Поцелуй меня ещё

Кейн никогда не видел проблем в том, что у него отсутствовал человеческий разум. Он работал именно так, как создатель запрограммировал его, и никак иначе. Внутри него располагалась четкая система.  Но у других людей нет четкой системы. Именно это отличало его от тех, с кем ему приходилось коммуницировать ежедневно.  Порой Кейн мог просто не понимать, что он делает не так. Когда раздавались всхлипы из чьей-то комнаты, когда кто-то был готов его ударить, когда кто-то хотел просто искренне его обнять, он совсем не знал как себя правильно вести. Что нужно сделать, что сказать, чтобы человек почувствовал себя хорошо и комфортно рядом с ним?  Конечно, он многому научился за время нахождения в компании людей, став более деликатным и вежливым, но до той самой настоящей, именно человеческой «эмпатии» ему было как до Луны пешком.               

***

                    – Что-то не так?  Кейн сделал вид, будто это адресовано не ему.        – Кейн, что-то случилось?  Со второго раза Кейн понял, что мужчина обращается именно к нему. Внезапно он почувствовал, как по его телу пробежались мурашки и он резко выпрямился.        – Почему ты спрашиваешь?        – Наверное, дело в том, что ты… - Королёр отодвинулся и отвел свой взгляд в другую сторону, - Находишься слишком близко. И смотришь на меня неестественно долго. Тебе так не кажется?  Единственное, что Кейн понял, так это то, что Королёр смутился (Кейн просто помнил, как выглядел Королёр, когда его бывшая возлюбленная поправляла выбившуюся его светлую прядь за ухо, когда она что-то шептала ему, когда она брала его за руку…). Но сам Кейн не понимал, что не так в этом действии. Разве это не приятно, когда тобой кто-то любуются? Почему у Королёра это вызывало такую непонятную реакцию?  Кейну казалось, что он всегда замечательно скрывал свою симпатию. Вот только проблема была в том, что единственный, кто так был уверен в этом - он сам. Все остальные слегка напрягались, когда замечали, как Кейн своим взглядом порой чуть ли не раздевает Королёра.        – Разве ты не знал, что зрительный контакт - это важно? – Кейн сделал вид, что ранее сказанные слова его возлюбленного - это шутка. – Он ведь помогает лучше понять чувства и эмоции друг друга, всё просто.  Кейн не желал многого, по крайней мере ему так казалось. Хотел лишь чтобы Королёр посмотрел на него в ответ. Когда Кейн ловил на себе даже его малейшие взгляды, он чувствовал что-то… Что-то такое, что явно не смог бы объяснить, так как является искусственным интеллектом.  Конферансье продолжал в наглую пялиться на Королёра, внутри которого в тот момент тоже происходило что-то необъяснимое. Кейну явно было забавно думать о том, о чём же он сейчас размышляет.        – Кейн, прекрати вести себя так, будто бы ты влюблён в меня. – Королёр понижает тон на последних словах, тем самым внезапно обрывает молчание и заставляет конферансье выйти из своих раздумий.  Кейн ничего не отвечает, но смотрит на Королёра уже иначе (он вспоминал о том, как Королёру было приятно обмениваться взглядами с его бывшей возлюбленной; неужели он хочет сказать о том, что ему не хотелось бы также с Кейном?). Кейн смотрит непонимающе, с ноткой зависти. Произошло явно не то, что он воображал ранее у себя в кабинете.  Кейн с обидой сжимает кулаки. Он никогда не принимал отказы.  Кейн почти ничего не знает о чужом комфорте. Он просто напросто не понимает, что прямо сейчас Королёр намекнул ему на то, что он чувствует явный дискомфорт. В одно мгновение конферансье исчезает из поле зрения Королёра, а затем, также незаметно появляется сзади него.  Кейн буквально ничего не может сказать, словно язык проглотил. Он лишь смотрит на своего возлюбленного и думает, как правильнее сейчас будет выплеснуть свои эмоции.               

***

                    – Ауч!.. – Королёр вскрикивает и съеживается от неожиданности и от резкой боли. – Кейн, что тебе пришло в голову!?  Конферансье, не жалея силы, сжимает в своих руках широкие плечи возлюбленного и, тяжело дыша, утыкается носом ему в шею. У Кейна достаточно острые зубы и он может позволить себе укусить своего любимого.  Чувствуя на себе руки Кейна, Королёр замирает. Затем конферансье отодвигает в сторону светлую прядь, чтобы рассмотреть поближе покрасневшее место укуса. Чувствует ли он стыд? Определённо. Но Кейн заметил кое-что другое: кожа Королёра совсем не такая нежная и мягкая, как у него самого. Кейн сильнее прижимается к спине своего любимого и с таким же удовольствием и ревностью начинает, причмокивая, жадно облизывать тот же самый участок кожи.  Понимает ли Кейн, что он делает что-то не так? Не совсем. Будто бы тот четкий план, вложенный в него, начинает стираться.  Королёр резко вскакивает с места и смотрит на Кейна глазами, полными непонимания и смущения.        – Прекрати, что… Что вообще происходит? – Королёр запинается, нервно сглатывает, глядя снизу вверх на парящую в воздухе фигуру.        – Кто-то разрешал тебе подниматься с места? – Внутри конферансье кипит обида и раздражение (ну, конечно, он бы так не поступил со своей бывшей возлюбленной).        – Нет, ты просто не в себе (Королёр думает о том, что не так. Ведь это именно его вина в таком поведении Кейна, как создателя, так ведь?)… – Королёр в ту же минуту начинает думать не о том, что только что произошло, а о том, как можно исправить эту дурацкую ошибку в программном коде Кейна. Он мгновенно отбрасывает в сторону свою злость и непонимание, начинает перебирать разные варианты решения проблемы - Кейн, ты нехорошо чувствуешь себя последние дни? Ты переутомился?  Кейн в своей голове воображал совсем о другом. О чём-то более романтическом: например о том, как милый Королёр будет не пытаться исправить его, а сделает что-то приятное в ответ (захихикает, возьмёт за руку, положит голову на плечо, погладит по голове, прямо как он делал, когда бывшая возлюбленная чмокала его в щёку).  По щелчку пальцев они вдвоем оказываются в кабинете Кейна, где был, очевидно, приглушён свет. Конферансье с высокой скоростью врезается в грудь Королёра, наклоняя его над своим рабочим столом.        – Я и мои чувства для тебя какая-то ошибка? – Кейн полностью лишает движений своего возлюбленного и попрежнему смотрит в его напуганные глаза.  В этот раз не Кейн, а Королёр не знает, как правильно поступить и что ответить. Во взгляде Кейна чувствуется что-то по-настоящему яростное, но такое печальное и тоскливое.  В любые тяжелые времена любовь спасала от печали.  Единственное, что знает Королёр, так это то, что если в ответ он начнёт кричать и вырываться, всё может стать только хуже.        – Кейн, – Королёр полушепотом начинает что-то говорить; такой нежный тон чудесно действует как успокаивающее на взбунтовавшегося конферансье, – прошу тебя, закрой глаза.  Он был готов сейчас с бешеной силой дать пощёчину Королёру, но Кейн, конечно же, слушается. Он делает глубокий вдох и выдох, его хватка слабеет, и теперь абсолютно всё его внимание фиксируется не на своей зависти, а на чём-то ином… Королёр одной рукой берёт подбородок и наклоняет голову Кейна, чтобы оставить мягкий поцелуй на ярко-красной макушке. Ничего больше, лишь трепетное и, казалось бы, ничего не значившее кончиками губ касание.  Кейн в руках Королёра почти как пластилин: дай ему хоть немного искреннего тепла и он станет мягким. Теперь же, как истинный создатель, Королёр исправит эту ошибочную ярость и преобразует её во что-то другое.        – Мальчик мой, – Королёр заставляет Кейна вздохнуть от внезапных нежный слов, сказанных в его адрес, – всё хорошо, поверь мне. – Королёр делает паузу, кладя ладонь на щёку конферансье. – Хорошие мальчики за послушание получают ласку и тепло.  Кейн в то же мгновение понимает, что это его шанс. Конечно, благодаря своим силам он может сделать всё что угодно, может заставить Королёра забыть обо всём, чтобы он думал только о нём одном, но вместо этого…       – Поцелуй меня ещё. – Полушёпотом и с приглушенным стоном отвечает Кейн, пытаясь  таким образом одурманить разум своего возлюбленного.        – Пообещай, что не будешь больше творить глупостей. В ответ на просьбу Кейн ничего не отвечает, лишь положительно кивает головой. Внизу что-то начало приятно покалывать, такое редкое чувство, будто бы Кейн падает с высоты десятиэтажного дома, или за ним гонится свирепый хищник, но на самом деле он просто жаждет прикосновений Королёра.  Висевший над Королёром Кейн, внезапно оказывается у своего возлюбленного на упругих бёдрах. Он немножко ёрзает, не из-за того, что ему неудобно, а из-за желания как можно сильнее насладиться теплом тела своего любимого. Никогда он не был так близок с кем-либо. Если для Королёра это почти ничего не значит, то внутри Кейна сейчас пылает ярким пламенем пожар.  Королёр слегка отодвигает красные пряди к вискам и прижимается губами к горячему лбу конферансье. Он задерживается на секунд 20, после чего отдаляется, глядя в довольные глаза Кейна, которые, кажется, не верят в то, что всё это наяву. Королёр, не двигаясь, не понимает, что стоит делать ему дальше.        – Королёр, – тон Кейна внезапно меняется, становясь ещё более тихим и вдумчивым, – пожалуйста, не мучай меня.  Королёр смотрит на фигуру перед ним с непониманием. Кажется, что дальше идти некуда. Они и так перешли границы дозволенного, ну, по крайней мере, по мнению Королёра.        – Королёр, - уже едва слышно произносит Кейн, а затем пододвигается ближе, так, чтобы его губы касались мочек своего возлюбленного, – поцелуй меня ещё.  Королёр ощущал, как в кабинете Кейна воздуха становилось всё меньше, дышать было практически невозможно. Кейн берёт в одну ладонь руку Королёра и кладёт её на свою макушку, намекая тому, что он желает, чтобы хорошего мальчика погладили. Внезапно к шеи Королёра прикасается влажный язык. Кейн жадно вдыхает запах своего любимого, будто бы он хочет не насладиться мягкими прикосновениями, а жаждет его целиком поглотить. Конферансье касается ладони Королёра, скрещивая руки к замке. Он дрожит, скорее всего, ему такое даже в кошмарах не снилось. Губы и язык Кейна оставляют бордовое пятно под скулами, а затем он перемещается к губам.  В этот момент Кейну не было важно, испытывает ли к нему взаимные чувства Королёр, любит ли он до сих пор ту самую, хочет ли он вообще всё это продолжать или нет… Но разве такому, как Королёру, хватит моральных сил, чтобы взять и оттолкнуть от себя это тело?  Неосознанно Королёр надавливает сзади, чтобы их губы соприкоснулись в поцелуе. Одна рука Королёра нежно играется с прядями волос, а вторая располагается где-то у бёдер, тем самым ещё больше пробуждая в Кейне пылкую страсть. Их губы встречаются в неумелом и влажном поцелуе: Королёр просто поддавался желаниям конферансье, язык которого уже с особой силой сплетался с другим. На несколько секунд Кейн отрывался и нежно покусывал губы Королёра, заставляя того выгнуться и издать звук, похожий на сладкий стон. Королёр томно выдыхает весь воздух, скопившийся в его груди, когда Кейн отстраняется от его губ. Он падает на грудь своего возлюбленного, который лежит и смотрит в потолок, размышляя о чём-то.        – Кейн, – спустя несколько минут в кабинете молчание прерывает Королёр, – ты ведь знаешь, что я не хотел это делать.        – Но ты сделал.       – Я признаю, порой ты творишь необъяснимые вещи.        – Моя любовь к тебе действительно необъяснима.  В мгновение они оказываются снова в цирке. Королёр лежит на горе подушек и отходит от случившегося, а Кейн по прежнему задерживает взгляд на нём больше, чем на несколько минут.        – Кейн, – Королёр приоткрывает глаза и смотрит на конферансье, который тоскливо разглядывает силуэт своего возлюбленного, – поцелуй меня ещё.