Премиум-руководство Кевина Дэя по выигрышу в День святого Валентина

— Какие планы на эту субботу? — В субботу, — Кевин отрывается от своего эссе и хмурит брови, размышляя. — Ну, Нил сказал, что они с Эндрю уезжают на выходные, так что, мы всё ещё собираемся в Колумбию? — Ники хочет подняться наверх, чтобы позвонить Эрику. Если мы останемся, у тебя будет пустое общежитие. — Будет, — Кевин хватает Аарона за ногу и сжимает. Аарон пинает его по голени. — Но у меня есть планы. Если у тебя их нет. — Какие планы? Аарон медленно моргает. Сердце Кевина учащает ритм. Черт. Что он забыл? Это его месяц рождения, но до дня рождения ещё больше недели. До их годовщины ещё далеко. Однако по бесстрастному выражению лица Аарона он понимает, что тот ждет от него каких-то слов. — Сегодня День святого Валентина, — наконец произносит Аарон голосом, тщательно лишенным эмоций. Черт. — Точно. Да. Это в феврале. Аарон закатывает глаза так сильно, что они вот-вот закатятся у него в голове. Он вздыхает. Качает головой. Возвращается к подчеркиванию заметок. — Мы ничего не должны делать, но у меня есть планы. Если хочешь, я могу... — Я хочу, — разве не в этом проблема Кевина? Он всегда чего-то хочет. Иногда даже больше, чем заслуживает. Он не всегда умеет отдавать. Он старается исправиться. Он не ожидал, что Аарон будет таким щедрым в отношениях, хотя, наверное, если бы он обратил внимание на то, как Аарон относился к Кейтлин, это было бы очевидно. Несмотря на внешнюю невозмутимость, Аарон любит без остатка. Кевин тоже так не думает, просто он не привык, чтобы эта любовь была направлена на человека. Он любит экси. Он любит историю. Он думал, что этого достаточно. Ему нравились люди, он заботился о них, они его привлекали. Возможно, в какой-то подавленной, заторможенной форме он их любил, но Гнездо было не тем местом, где могли бы расцвести подобные чувства. Вся энергия Кевина была направлена на игру и выживание, которые часто шли рука об руку. Все остальное было ненужным фоновым шумом. Все остальное было связано с вынужденной динамикой и зависимостью. Ему постоянно кажется, что он заново учится быть человеком. Он не умеет делать многое из того, что умеют другие. Даже то, что воспринимается как нечто естественное, инстинктивное, например чувства. Он не уверен, что это любовь, и чувствует ли он её правильно. Он знает, что хочет быть рядом с Аароном. Что с ним он чувствует себя счастливым и в безопасности. Что ему хочется прикасаться к нему, целовать его и доставлять ему удовольствие. Что он определенно хочет, чтобы Аарон уделял ему внимание. Чтобы его баловали и лелеяли. Он точно знает, что хочет, чтобы их будущее было неразрывно связано. Но не в том старом смысле, который вкладывали в партнерство. Не потому, что они должны, потому что не могут существовать друг без друга, а потому, что хотят этого, потому что им лучше быть вместе. Он знает, что хочет быть рядом с Аароном даже в его худшие дни, и что тот ему нравится, даже когда у него плохое настроение или он плохо играет на тренировке. Иногда он делает это нарочно, потому что злится на Кевина. Разве это не любовь? — Ладно, — Аарон возвращается к работе, а Кевин гадает, что же он задумал. Если у Аарона уже есть планы, значит ли это, что Кевин тоже должен что-то планировать? Конечно, нет. Их планы могут пересечься. — Мы… Обменяемся подарками? Аарон хмурится. Недовольно. Кевин сам роет себе яму, но он никогда раньше не отмечал День святого Валентина. — Ты не обязан мне ничего дарить, но мне нужна твоя машина. Для моих планов. — Конечно. Хотя ты мог бы... — Не покупай мне машину, — Аарон наконец поднимает глаза и прищуривается. — Я серьезно, Кевин. Кевин вздыхает. Он откидывается на спинку стула. Он не понимает, почему Аарон так настаивает на этом. Он постоянно жалуется, что у него нет собственного транспорта, но отказывается от предложения Кевина купить ему машину. Он несколько месяцев не брал запасной ключ у Кевина, хотя сам почти всегда за рулем. В конце концов Кевин продал свою машину, которой пользовался в Гнезде, за руль которой так и не смог заставить себя сесть после отъезда, и купил другую. Кевин обнаружил, что ему не очень нравится водить машину. Он привык, что его повсюду возят на такси. К счастью, Аарон любит водить, так что Кевин большую часть времени сохраняет за собой привилегию быть пассажиркой. — Никаких машин. Ладно, — Кевин подается вперед, положив руки на стол. — Что-нибудь другое? — Мне ничего не нужно, — Аарон снова погружается в чтение. Кевин подпирает подбородок рукой, а другой тянется через стол, чтобы схватить Аарона за запястье. Из-под светлых ресниц Аарона на него бросают равнодушный взгляд. — Но может, ты чего-нибудь хочешь? — Я сказал, что ты не обязан мне ничего, — Аарон вырывает руку из хватки Кевина. — Просто приди. Убрав руку со стола, Кевин со вздохом выпрямляется. Он возвращается к своему эссе, но мысли его заняты Днем святого Валентина. Аарон всегда пренебрежительно относится к попыткам привлечь его внимание. Как будто он станет обузой, если у него вообще появится такое желание. Это раздражает. Кевин хочет, чтобы он был счастлив, и у него есть возможность его побаловать, но Аарона это не интересует. И все же. Кевин чувствует, что будет нехорошо, если Аарон сделает для него что-то приятное, а он ничего не сделает взамен, даже если Аарон именно это и предлагает. Иногда люди не имеют в виду то, что говорят. Это ещё один урок, который усвоил Кевин. Ему просто придется что-нибудь подарить Аарону. * Так Кевин оказывается в переполненном сезонными товарами отделе Target. Всё вокруг розовое и красное. Цветы, сердечки и целая армия плюшевых игрушек. Кевин чувствует себя не в своей тарелке, стоя в центре этого хаоса и совершенно не представляя, с чего начать. Надо было взять с собой кого-нибудь. Сначала он подумал, что Аарон знает, что делать, но, очевидно, это уже неактуально. Может, Ники знает. Но как неловко признаться двоюродному брату своего парня, что ты не знаешь, что подарить ему на День святого Валентина. Кевин плох в этом. Он плохой бойфренд. Их отношения должны быть симбиотическими, как у ржанок и крокодилов. Он узнал об этом из документального фильма о природе, который они с Аароном смотрели несколько недель назад. Египетская ржанка подбирает с зубов крокодила кусочки разлагающегося мяса. Птица ест, а крокодил получает бесплатную стоматологическую помощь. Взаимная выгода. Такими и должны быть отношения, но Кевин — паразит. Он только берет и ничего не дает взамен. Например, паразитические равноногие ракообразные, которые заменяют рыбам язык. Фу. Ладно. Может, он не так уж плох. Он точно не хочет стать «языковым паразитом», так что ему нужно все сделать правильно. Кевин терпеть не может, когда у него что-то не получается, но, к сожалению, не так много вещей сопровождаются четкими инструкциями. Ему просто приходится действовать наугад в надежде, что он все сделает правильно. Иногда он задается вопросом, каким бы он был, если бы не Гнездо. Если бы жизнь казалась ему проще. Если бы он не чувствовал себя самозванцем среди других людей, как будто все остальные получили какое-то секретное руководство, а у Кевина его не было. Те немногие навыки общения, которые сохранились в его памяти с тех пор, как умерла его мать, ему не помогают, ведь Америка так сильно отличается от той Ирландии, которую он помнит. Смутными, туманными воспоминаниями. Внезапная волна горя захлестывает Кевина, шокируя своей силой. Он редко испытывает такие острые чувства. Время и расстояние сгладили острые углы, но время от времени боль пронзает его, как свежая рана, словно она умерла только вчера. Добсон как-то предположила, что, возможно, у Кевина не было возможности должным образом пережить её смерть, учитывая всё, что произошло сразу после неё. Кевин отверг эту идею. Конечно, он пережил её смерть. А как иначе? Когда его накрывают эти внезапные волны, и он чувствует себя так, будто тонет, он задается вопросом, не в этом ли вся правда. Кевин поднимает глаза. Он часто моргает. Мало того, что он барахтается в куче подарков ко Дню святого Валентина, так ещё и явно один из тех забывчивых партнеров, которые в последнюю минуту в панике прибегают в магазин, — он не позволит себе расплакаться здесь. Кевин делает несколько глубоких вдохов, и напряжение постепенно спадает. Волны горя отступают от берега. В груди всё ещё ноет, и эта боль, скорее всего, не пройдет до конца дня, но, по крайней мере, он снова может дышать. Кевин подходит ближе к полкам. На него смотрят бусинки чёрных глаз слишком многих плюшевых мишек. Среди них есть плюшевая выдра, которая лежит на спине, положив на свой толстый живот красное сердце. Кевин тычет пальцем в это самое сердце. Он отстраненно размышляет, дарил ли Ваймак Кейли что-то подобное или их отношения были другими. Может быть, они не делали друг другу милых подарков. Он не помнит, чтобы она упоминала День святого Валентина. Возможно, как и Кевин, она даже не помнила об этом. Для него февраль всегда ассоциировался с Масленицей и его днём рождения. Кейли любила шутить, что день рождения Кевина — её любимый праздник. — Если сегодня выходной, почему я всё равно должен идти в школу? — Он помнит, как сказал это однажды. Маленький, с хмурым лицом. Уперев руки в бока. Ему приходилось запрокидывать голову, чтобы смотреть на неё. Неужели это было на самом деле? Кевин никогда не был уверен, реальны его воспоминания или нет. Он долго их не вспоминал. Было слишком больно. Безопаснее не думать о том, что было до Эвермора. Когда он пытается что-то вспомнить, ему кажется, что он достает с чердака пыльные фотографии. Потрескавшиеся и выцветшие. Он никогда не может быть до конца уверен, что это не ложные воспоминания. Кевин вдруг отчаянно надеется, что в жизни Кейли были хорошие дни, когда она отмечала День святого Валентина. Что кто-то подарил ей дурацкую игрушку и приторно-сладкий шоколад. Что она чувствовала, что её ценят. Что ей нравилось быть рядом с этими людьми. Эти мысли возвращают его к Аарону, и Кевин вспоминает о том, что ему нужно сделать. Его мать заслуживала того, чтобы её ценили. И его Аарон тоже. Возможно, Кевину это не дано от природы, но он попытается. Он бродит по торговому залу, критически оценивая ассортимент. Поначалу он понятия не имеет, что может понравиться Аарону, пока не натыкается на рожок с мороженым. Там только один вкус. Шоколадное с мятой. Любимое мороженое Аарона. Как и на многих игрушках, на рожке нарисовано жутковатое улыбающееся лицо. Кевин считает, что это лишнее. Он смотрит в маленькие черные глазки. На верхней части рожка напечатаны слова: mint to be. Кевин вздыхает. Он вспоминает запах Аарона. Прохладный, резкий и чистый. Шампунь с маслом чайного дерева и гель для душа с мятой. Идеально. После этого Кевин находит не одну и не две, а три разных плюшевых лисички. Одна скорее рыжая, чем оранжевая. Кевину нравится этот цвет. Он проводит пальцем по голове лисички, наслаждаясь мягкостью меха. Лиса прижимает к груди большое розовое сердце. Кевину не нравится эта деталь. Форма сердца не совсем правильная. Нижняя часть слишком округлая. Из-за того, как она обхватила его руками, они кажутся слишком длинными. Это не его выигрышная лиса. Ему нравится форма второго лисёнка. Круглое тельце и круглая головка, пухлый малыш. Он напоминает Кевину Аарона. Такой же мягкий и пухлый. Кевин замирает, осознав, что приписывает пол гребаным игрушкам. Он здесь всего десять минут, а уже сходит с ума. Он держит сердечко с надписью FOXY. Кевину это кажется безвкусным. Если бы это была просто лиса или даже если бы лиса просто держала в лапах обычное сердце, она могла бы стать победительницей. Но в итоге Кевин достает лису номер три. Эта лиса невероятно мягкая и пушистая. Ни одна из них не похожа на настоящую лису, но эта, пожалуй, ближе всего к оригиналу. Мягкий, бледно-оранжевый мех с бежевыми деталями. Большие уши, массивные лапы, такие же черные глаза-бусинки и пушистый хвост. Единственное, что выдает в этой лисе плюшевую игрушку ко Дню святого Валентина, — розовая повязка на голове. Между ушей торчат два сердечка с xo на каждом. Тем не менее Кевин считает, что лиса будет забавной, и, может быть, через несколько лет она станет приятным напоминанием об их времени, проведенном в Пальметто. Он улыбается при мысли об этом. О доме, который они делят с Аароном. Эта лиса, спрятанная где-то на дальней полке, в обычное время останется незамеченной, но когда они все-таки обратят на неё внимание, то улыбнутся и вспомнят свой первый совместный День святого Валентина. Точно. Двух плюшевых игрушек, наверное, будет достаточно, учитывая, что Кевин никогда не видел у Аарона других. Он засовывает их под мышку, собираясь купить конфет, но, проходя мимо, замечает ещё одну игрушку, которая слишком хороша, чтобы её не взять. Это сердце. Да, таких много, но это более анатомически правильное. Не совсем, уверен Кевин. Особенно если учесть жуткое улыбающееся лицо, чем-то напоминающее рожок для мороженого. Что это вообще такое? Почему все должно улыбаться? Но из верхней части торчат вены и артерии. Кевин думает, что Аарону это понравится. Кевин смотрит на две уже имеющиеся у него игрушки. Он задумывается, не оставить ли ему кого-нибудь из них. Нет, решает он, но в таком случае ему понадобится корзина. * Вернувшись в начало магазина, чтобы взять корзину, Кевин наполняет её половиной ассортимента конфет и шоколада из отдела ко Дню святого Валентина. Как бы ему ни претила мысль о том, что Аарон съест весь этот сахар, он знает, что сладости — традиционный подарок. По крайней мере, Аарон не объедается, как Эндрю. Он тоже любит сладкое, но не так сильно. Он старается не есть много сладкого, часто использует его как мотивацию и награду за учебу или выполнение домашних заданий. Кевин считает, что его не нужно мотивировать, как собаку, но, когда он говорит об этом, его тон становится более агрессивным. Аарон предпочитает шоколад, поэтому Кевин кладет его побольше, но все равно добавляет несколько тематических конфет. Он берет шоколадные конфеты Hershey’s Kisses, конфеты Reese’s в форме сердечек, конфеты Starburst в форме сердечек, шоколадных мишек Kitkat, драже M&M’s Valentine’s Cupid, конфеты в форме сердечек и леденцы в форме сердечек. Skittles не относятся к тематическим конфетам, но они лежат в упаковке в форме сердца. Кевин знает, что Аарону они нравятся. Ещё ему нравятся шоколадные шарики Lindor. Обычно их продают только на Рождество. Кевин достаёт красную коробку с конфетами в молочном шоколаде. Они и ещё мятные — любимые у Аарона, но мятные больше ассоциируются с Рождеством. Красный цвет соответствует цветовой гамме, которую выбрал Кевин. Ему уже гораздо лучше. Он действительно нашел вещи, которые соответствуют интересам Аарона, а не просто какого-то плюшевого мишку. Как бы ему ни претила мысль о том, что Аарону придется есть всю эту вредную еду — и что Кевину, скорее всего, придется смотреть, как он это делает, — он знает, что Аарону это понравится. Знает, что некоторые из выбранных им вещей действительно нравятся Аарону. Кевин уже не чувствует себя худшим бойфрендом в истории. Ferrero Rocher. Он помнит, что Аарон тоже ел их на Рождество. Коробка отправляется в его и без того уже полную корзину. Наверное, ему стоит перестать покупать сладости, но он не знает, что приготовил для него Аарон. А вдруг это будет что-то грандиозное? Кевин бросает в корзину несколько зефирок в форме сердечек. Он обходит стороной нескольких мужчин, которые пытаются решить, что купить, и чувствует себя победителем, ведь его корзина уже наполовину заполнена. Чуть дальше по проходу стоят двойные шоколадные печенья Oreo, которые никак не связаны с Днем святого Валентина, если не считать сердечек на упаковке. Кевин все равно кладет их в корзину, потому что знает, что они нравятся Аарону. Он решает, что стоит купить и кое-что из того, что обычно нравится Аарону, даже если это не связано с праздником. Несколько упаковок мятного и ромашкового чая. Пачку мятных леденцов. Кевин спрашивает себя, есть ли у них гигиеническая помада. Аарон всегда ею пользуется. Собираясь выйти из прохода, Кевин замечает стопку пледов. Идеально! Аарону всегда холодно. Он любит накидывать плед на плечи, как накидку. Кевин подходит ближе и с досадой обнаруживает, что большинство пледов розовые или с сердечками. А как же те, кто не любит розовый? Что они делают в День святого Валентина? Наконец, покопавшись в куче, он находит белое одеяло с принтом в виде сердечек. Он перебирает ткань между пальцами. Мягкий флис. Сойдет. Кевин бросает его в корзину и отправляется на поиски других идей. Ему удается найти набор гигиенических помад со вкусом конфет, которые, как он думает, понравятся Аарону, а заодно он берет чай и печенье. Он не знает, что задумал Аарон, но если они будут вместе что-то смотреть, то ему понравится попкорн. Кевин уже почти у кассы, когда вспоминает, что на День святого Валентина принято дарить открытки. Тихо выругавшись, он бежит обратно, чтобы найти одну из них. И снова его ошеломляет разнообразие. Здесь столько всего розового. Он сразу отбрасывает все варианты, думая, что Аарон предпочтет что-нибудь потемнее. В итоге он выбирает простую открытку. На темно-синем фоне разными цветами написано: снова и снова и снова. На внутренней стороне напечатано сердечко и простая надпись: Я все равно выберу тебя. У Кевина щемит в груди, когда он читает это. Он считает, что эта надпись передаёт его чувства к Аарону гораздо лучше, чем любой слащавый стишок или каламбур. Довольный своим выбором, он кладёт открытку в корзину и бежит обратно к кассам. Миссия «Шопинг ко Дню святого Валентина» официально завершена.