Не прогуляла

Солнечный мартовский день должен был радовать абсолютно всех москвичей своей теплой погодой спустя очень долгогое время, но только не 11А класс. Старшеклассники в эту пятницу ну никак не планировали оставаться на последний урок физкультуры, и абсолютно у каждого нашлись весомые аргументы прогулять этот ненужный, по их мнению, урок. Зеленова кричала, что у нее запланированы съемки, и, между прочим, еще на грим нужно успеть и платье выбрать! Лере со Стасом понадобилось именно сегодня идти в кино, и парень уже купил билеты на ближайший сеанс — новый фильм тоже никак нельзя пропустить. — А у меня вообще смена через полчаса, — в сотый раз повторил Гуцул, показывая на наручные часы. И вот уже вторую перемену одиннадцатиклассники решают, что же делать с этим последним уроком. Казалось бы, уже все взрослые люди, сбежали бы — и все, но все дело было в учителе физкультуры, который просто терпеть не мог опоздания, не то что прогулы. И ситуация у параллельного 11Б дала им это напомнить. Буквально две недели назад Аня и Женя жаловались своим подругам на своего музыкального руководителя, что тот поставил двойки всему классу за один несчастный прогул первым уроком. В тот день одноклассники с утра в беседе класса договорились дружно не прийти на урок и доспать лишний час. Их энтузиазма физрук не оценил и предпринял свои методы по перевоспитанию наглых старшеклассников. Такую же судьбу 11А испытывать не хотели, тем более в конце четверти, и дружно придумывали легальный способ прогулять урок. Точнее говоря, способ был уже придуман, но он никак не соглашался на такую авантюру. — Кулемина, ну что тебе стоит! — уже почти хором уговаривали Лену одноклассники. — Тебе-то он точно не откажет! — Вы как себе это представляете? — возмущенно спросила девушка, оглядываясь по сторонам, чтобы вдруг не оказался рядом их главный обсуждаемый. Была у него такая способность — появляться рядом с Ленкой почти сразу, как она подумает о любимом учителе. Да и в последнее время не только учителе. — Виктор Михайлович, отпустите нас с урока, Новиковой в кино нужно? — Ленк, ну харóш, а? Мы же знаем, что ты точно сможешь его уговорить. Ну повозмущается немного, ничего страшного, — продолжали убеждать подругу ранетки. Ну конечно, немного повозмущается. Знали бы ее одноклассницы, как эмоционально Виктор высказывал ей про безответственных учеников, которые «уже совсем от рук отбились» и «слишком много себе позволяют». И Лена никак не могла донести до своего мужчины, что в выпускных классах физкультура считается не самым важным предметом, как бы сам физрук этого ни хотел. Но Лена так же и понимала, что если она попросит правильно, то, конечно, Виктор отпустит их с урока, но пользоваться своим положением она не очень-то и хотела. Нечестно как-то, что ли. Но и домой на целый час раньше прийти тоже очень хотелось. Да и, может, даже получится пойти вместе.. Вроде у Степнова этот урок должен был быть последним, а провести время наедине с Виктором было довольно сложно, всё-таки приходилось шифроваться до конца учебного года. В школе они оставались всего пару раз, после тренировки по баскетболу. Закрывались в тренерской, но дело дальше поцелуев, конечно же, не заходило. Ленке хватало и этого, а опасность всех их действий и понимание, что в любой момент может постучаться в дверь кто-то из учителей, буквально кружило голову в такие моменты. В один из таких вечеров, как только Кулемина переступила порог квартиры, она сразу же бросилась к гитаре и тетрадке, чтобы записать новые строчки для будущей песни. Быстро начеркав несколько кривых записей размашистым почерком, Кулемина начинала подбирать аккорды: «В кабинете у директора Я целую всем назло тебя Разом все учителя кричат Завтра нас наверное исключат» Конечно, до кабинета директора они еще не осмелели, но такая картина в голове одновременно и сковывала всё тело от ужаса, и представлялась настолько романтичной и безбашенной, что в моменте хотелось воплотить это всё в жизнь. Но пока что Лена ограничивалась лишь строчками в тетрадке. Вспомнив об этом всем, Лена, почти не раздумывая ни секунды, быстро согласилась с одноклассниками и побежала в спортзал. — Ленок, ты чего? — непонимающе спросил Степнов, видя, как его девушка закрывает дверь на ключ с их стороны. Кулемина ничего не ответила, лишь положила ключи в задний карман брюк и села на колени своему тренеру в уже привычной манере. Его руки сразу оказались на талии, а ее голова — на Степновском плече. — Вить, — тянет девушка и оставляет аккуратный поцелуй на его шее. — У меня такая просьба. — Какая? Ты же знаешь, если что — я мигом. Девушка поднимает на него взгляд, чтобы убедиться, что ее план работает так, как она задумала. Проводит пальцами по вороту его футболки, чуть задерживаясь на ключице. — Отпустишь нас с последнего урока? — голос звучит мягко, почти невинно. — Ну пожалуйста. У нас там… обстоятельства. Степнов молчит секунду, и Лена чувствует, как его пальцы на талии чуть заметно напрягаются. Он внимательно смотрит на неё — тем взглядом, который обычно использует на уроках, когда видит чужую халтуру. Только сейчас в нём ещё что-то другое. И это заставляет тоже напрячься: она была уверенна, что ее план сработает. — Лен, — тихо говорит он, и от этого спокойного тона у неё внутри что-то ёкает. — Ты меня сейчас уговариваешь или используешь? — Я… — Ты пришла, закрыла дверь, села сверху, — перечисляет он без злости, почти с усмешкой, но бровь поднимает. — И только после этого вспомнила про класс. Я правильно понимаю? Кулемина замирает. Щёки заливаются румянцем — не столько от того, что её раскусили, сколько от того, как точно он всё разложил. — Виктор Михайлович, — начинает она, пытаясь сохранить лицо, но голос предательски срывается на оправдание. Даже на «вы» переходит, почти не осознанно, просто.. Ну не может она по-другому, когда он смотрит так. — Я тебя слушаю, — он убирает одну руку с её талии, откидывается на спинку стула, и Лена вдруг чувствует, как исчезает контроль над ситуацией. — Только давай честно. Ты сейчас пришла — потому что хочешь побыть со мной? Или потому что тебе нужно решение для класса? Она хочет сказать «конечно, хочу побыть с тобой», но слова застревают. Потому что если честно — было и то, и другое. И он это знает. — Оба варианта, — тихо признаётся она, опуская взгляд. — Но класс — это… они правда просили. И я подумала, что… — Что я ради красивых глаз сделаю исключение? — заканчивает он за нее. Конечно, ему нравилось всё, что сейчас происходило, что Лена пришла сама, даже если с такими целями, но если сейчас не остановить, не объяснить, она же будет продолжать этим пользоваться? — Ну… — она поднимает взгляд, и в нём уже меньше уверенности, больше настоящей просьбы. — Ты же можешь. Просто отпусти их, пожалуйста. Я знаю, что это нечестно. — Нечестно, — соглашается он спокойно. — Но я подумаю, что с этим сделать. Он смотрит на неё ещё несколько секунд, и Лена уже готова к отказу, уже мысленно перебирает, как будет объяснять классу провал. Но потом Степнов вздыхает — тяжело, по-взрослому — и проводит ладонью по её спине. — Так и быть. Пусть идут. — Правда? — у неё вырывается облегчённый выдох, и она тут же тянется поцеловать его, но он мягко перехватывает её лицо ладонью, не давая завершить. — Я сказал — отпускаю их. А ты, Кулемина, остаёшься. — Что? — она округляет глаза. — Но я хотела… — быстро продолжает девушка, уже готовая представить свой дальнейший план и ему. От общего времяпровождения у нее на кухне за чаем и досматриванием сериала он же точно не откажется? — Ты хотела честно? — он приподнимает бровь. — Вот честно. Ты пришла, попыталась провернуть эту схему, и теперь у нас есть время поговорить про границы. Или ты думала, что если мы встречаемся, то на уроках будут поблажки? Лена открывает рот, чтобы возразить, но понимает, что сказать нечего. Он прав. И от этого обидно, и в то же время правильно. — И вообще, — голос Степнова становится чуть мягче, хотя взгляд всё ещё серьёзен, — ты моя лучшая баскетболистка. Забросишь сегодня штрафные. За весь класс. Отработаешь. — Это наказание? — хмурится она, но уголки губ уже предательски поднимаются. Да, это не совсем то, чего она хотела, но и такой исход событий ее вполне устраивает. Тренировка, а после — очередной разговор про них.. В этом тоже есть своя романтика. Конечно, она понимала, что никакое это не наказание, а просто… — Это разговор, — поправляет он. — И повод побыть вдвоём без твоего плана. Она фыркает, но внутри разливается тёплое чувство — то самое, от которого кружится голова. Потому что он не злится, не отчитывает, не делает из этого скандал. Он просто рядом. И даже когда раскусил — всё равно на её стороне. — Ладно, — сдаётся Лена, утыкаясь ему в плечо. — Но если я заброшу все — мы потом пойдем ко мне досматривать сериал. — Договорились. Она поднимает голову и теперь уже по-настоящему, без хитростей, целует его — коротко, но так, чтобы он понял: это не за урок. Это просто потому что. А когда через десять минут счастливый 11А потоком вываливается из школы, никто не замечает, что Кулемина остаётся в спортзале. И только Степнов, глядя, как она привычно крутит мяч в руках, думает, что, кажется, сам попал в её игру — но совсем не против.