И впредь о желании

В школьном лазарете, меж двух взрослых фигур притаилась миниатюрная девчушка. Пока женщины не знали куда и что делать. Девочка в панике пыталась хоть что-то вспомнить о себе. Кто она. Что делала вчера. С кем жила. И что делала. В голову незнакомке не приходило ничего. Ни тщетности прошлого бытия, ни собственного имени. Она тихо всхлипывала от не знания. Хрупкие ручонки то и дело тряслись, от истерии тела. А она сама образовалась с комочек. Ножки за ручки, и голову внизу. Так и оставалась она, одна в своих мыслях. В осознании того что, она не знала о мире практически ничего. Кроме прошлой сохраненной памяти. О той жизни где та была взрослой одинокой женщиной. Где жила в не большом городе. Работала на самой простой должности, и выживала от дня до дня. Сейчас она была не там, в своем теле. С старой жизнью. Она давно умерла, и нет больше души в том теле. Осталась лишь память о том моменте. И всё. Сейчас у неё была проблема по хуже. Она не помнила кем является прошлая обладательница этого тела. Ни имени ни вчерашней крупицы пазла из жизни. Нет. Теперь она чистый лист. Незнакомка. Она помнила все о мире где сейчас находилась, но только из книг, фильмов и игр. Более она не знала. Ко всему видимому это и пугало. В теле неизвестной девчушки. Она не знала ни её, ни её прошлого, и тем более нынешнего. Пока девочка тихо плакала, и молила про себя о попытке даже крупицу памяти вспомнить , о хотя бы имени. Самом малейшем что можно попросить. Было не важно о родственниках, о каких либо мелочах. Нет. Отнюдь. Это было не важно. Все было не нужно. Ведь забыть имя было самое страшное для неё. Своё старое вот как часы ранее стало не знакомым ей. И вспомнить хотя бы о что-то о новом. Было неподдельным интересом и роскошью. Перепуганная Матильда Уизли ходила кругами. Она впервые за свои тридцать семь лет обучения увидела как один ученик не помнит ничего. Хотя вчера ходила по школе и разговаривала с сверстниками. Она была вчера как обычный ребенок. Смеялась с историй с каникул, о том как прошли три месяца, и что-то шептала своим подружкам. А сейчас. Сейчас невинное дитя смотрело под себя. Перепуганная, бледное лицо. А в глазах затаился бесперебойно кричащий страх. Матильда была потрясена такой сменой ученицы. Она думала что делать. Кому первому обратиться. К больнице Мунго, или же бить тревогу родителям малышки. Женщина не на шутку перепугалась. Вызвала сначала соседок девочки. Нужно было сначала узнать что-то случилось. После Матильда передала девочку в руки уже взъерошенной целительнице. Сестра Чирей только и могла что бегать и записывать все внешние признаки и показания. Девочка не давалась на контакт, лишь всхлипывала и что-то бормотала. Женщина паниковала. Ведь ранее она лечила лишь симптомные признаки амнезии. Она знала что некоторые травмы от Квидича приводили до кратко-временной амнезии. Знала что непутевые зельевары могли себя травмировать и пере вдыхать амортенции и на некоторое время в бреду теряли память. Но не то что ученик приходил в слезах и истерии, в глазах которого читался неописуемый страх. Не знала она и то что девочка скулящая от страха и не могла вспомнить что делала вчера, и самого простейшего – своего имени. Чирей только и могла что сейчас сделать самый легкий и простейший, не травмирующий ребенка – чай, с мятой и мелиссой. Взмахнула палочкой, чтобы призвать зачарованные предметы сервиза приступили к своей работе. Из заветного шкафа аккуратно вылетели успокаивающие и ароматные травы. Горячий и дымящийся чайничек медленно перелетал аккурат всех чашек. Все предметы для чаевничания поставились на столик на ножках. Чайничек элегантно разлил воду по чашкам, а успокаивающие травы уже раскидывали свой аромат вокруг лазарета. Сестра Чирей аккуратно при обняла девочку и пригласила выпить чая. Приговаривала о том что юной деве стоит успокоиться, что плакать столько – это тяжело для невинных глаз. Девочка лишь шмыгнув согласилась, и аккуратно взяла блюдце с чашкой. Аромат мелиссы в комбинации с мятой играл самые успокаивающие ноты. Девчушка наконец успокоилась. Выровнялась. И тихо попивала чай. Уже не плакала, не тараторила про себя. Лишь украдкой поглядывала на женщину. Та в свою очередь ждала Матильду. В Лазарете послышались шаги, они отдавались эхом, и в скоре появилось не большое красное свечение, а в месте с свечением появился и его обладатель. Парень. Обладатель зеленого цвета на форме. Сейчас он был не в мантии. Он был одет в рубашку и жилет. Брюки необычного кроя. Сам парень был эталоном фразы «с иголочки». Это был парнишка который часом ранее взбудоражил девушку. Сейчас он выглядел еще краше, чем она видела его в гостиной. Чем видела его в своей прошлой жизни. Сейчас не было зеленых мрачных тонов на его фоне. Парень выглядел расслабленно, и не ясно было разглядеть причину его похода в лазарет. - Добрый день! Сестра Чирей, как ваши дела? – на его лице играла не превзойденная улыбка, такая которой можно покорить сердце любой девушки или женщины. И хоть парень был и слеп, ему не мешало найти подход через мимику собственного тела и лица. Видимо он был достаточно популярен среди ровесниц. Девушка украдкой посматривала на гостя Лазарета. Он стоял ровной спиной. В руках аккуратно держал палочку, та же в свою очередь держала легкий но не менее мощный пульс красного огонька. Мигом девушка вспомнила, что это была не простая палочка, она была глазами Оминиса. Его слепота не была преградой для все того что было у зрячих. Отнюдь. Семья Мраксов подарила ему возможность видеть с помощью палочки. Это был по всему видимому - дорогой подарок. - Добрый день, Мистер Мракс. К чему вопросы? Что-то произошло ранее, из-за чего должен быть тут ученик? – поинтересовалась женщина, она убрала руки от девушки, и встала с койки. Сильно скрипучая кровать издала не приятный звук. Но никто не вздрогнул. Женщина подошла к столу и взяла формуляр, готовая записать нужные вещи. - Ох. Что вы. Нет. Я лишь сегодня утром заметил, что одной ученице плохо, по всему видимому. Ведь та была растеряна, а возможно и напугана. Она странно себя вела. Я бы хотел узнать не приходила ли она к вам? – Девушка вмиг поняла о ком идет речь. О ней. Но в голове застрял вопрос. Почему он не понял что в Лазарете она есть. Койка на которой она сидела не была прикрыта шторой. Но она была достаточно тихой, чтобы не привлечь ненужное внимание. И тут она поняла. Палочка парня имела очень маленький радиус восприятия. И она не показала её парню. Ведь он находился у входа. И если бы он прошелся бы дальше, то уже бы почувствовал её присутствие. Девушка взъёжилась в себя. Но так тихо, чтобы не привлечь внимание. И молила сестру Чирей промолчать о ней. - Хм, действительно странно. Но нет, Мистер Мракс. Ко мне не приходили ученики с такими проблемами. А пока если это все, прошу не задерживаться в лазарете. Мне нужно провести уборку. Хорошего вам дня. – буднично ответила сестра Чирей. Она ни капли не шелохнулась, сделала это так будто бы и девушки тут не было рядом. Она убрала формуляр обратно на стол. Взяла свою палочку, и дала команду уже вёдрам и с швабрами. – Ну что ж, если это все. Прошу не задерживаться. А если есть уже вопросы по поводу своего самочувствия, то говорите сразу. - Нету-нету. Благодарю за ответ. Всего вам хорошего. – и сиюминутно ретировался в сторону лестницы. Миссис Чирей простояла так недолго в недоумении, но быстро вернулась к девушке. Забежала глазками по внешнему виду девы и дала команду перу с пергаментом, выписать факты о ситуации с новой пациенткой. А юное расплаканное создание так и метало взгляд от чашки с чаем до женщины. В отражение напитка выглядывал силует, смутный, лицо не было возможности рассмотреть. Мозг юной девы вышибал взрослое сознание состоявшейся женщины. Наотрез отказываясь успокоится. Сердце билось с таким ритмом, что барабанщики не отбивали такие музыкальные звуки. Ноги дрожали будто бы та была в смертельной лихорадке. Но девочка не знала что с ней. Это был бой здравого смысла и юного сердца. Это был бой за переселение. Но той еще предстояло это понять. К вечеру того же дня, наконец удалось прийти в себя. Поговорить здраво. И узнать что делать. Матильда Уизли вместе с Диной Гекат решили обговорить попечительство над юным горем. Родители этой девочки не выходили на связь. Родственников та не помнила. И лишь с заключительным фактом Чирей стало ясно. Совсем юная Эмбер Аддерли получила Амнезию. Школьные одноклассницы сказали что девочка на кануне была странной, но за день до этого спокойно беседовала со всеми, и не показывала признаки невменяемости, или как либо себя травмировала. Что показывало, что именно по пробуждению та уже ничего не помнила. Матильда отправила сову в Министерство. О пропаже родителей девочки. О диагнозе. Коротко расписав общий анамнез. Уже вечером. В гостиной Слизерина Эмбер стояла около окна открывающего озеро изнутри. Холодный зеленый свет из окон гостиной создавал атмосферу мрачного места, но для большинства его обитателей это было их пристанищем. Местом где тишина играла основную роль. Большинство учеников слизерина не были какими-то любителями шума и веселухи. По крайней мере не в начале года. Эмбер смотрела на то как её сверстники играют в шахматы, обсуждали что делали на летних каникулах. А она сидела одна, в абсолютном одиночестве. Не показывая и виду о том что она за один день пережила. Пропажу родителей этого невинного тела. Амнезию, из-за которой она не могла и вспомнить и крупицу вчерашнего дня. Радовало лишь то, что мышечная память показывала отличные признаки управления палочкой. И оставалось лишь за несколько месяцев восстановить пропущенные годы в учебе. Эмбер не раскрыла никому о своей тайне. Страх просто напросто заморозил ей все попытки это провернуть. А здравый смысл говорил лишь о том, что надо самой выкрутится. И быть может все будет хорошо. В спальне у Эмбер крутились мысли лишь о том, что она такого сделала, что смогла оказаться тут. За что некое незримое существо - отправило её сюда. Каковы мотивы существования остатка прошлого сознания, в этом теле. Эти вопросы мучали девушку пол ночи. Но к утру она крепко уснула. Кошмары не мучали. Но была другая проблема. Сон переворачивался в настоящую реальность её прошлой жизни. Где та была ни кем ни иной как Аврелией Лацис. Это имя судачило там, было на ушах и слуху у каждого человека из её работы. Уже не было тела. Остались лишь криминалисты. Сердитые мужчины в специальной одежде прочесывали периметр в поиске улик. На улице была знойная зимняя пурга. И всюду было сметено. А речка в которой нашли тело, уже давно смыла все что было. А её облик стоял на мосту. Она смотрела на все происходящее. На то что перед ней говорили о том, что напиться до такого еще надо было умудриться. - Пх. Как будто вы не бухали на праздниках. Ах да, забыла, вы ведь кувыркались в уборной. Еще и меня осуждаете. Пф. Да на моём молчание держался весь коллектив. – гневалась женщина. Ей было противно от такого отношения о ней, даже после смерти. – А ведь я могла растрепать вашим женам и мужьями. А теперь. Теперь стою тут. Еще и с вашими то секретами осталась в могиле. – Было больно стоять в одиночестве. Умерла то умерла. А что делать уже не знаешь. Это лишь сон. В реальности наверно и то хуже. Тяжелый груз боли ходил за Аврелией. Не повезло у юности. Не получилось в молодости. И умерла в зрелом возрасте. Ничего от жизни не искусила. Лишь обжигалась постоянно. Всегда была лишь второстепенным инструментом в руках людей. От такого количества негативной энергии – стало дурно. В районе сердца, что давно не билось, защемило. Да так что ноги стали не слушаться. Тело само упало. До дрожи было больно. Пошевелится не получалось. И вместе с бешеным количеством боли появился тяжелый сердечный импульс. Но каждым таким импульсом становилось легче. Пробуждение произошло слишком быстро. Подскочив с кровати, и став себя прощупывать за все возможные конечности. Но главное, задержав свою руку на сердце, почувствовался бешеный ритм. Сердце колотилось. Будто собиралось выскочить. Сразу стало понятно. Она чувствует тяжелую тахикардию. Вернув внимание на спальню. Девушка заметила что даже из-за её резкого подрыва, все остальные девочки спали. Даже не шелохнувшись. Наконец взглянув на часы стало ясно. Было три часа ночи. Все нормальные люди уже давно смотрели десятый сон. Вернутся в прежнее состояние, было тяжело. Попробовать уснуть тем более. В комнате было настолько тихо. Никто не шумел , не храпел. Лишь тихо посапывал. Соседки у Эмбер были весьма приятными девушками. Вчера они её не донимали. Им хватило лишь того что Эмбер была с виду не в настроении на диалог. В гостиной было тихо. Кто-то был наверху, возле дверей к семикурстникам, даже от лестницы в гостинную это было слышно, ели разборчивые обсуждения. Все голоса отдавали легким эхом, а приятная тишина отдавала по комнате с окнами. Потрескивающие свечи что горели возможно и не разу не догорая. Умиротворение накатило постепенно. Только когда Эмбер подошла к окнам. Выбрав окно с креслом, и удобно расположившись в нем. Нужно было прийти в себя, чтобы с холодной головой поразмыслить, что именно ей снилось. Потирая виски. В голове лишь были мысли о том что в её прошлой жизни. Как живут приятели. Близкие, которых итак у неё было мало. Девушка сидела у окна достаточно долго чтобы не расслышать звуки рядом. Кресло было повернуто в сторону окон. Чьи-то шаги и бурный мат были хорошо слышны, даже при том факте, что это был шепот. Но мысли в голове были шумнее всего производящего за её спиной. Ход её шумных размышлений прервал лишь шикающий звук. - Кто тебя вообще просил помогать новенькой. Вот скажи тебе не чем заняться. – шикал один голос. Ядовито брызгая свое недовольство. - Да не злись ты. Девчонка прикольная. И что-то у ней есть. По ней сразу видно, что она не простая. - ухмылялся второй голос. Эмбер не обратила на это должное внимание, просто засчитала чей-то диалог у себя. Возможно в будущем это может пригодится. Но сейчас на это не было времени и сил. В голову девушки лезли мысли с вопросами к себе, к тому что ей завтра делать, и как постараться выучить весь материал четырёх курсов, за короткий промежуток. Встревал и страх, как пользоваться той же палочкой. Что делать на уроках, как объяснить всем учителям что за лето из этой головы ни только весь школьный материал пропал, но и вся память решила ретироваться в месте со всем. А на голову пятнадцатилетнего тела давило сознание тридцатилетней тетки. Первым острым вопросом врезало то что нужно сделать дневник с заметками из прошлой жизни, еще создать дневник в котором будет вся хронология что было во вселеной в которую она попала. Вторым вопросом оказалась история уже тела. Родители Эмбер пропали, не выходят на связь. Кто они и кем работают - ей было не известно. Встрял вопрос выживания вне школы, куда ей деваться на каникулах, если конечно родители не найдутся к тому времени. Третий вопрос еще был не придуман. На сонную голову свежие мысли не шли. В гостиной резко стало тихо, и только тикание часов показывало что пора идти в спальню. Хотя бы отлежаться, а ещё лучше отоспаться. Только она хотела развернуться и встать, как услышала шаги, и шли те в сторону мужских спален, это было хорошо разобрать по четким характерным стукам по металу. Метнув тихо в сторону шторы которую распустили, и скрылась в тени. Там где её ещё рассмотреть надо чтобы увидеть. Она стояла так чтобы можно было расслышать что говорили, и при этом не выдать себя с потрохами. - Себастьян, это просто идиотизм чистой воды. Тебе не жалко девчонку, хотя бы то что она только пришла сюда. А тут уже ты, ряженый заряженный. Как павлин раздутый. – простонал мужской тихий голос. Довольно знакомый, но вспомнить кто это был – тяжело. - Ой да что такого. Я просто хочу подружиться с новенькой, чего ты раздуваешь из этого проблему. Мне нельзя уже находить друзей? – Себастьян отбивался от нападок второго голоса. - Ага конечно. Верю верю. Что при великий и столь великодушный Себастьян Селллоу. – брызгал ядовито голос, сарказм был ощутим даже через тон речи. Голоса и дальше что-то между собой обсудили, но внимание Эмбер было захвачено на выходе из женского крыла. Новенькая. Имени её было не известно, все кличали девушку « гроза троллей ». Ведь та расправилась с троллем в хогсмиде. Слухи расползлись по гостиной быстро и скандально. Кто-то эмоционально обсуждал и осуждал за немыслемый героизм. Кто-то восхищался за спасение Хогсмида. Сюжет игры шел по плану. Память не подводила. Значит она с Себастьяном проберутся в библиотеку. Нужно что-то придумать, дабы те не попали в неприятности. И Сэллоу не попал под горячую руку библиотекаря. Слишком много мыслительных процессов. Голова гудела от перенапряжения. В виски ударил сильный пульс. Собственный организм человека уже сдавал позиции. В глазах немного поплыло. Хотелось упасть, но выдать себя нельзя было, пришлось каплю за каплей опускаться на колени. Медленно и с трудом получилось присесть. Холодный пол немного помог остыть. Тело будто бы горело, дыхание не сбивалось, и пульс по ощущениям был чист. Жар обуздал все тело под свои чары. Холодная гостиная что минутами ранее казалась самым холодным и невзрачным местом вмиг почудилась горячим песком с летнего пляжа. Тело не пыталось остудиться. Пришлось около пары минут сидеть в одном скрючившимся положении, чтобы хотя прийти в себя. Медленно и кое как сквозь помутнение в глазах, корячилась девушка до спальни. На собственное удивление никто её не встретил. Это немного дало мысли на минутное расслабление. В спальне были тихо, и лишь не громкие вздохи говорили что соседки давно в глубоком сне и считают овечек. Холодная кровать встретил свою хозяйку. Мягкая подушка лежала в самом нужном положении. Так и уснула она в позе эмбриона. Утро выдалось несказанно тихо, никто не лез к девушке, расспросов и сплетен не наблюдалось. Все перешукивались о новенькой. Все таки сплетни даже в эти времена разлетались как молния – быстро и стремительно. Новенькую кличали - грозой троллей. Та видимо была и не против. С радостью со всеми обсуждала, поведала что не одна она тролля одолела, ей помог Себастьян. Были и сплетни о том что они уже встречаться начали. Ведь Селлоу оказывается был заветным желанием каждой девушки. Шатен с росыпью веснушек на лице и шеи, и моська сама по себе была весьма симпатичной. Популярный, красивый. Играет в квиддич. Коротко говоря по всем параметрам ловелас. Но для попаданки в теле Эмбер, это было не сильно интересно. Все таки сознание тридцатилетней тетки было разумнее чем девичье сердце. А оно видимо что-то да и имело к Селлоу. Эмбер сидела в гордом одиночестве. Не было смысла искать сейчас дружбу. Она знала, её загрузят тонной книг - для восполнения потеряно школьного материала, дополнительных занятий – чтобы быстрее вернуться к программе её курса, и килотонной практики. Это не в коем случае не пугало, даже наоборот. Учиться в заведение твоих детских фантазий, было сказкой для маленькой Аврелии. В детстве она много читала сказок о волшебниках и волшебницах. Страха как будто и не существовало никогда. Лишь горящая искра мотивации. Вопрос о учебе встал в первую очередь. Девушка это поняла сразу, и Матильда сделала ей немного другой график от обычного, для учебы. Чтобы ей было уделено больше времени на восполнение материала. Отработку заклинаний и прочего. А касаемо личной жизни – пока не было информации. Матильда слишком быстро притихла на этой теме, и пыталась перескочить. Видимо боялась что тема щепетильная для девушки. - Прости дорогая.. Я понимаю что тебе не вспомнить сейчас о своих родителях. Но я постараюсь узнать где твои родители.. – скорбно и с тоской говорила женщина. Весь вид который говорил о том, что ей тяжело поднимать эту тему вообще. Первые дни проходили хорошо. Трудности мелькали, тяжело давалось Зельеварение, и прорицание. О нумерологии без слез не рассказать. Тяжело было именно с этими предметами. На уроке Зельеварения Эмбер достался стол при взгляде казалось, что на него выкинули гранату и та разгромила все что можно и нельзя. Кучи пятен, что-то вонючее и склизкое у котла, веник трав что давно высохли и стали похожи на заправку для чая. Все это было больно глазу. Профессор Шарп лишь хмыкнул и похромал к учительскому столу. - Итак дети. За лето ваши несчастные черепные коробы несомненно по выкидывали весь важный материал, что мы учили за весь прошлый год. – выдохнул мужчина прикрывая глаза, и сжал пальцами переносицу. – сегодня мы повторим материал для всех. Не думайте что вы особенные, и только для вас я сделал такой урок. Кхм кхм. Этот семестр начнём с повторения. Рябиновый отвар. Итак, мистер Шумбсли? – мужчина мигом подвернулся к Гриффиндорцу, который перешептывался с соседом. Кучерявый парнишка мигом встал солдатиком. - Да профессор Шарп? - встревожено поговорил тот. Мужчина выдохнул и сел за кресло. Теперь его было тяжело увидеть за кипой книг, но по всему видимому он хорошо слышал. - Повторите мне мистер Шумбсли, для чего нужен рябиновый отвар. – чуть сердито ответил мужчина. - А. Ой. – Люкан немного потупил в потолок. – Ну вообще он хорошо помогает от ран, ссадин. Иногда даже при сильных ушибах и растяжения. Проще говоря он заживляет или еще проще – лечит. – чуть ли не молниеносно произнес парень. За ходом его речи было тяжело привыкнуть. - Верно мистер шумбсли. Рябиновый отвар – может исцелить некоторые раны, но далеко не все, далеко. – уходя в себя сказал мужчина. Его речь уходила в немного в себя. Последние слова у него ушли про себя видимо. – Гриффиндор получает очки. – Профессор достал из сундучка зеленую склянку с тонким горлом, и чуть выпуклым дном. Зелёная жидкость выглядела как Тархун. Первое что пришло в голову Эмбер. Все таки призраки прошлого преследовали. Но весьма уморительные. - К концу занятия жду у каждого на столах по Рябиновому отвару. Сваренный вами вручную. Все же никогда не знаешь когда он может пригодится. Приступайте. – Урок проходил мучительно. Ингредиенты были. И все хорошего качества. Но из-за состояния и запах стола, это тяжело шло. В нос ударял не самый благоприятный запах. - бедняжка Эм, работаются за столом Гарретта. Он ещё его и не прибрал, балбес Уизли. – кто-то перешептывался. - Мерлин, ну и склизкий же сок мурлокомля. Меня сейчас стошнит. – говорил брезгающий девчачий голосок. - Прекрати ныть Молли. – ответил напряженный голос. Урок ещё дольше тянулся. Но к концу почти все успешно сделали рябиновый отвар. У кого-то конечно он был мутнее, у кого-то вообще водянистый. У Эмбер же он был черезчур похож на напиток из прошлого. От этого так невольно рассмеялась про себя. - Старайтесь мисс Аддерли. В прошлом году вас было не оттащить от моих уроков. Тоже потеряли сноровку. Пока что такой отвар я не могу принять. Можете вечером по практиковаться, но думаю это мало чем поможет, верно? – без издевки сказал профессор. - Буду стараться, но обещать не вижу смысла. Простите профессор. – Не поднимая головы сказала Эмбер. Вообще если бы не то что она была в подростковом теле. То вне всякого сомнения приударила за Шарпом. Но теперь она не Аврелия, а Эмбер. И не тридцатилетняя тетка, а молодая юная дева. Жизнь у которой еще впереди. Интересно, он вообще занятой или холост. Эх а мужчинка то ничего такой. Еще и бывший мракоборец. Мечта а не мужчина. Кокетливые мысли немного расслабили сознание, но не выветрили все напряжение Прорицание прошло ещё куда лучше. Профессор Оннай видимо увидела что-то в своем шаре. Ведь весь урок стояла возле девушки, и наглядно вместе с ней показывала что может быть в чашке. И как правильно определить что судьба готовит для человека. Но в самой чашке ученицы не смогла определить. - К соображению мне не понятно почему гуща такая.. хм как бы сказать, не ясная. Видимо ваша судьба очень интересная вещь. Она меняется не по дням а по часам. – прокачивая головой удивлялась женщина. Так прошли пары дней. По немногу но привыкнуть получалось. Единственное Эмбер постоянно по десять раз бегала к кабинету Уизли, и переспрашивала куда и как ей идти. Иногда забегала к Гекат, но та видимо успешно от Эмбер пряталась. Или была в кабинете. На далеко от кабинета ЗОТИ или просто на просто у картины горящей ведьмы, Эмбер услышала увлекательную новость. Сэллоу с новенькой обсудили план прохода в библиотеку. Где и во сколько встречаться. Ловелас на Сэллоу даже не старался держать в себе силы не подкатывать. Но получалось откровенно хреново. Так вот как выглядят такие отношения между школотой. Мдам. Спасибо боженьке что приберег меня, и я не видела к себе такого отношения. Сидя на диване подслушивала Эмбер. Рядом с ней играли инструменты, но музыка ей совершенно не нравилась. Была она старой и не притягательной. Чтобы себя не раскрыть, девушка сидела держа фолиант. Будто бы проверяла материал. Взвесив все за и против, она решила что ночью будет пробовать им помешать. На новенькую ей не было дела. Она даже не знала имени этой Слизеринки. На тех кого не знаешь легче было забить. Вот Эмбер и забила на менее важного ей человека. Но Селлоу, он другое дело. Еще в прошлой жизни, когда Аврелия жила свою жизнь, изучала этот мир через игру. Она видела Себастьяна как несчастного ребенка, сорви голову, но ребенка. Мальчика потерявшего свою сестру, родителей. Который готов был себя не жалеть взамен на жизнь сестры. Аврелия прониклась к мальчику. И хоть сейчас перед её взором был не мальчик с игры, а молодой парень. Она все равно была не равнодушна к его истории. Вечером того же дня Эмбер сидела в гостиной, изучала недавно прошедший учебный материал. Лекцию профессора Онай. Уроки этой женщины ей симпатизировали. Как никак женщины из прошлой жизни Аврелии изучали таро, расклады и материцы. Все это было слабо интересно Аврелии. Но горячо интересовали Эмбер. Новую Эмбер. Ведь здесь это все было более реально чем там. Тут раскрывали всю подноготную астролгии. И даже лучше. В гостиной было людно. Ужин давно прошел. И все сидели в гостиной, обсуждали свежие сплетни. Новенькая снова себя показала с превосходим стороны. Прошла первый отбор в «Скрещенных Палочках». Как сказали первокурсники «надрала им задницы». Новенький была просто звездой каждый сплетни. Вечер прошёл увлекательно, все что нужно для завтрашнего дня – было закреплено. Дневник для записей найден, и успешно переписан на родном языке. Чтобы никто не прочёл его. Для пущей эффективности в текстах был использован современный сленг, и не очень понятный почерк. Дети этого времени писали достаточно грамотно. В частности обладатели языка с дневника – точно. Так что переживать за рассекречивание – не было смысла. Вечер быстро перешел в комендантский час, но обитатели гостиной еще долго не уходили. И только к часу ночи все разбежались по спальням. Эмбер же прижалась в укромном углу, чтобы её не рассекретили. В гостиной неожиданно стало тихо, не было не шепота, не стука туфлей. Лишь догорание свечей и бульканье с окон. Еще днем тут кипела жизнь, играли в шахматы, обсуждали квиддич, и диалоги обо всем. Тишина гостиной не давила, лишь убаюкивала. Эмбер помнила что через считание минуты вылезет Себастьян, и его новая приятельница. Она прекрасно помнила что должно произойти, и хотела попробовать что-то да изменить. Не желая больше ждать та аккуратно выглянула из укрытия. И её взору открылась ещё не виданный момент. Старосты. Ученики державшие порядок внутри факультетов. Следящие за комендантским часом. Дети в школьной форме но с выраженым отличием – колпаком. Это было что-то типо красной повязки из прошлой жизни. Показатель дежурства. Сиюминутно вернув себе хоть каплю самосохранения, и зашугалась в угол. Попробовать смыться не получится. Девушка не знала элементарных простейших чар, а о дезиллюминационных чарах и речи не шло. Она только знала какая форма гущи в чаше должна быть для счастливой жизни. Пришлось ловить момент. Пока старосты зевали в сторону лестниц, Эмбер уже выбежала к женскому крылу. Тапочки были сняты, чтобы не привлечь лишнего шума. Было немного волнительно, но благо в гостиной было достаточно темно, и это спасло. В комнату тихонечко прошла, лишний раз не шумя. Залезла в одеяло. Мысли шли ходуном, мешая уснуть. И время как назло шло дольше. Будто бы говоря – Беги и делай – Мозг кричал об обратном, как это провернуть чтобы не попасть под руку старост, и не напороться на Пивза. Вопрос мигом прошиб ответом. Если признак веселья обитает сейчас в окрестных библиотеки то девушку он не обнаружит, значит надо подпортить момент новенькой и Селлоу. Тогда они не пойдут в запретную секцию, а значит не попадут в неприятности, и новенькая не откроет еще одну проблему для себя. Эмбер считала что подросткам не нужны лишние проблемы на голову. Это были сзади взрослые вещи, а шестнадцатилетней девочке это прибавит ещё лишних проблем, по мимо учебы с которой Эмбер тоже столкнулась. Пришлось быстро вытащить ларец. В маленьком сундучке лежал наряд для выхода, видимо с помощью магии он был зачарован как сумочка одной девочки. Минута расслабления, и легкого дежавю. Хех. Вдох выдох и собралась. Кое как в темноте надела на себя наряд. Это было что-то текстурное, рубашка сразу на вешалке, видимо заранее приготовили для прошлой Эмбер. Брюки с высокой посадкой, и ремень. Который был сильно не нужен, в введу лишенного шума и брякания. На тумбе взяла резинку и сделала высокий хвост. Весь маршрут до библиотеки прошел как в бреду. Эмбер стояла возле лестницы. Наблюдала над сценой общения между Сэллоу и Элизабетт. Имя новенькой прозвучало с слов Себастьяна, когда тот мимо проходя проговаривал. Пытаясь придумать диалог. Сам парень выглядел паршиво, видимо что-то у него произошло. Внешне он был в черной блузе с черными брюками. Волосы взъерошены а сам вид говорил. « я сбежал в попыхах ». Элизабетт на удивление была в приподнятом настроение. С горящими глазами рвалась действовать. Селлоу ей показал палочкой как колдовать дезиллюминационные чары. На что девушка быстро схватывала, и за четыри пробные попытки быстро и успешно стала невидимкой. Эмбер подглядывающая из угла смотрела на все это с нескрываемым восхищением и желанием учится тоже. Но для себя запомнила это на память. Прокручивая на пальце для детального оформления. - Вот это из меня успешный учитель. – хвастался шепотом Сэллоу. На что Элизабетт засмущалась от этого. - Или я просто быстро схватывающий ученик. – прикрывая рот и сдерживая легкий смех сказала Элизабетт. Ребята уже сбежали и судя по разбившемся предмету, успешно. Ведь кучка старост скучковались над разбившимся предметом. Вид сверху это хорошо показывался. Колпакоголовые стояли над вазой, и между собой проклинали полтергейста. - Опять проделки этого полтергейта – К чуду Эмбер была необычно сильной волшебницой, и хорошо управлялась безпалочковой магией. Узнала она об этом когда пальчиком проводила по воздуху. Чары успешно сработали со второй попытки. - ух ты ж блин. – придерживая рот рукой прошептала та. Не желая ждать и минуты. Та выбежала на корточках до библиотеки. Мимо старосты пуффендуя Эмбер проскочила за считаные секунды. Тот залип на картинк парня который играл на инструменте. Бедняга чуть ли не засыпал под приятную игру. Пройти стоило через правую дверь. Ведь ребята уже зашли в левую. Эмбер хорошо помнила где был ключ от запретной секции. Забежав в библиотеку девушка сразу заскочила за стол библиотекаря, и женщина даже не обратила на девушку внимания. Ключ лежал на столе, на самом видном месте. Захватив ключ и успешно сбежав к углу левых рядов книжных полок. Наконец расслабилась. - Просто зачем мне это надо было делать, дура, дура дура. – шепотом почти не слышимым взмолила про себя. Чары постепенно спали, и что делать дальше на ум не приходило. В библиотеке было тихо, пахло пергаментом, и воском. Картинные обитатели тихо посапывали. Запах книг въелся в каждый уголок этого места. Тут было восхитительно. Внезапно откуда-то произошел взрыв. От страха Эмбер чуть ли не пискнула. Слишком неожиданно. Тут же Пергам выбежала мимо стеллажей, ища причину звука. Ждать пришлось долго, еще и наглые подростки приступили к поиску ключа. Но исходя из пары взрывов подряд, и того что. Сам Селлоу уже искал злополучный ключ. Но он уже лежал в руке Эмбер. Которая скрылась уже под чарами в углу своего укрытия. Заметить её было трудно и это спасало. Через двадцать минут ребята сдались. А Пергам ушла в неизвестное направление, и хихикала читая видимо книгу. Женщина что-то говорила но внять было трудно и мало интересно. Селлоу и Элизабетт недавно ушли. И судя по извинениям сквозь шепот – безуспешно. Маленькая шалость удалась.