Наш секрет

Когда они на льду, их прыжки и техники говорят за них, они общаются с помощью вращений и боли в теле, но за пределами льда кто они? Просто русская нейтралка и американская фигуристка, ведь им нельзя контактировать вне зоны олимпийских игр.       Поэтому они не нуждаются в словах, когда наступает кромешная темнота за окном, и они оказываются в одном номере. Они разговаривают с помощью тела, только легкие касания губами и руки под одеждой. Порой делают короткие перерывы, чтобы отдышаться и вновь прильнуть друг к другу. Эмбер не может сдержать сладкой улыбки между тем, когда видит затуманенные от желания глаза напротив. Она ничего не говорит. И в номере всё тихо-тихо. Девушкам казалось, будто в целом мире сейчас они одни, давая возможность забыться с головой.       Эмбер выдыхает и опускается губами на шею Аделии. Та вздрагивает и закидывает голову назад, упираясь затылком в стену. У Эмбер мягкие губы, Аделия сдерживает порыв в просьбах не останавливаться. Ногти цепляются за кожу и оставляют едва видные красные полосы под платьем Петросян. Когда всё закончится, их уже будет не видно, но Аделия будет помнить каждую из них.       Американка нежно кусает шею в нескольких местах, оставляя красные засосы, и возвращается к губам нейтралки. Они смотрят друг другу в глаза и улыбаются сквозь поцелуй. Гленн нравится, что эта улыбка предназначена только ей одной сейчас. Эмбер продолжает улыбаться даже после поцелуя, а Аделия смотрит уже серьёзно, будто это не она держит одну руку на боку американки, а другую на её заднице.       С лёгкой дрожью в руках, Аделия толкает мягко Эмбер на кровать, нависая сверху. Гленн сдерживает едва заметный смешок. Эмбер всё ещё улыбается, когда жестом заставляет Аделию присесть на кровать, а сама становится перед ней на колени, подвинув её ближе к краю кровати. Перед королевами льда принято вставать на колени, правильно? Эмбер смотрит снизу вверх, облизывает пересохшие вмиг губы, а у Аделии спирает дыхание при виде её голодного взгляда, и лицо покрывается румянцем. Гленн знает, что делать. Она мечтала об этом с первого дня их встречи на льду, и теперь, наконец-то, этот шанс ей выпал, и она не намерена его упускать. Стоит Эмбер провести языком по внутренней стороне её бедра, как её спутница тут же стремится сомкнуть ноги, но те настолько сильно дрожат от её пока малых действий, что ей ничего не стоит раздвинуть их. Слыша всхлипы, та начинает работать языком, делая круговые движения, периодически добавляя один палец внутрь для большего эффекта. И она не прогадала, потому что чувствует, как та словно на пробу запускает руку в её волосы, гладит по всей голове и немного надавливает, Эмбер только и делает, что подчиняется её действиям. Она едва сдержала громкий стон, но от процесса старается не отвлекаться. Она продолжает смотреть на Аделию, у которой, кажется, скоро сдадут все настройки от этого вида и ощущений внизу. Эмбер чувствует скорую разрядку, от чего работает интенсивно своим языком. Минуты длились, казалось, долго, ведь обе девушки одновременно получают желаемую разрядку, от чего замирают на своих местах, а Аделия ослабила хватку. Петросян помогает ей привстать, а сама продолжает сидеть ближе к краю кровати, задвинув ноги вместе, но трусики были утеряны где-то на полу всё также.       — Интересно, — тихо, почти шёпотом начинает Эмбер, пристраиваясь рядом и полностью заваливая Петросян на кровать, — я отлизала русской нейтралке. Как думаешь, мне за это что-то будет?       — Будет, — так же тихо отвечает Аделия, позволяя обнять себя и закинуть на себя ногу. — Будет, если ты сейчас заткнешься.