Мой милый доктор

Тьма накатывала волнами — не та, что прячется за опущенными шторами, а густая, вязкая, заполняющая лёгкие вместо воздуха. Хан сжимал пальцами край стола так, что костяшки побелели, и считал про себя: раз, два, три… вдох, выдох, вдох… Цифры путались, дыхание срывалось, а мир вокруг сужался до размеров тесной коробки, из которой не было выхода. — Джисон, ты в порядке? — голос Минхо прозвучал откуда‑то издалека, будто сквозь толщу воды. Джисон не ответил. Он не мог. Воздух вдруг стал слишком густым, чтобы им дышать, ладони вспотели, а в груди заколотилось что‑то дикое, рвущееся наружу. Он сжал кулаки, пытаясь сосредоточиться на ощущениях, на гуле вокруг, — но паника уже накрыла его с головой, стирая границы между реальностью и кошмаром. Парень сидел на диване в кабинете Минхо, сжимая и разжимая кулаки. Его дыхание было прерывистым, а в груди будто сжималась невидимая пружина — с каждой секундой всё туже и туже. Он пытался сосредоточиться на дыхании, как учил его доктор, но паника накрывала волнами, забирая остатки самоконтроля. — Всё хорошо, Джисон, — голос Минхо прозвучал мягко, но уверенно. Он присел рядом, не слишком близко, чтобы не напугать, но достаточно, чтобы Хан чувствовал его присутствие. — Смотри на меня. Дыши со мной. И он дышал. Медленный и размеренный темп Минхо постепенно его успокоил. — Я… я опять это сделал, — прошептал Джисон. — Опять сорвался. — Ты не «сорвался», — твёрдо поправил Минхо. — У тебя была паническая атака. Это не слабость, а реакция организма на стресс. И ты уже делаешь огромный шаг вперёд — ты пришёл ко мне с этим снова, а не попытался справиться в одиночку. Он достал из ящика стола небольшую бутылку воды и протянул Джисону: — Выпей немного. Медленно, маленькими глотками. Хан послушно сделал пару глотков. Вода помогла унять сухость во рту, а вместе с ней — и часть тревоги. — Спасибо, Минхо. Без тебя я бы… — Шшш, — Минхо прервал его. — Ты не один. И мы со всем справимся. В кабинете повисла уютная тишина. Минхо осторожно положил руку на плечо своему пациенту и в тот же момент ощутил на себе вес чужого тела. Хан крепко сжимал его белоснежный халат пальцами, будто бы вот-вот и тот исчезнет. Минхо ничего не сказал, он молча опустил руки на талию парня. Хан судорожно шептал что-то неразборчивое о любви к этому кабинету, к сеансам и самому Минхо. Где-то в районе шеи стало мокро, Джисон уткнулся в него и плакал. Плакал от облегчения, целуя его везде, где дотянется. Минхо взял его лицо в свои ладони, осторожно коснувшись губами щеки. Это был сигнал, на который Хан сорвался, примкнув своими губами к его губам. Быстро, неосторожно и в панике он целовал обмякшего в его объятиях Минхо. И пусть проблемы ещё не ушли, сейчас ему как никогда хорошо. Они справятся с этим вместе. Точно справятся.