдает блеф. И не соврала. Один мой друг охотился неподалеку и узнал о неком Эмануэле. – Целителе, который взялся из неоткуда, не помнит, кто он, не нуждается в пище и многом другом человеческом,– он выделил последнее слово. – И что ты думаешь? – А я, мальчики, думаю, что вам стоит поехать туда и проверить.