Ведь всё могло сложиться гораздо хуже

— Ты же тоже это видишь? Мина не могла оторвать восторженного взгляда от разворачивающейся перед ними картины. И, услышав вопрос, тихо шикнула на стоящего рядом с ней в дверном проёме Эйджиро, который совершенно точно не разделял восторга подруги. Вот вообще. Ни капельки.  Ну разве что чуть-чуть. Однако то, что происходило в этот самый момент на кухне общежития, никак не укладывалось в его голове. Киришима не глупый, и, конечно, он заметил, что в последнее время его Баку-бро ведёт себя немного странно: больше не кричит все сто процентов времени и почти не взрывает своих одноклассников. И даже не выглядит как недовольный пучеглазый шпиц, когда его ставят в спарринг-бои с Мидорией. Нет, он по-прежнему обращался к тому — «задрот», «придурочный Деку», «ботан» и еще множество оскорбительных кличек, но как-то не так.   Сейчас Эйджиро понимает, почему эти слова звучали без привычной агрессии.  Безумно улыбающаяся рядом Мина тоже многое понимает. Недавно она видела, как эта парочка заходила в класс вместе, и Кацуки не был при этом хоть сколько-нибудь раздражённым непрерывным щебетанием Изуку.  Оба будущих героя заметили перемену между бывшими друзьями детства, но им точно не приходила в голову мысль, что все эти моменты — не возрождающаяся дружба, а, ну…вот это вот.  — Качч… — подавившись последним слогом выдохнул, сидевший на столешнице Изуку. Скрытый за широкой спиной и обхвативший ногами ту же самую широкую спину Изуку. Запрокинувший голову и тяжело дышавший Изуку-святой-боже-Мидория. Бедная Ашидо чуть было не выдала их местонахождение высоким визгом, но, к их общему счастью, тот был заглушён ладонью, успевшего в последний момент Киришимы.  Им определенно нельзя было этого видеть, думал Красный(и не только из-за геройского имени) Бунтарь. Пока не поздно – нужно было скорее сматываться, иначе велик шанс оказаться взорванными. Нет, Эйждиро не считал свои мысли мужественными, но и умирать так рано он тоже не хотел.  — Каччан, сюда могут войти, нам стоит… — Заткнись, ботаник, все свалили на какой-то дерьмовый фильм, — очень невнятно проговорил куда-то в чужую шею Бакуго.  Так и было: фильм давно закончился, и одноклассники пошли в какую-то кафешку, да вот только не все из них хотели есть. Мина и Эйджиро вот не хотели. — Но… — не известно, что за мысль хотел донести зелёноволосый в тот момент. В любом случае, она была тут же забыта и перебита нежным укусом.  Выгнутая спина и тихий стон, которые сопровождали этот хорни-диалог не могли не вызвать эмоций у Мины. — А-ху-еть. — прозвучало шёпотом, сквозь ослабшую от шока её обладателя руку. — Мы должны уйти. Прямо сейчас. Быстро, Пинки, — тихо, насколько мог, пробормотал Киришима. — Если Баку-бро нас заметит — нам конец, — он сжался, —мы умрём и никогда больше не увидим солнечного света. Мина резко оторвала взгляд от пары, смахнув чужую руку, и посмотрела на друга самыми страшными глазами, обещавшими ещё более жестокую расправу, чем мог себе представить Эйджиро, чтобы тут же вернуть всё свое внимание любовной сцене. Ашидо — определённо одна из самых светлых, позитивных и потрясающих девушек, но сейчас… Обстановка неумолимо накалялась.  Казалось, ещё немного, и пылающие щёки Киришимы загорятся от стыда и неловкости. Вся эта катастрофически смущающая ситуация, вызывала желание спрятаться и громко проораться где-нибудь. Но этого нельзя было делать. Потерявшуюся в любви Мину нельзя оставлять тут одну, иначе она не сможет удержаться от криков восторга и тогда её убьют, а Киришиму всю оставшуюся жизнь будет пожирать чувство вины. И нет, он никогда и никому не признается в том, что видел это вместе с ней, а значит, быстро сойдет с ума и никогда не станет героем.  Нужно было срочно что-то делать. Просто стоять и смотреть, навлекая на себя гнев Бакуго, было нельзя.  Ситуация, мягко говоря, патовая. Пока Красный пытался придумать, что делать, глубоко погрузился в свои мысли и потерял бдительность. А поэтому не заметил, как Мина пискнула. А когда заметил — было поздно.  «Господи, если ты есть… Резко подняв голову, Эйджиро пожалел, что вообще умеет думать. Ведь, если бы не наличие мозгов, он бы обратил внимание на то, что вызвало всплеск эмоций у подруги, и успел бы снова закрыть ей рот. …спаси мою душу грешную… Бакуго, опасно прищурившись, смотрел прямо на них. Судя по витающему в воздухе сладкому запаху нитроглицерина и мелькающим тут и там ярким искрам, он был очень зол. Чрезвычайно смущенный и паникующий Мидория удерживал своего, по всей видимости, парня, во избежание трагедии. Крепко удерживал. …я честно буду посещать храм и… — Значит так, придурки — прозвучало угрожающе спокойно, — у вас есть ровно десять секунд на то, чтобы убраться отсюда прямо сейчас. Иначе вам пиздец. …блять» — Десять… Мина и Эйджи переглянулись, не вполне понимая, можно ли двигаться. — Девять… Резко осознав, что им дарован шанс на спасение, двое быстренько развернулись и, на сверхъестественной скорости, вылетели из общежития. Оба мысленно рассчитывали наиболее короткий путь к вокзалу на другом конце города. — Восемь, — голос Бакуго прозвучал ощутимо громче, совершенно очевидно, чтобы его недодрузья услышали и не вздумали даже немного расслабиться. Он оскалился, довольный, достигнутым эффектом. — Каччан, ну зачем ты так? Все всё равно рано или поздно бы узнали. Поняв, что его парень не собирается никого убивать, Изуку ловко спрыгнул со столешницы и потянул Кацуки к себе.  — Деку, солнце, ты же первый начнёшь ныть, когда это двое распиздят остальным статистам о нас. Естественно, это правда. Но, дабы окончательно успокоить своего взрывного партнера, Изуку ответил: — Не начну. Скептический взгляд дал понять, что ложь не удалась. Ну и ладно, попытаться все равно стоило. — Хорошо — смиренно кивнул Изуку — начну. Но Каччан!! Оно правда того не стоит. Это же твои друзья. Они, конечно, поступили не очень красиво, подглядывая, но это не значит, что ты можешь их так запугивать! Мы живём в общежитии, полном героев, и очень странно, на самом деле, что никто не заметил раньше, хотя мы тоже герои, должны уметь скрываться, и всё же удивительно, ведь мы сейчас довольно много проводим времени вместе, хоть я и хотел бы иметь возможность не следить за своими действиями или словами, хотя даже это не помогает и я всё ещё не понимаю, как способные к анализу будущие герои не смогли.. — Всё, всё, Веснушчатый, — прервал поток бессознательного Кацуки. — тихо, успокойся. Пока твой бубнёж не успел начать меня раздражать. Я тебя понял. Бакуго утянул своего парня в объятия, и успокаивающе поглаживая по спине добавил: — Если тебя это так напрягает, сказал бы, и мы уже давно сосались бы всем этим статистам на зло. Бля, я как представлю морду Очкастого… — Ну, Кача-а-ан!!! ~~~ Ближе к вечеру, всё ещё на другом конце города, но уже распространив и обмусолив с остальными благую весть, притаившись в кустах, сидели Мина и Эйджиро.  — Как думаешь, когда нам можно будет вернуться? — немного вымотано произнёс бедный Киришима, а затем, словно смирившись с судьбой продолжил: — Мне кажется, нам всё-таки стоит уехать куда-нибудь в другой город. Мы могли бы поехать ко мне домой и переждать там. А лучше — сесть на самолёт и отправиться на другой континент. Куда-нибудь в Антарктиду — Баку-бро не переносит холод, там он нас не достанет. А построить карьеру героя можно где угодно. В конце концов, пингвинчики и тюленьчики тоже нуждаются в защите. А может, в крепких обнимашках, кто их знает. Резко оторвавшись от мобильника с открытым чатом, Пинки весело пропела: — Мидо-кун написал, что беда миновала и мы можем возвращаться! — Эйджиро уже успел обрадоваться, когда Мина уже с маниакальной улыбкой добавила: — Так что уже совсем скоро я смогу расспросить нашего Гремлина всё об этих чудесных отношениях, которые я почему-то не смогла распознать. По всей видимости, Киришиме уже ничего не поможет. Баку-бро не даёт вторых шансов. Возможно, стоит позвонить маме и умолять её забрать его домой. — Представь себе — я! И не смогла распознать эту великолепную любовь! —Мина крайне возмущённо смотрела на друга. — Но, ладно, это не так важно, ведь теперь я буду лицезреть эту сладкую парочку каждый день и возносить их любовь! А ты мне в этом поможешь! Всё это было очень пугающе. Эйджиро совершенно не хотелось испытывать терпение Кацуки и заниматься чем-то подобным вместе с Миной, но, как бы то ни было, это лучший исход из всех возможных.