Случайно

***

У них все было случайно. Знакомство вышло случайным: тогда Хаден оставил лучших учеников драить оружейный зал, наказывал, и именно там Сурталоги и Дайнслейф подружились. У них было много общего. Сумеречному мечу настолько понравилось общение с ним, что в тот же день потащил нового друга домой. Ведрфёльнир, конечно, при госте сохранил манеры, но наедине зачитал братишке целую лекцию. Если говорить коротко, то вот в чем дело: по мнению Провидца, Сурталоги — не самый лучший вариант для Сумеречного меча. Как минимум из-за происхождения. Наверное, это был первый раз, когда Дайнслейф прямо послал старшего брата, сославшись на то, что он и сам может выбрать для себя друзей. Вед спорить не стал, лишь молча кивнул. Ему приходилось каждый вечер терпеть компанию Сурталоги в своем доме, потому что он безумно полюбился Дайну. Ну а Ведрфёльнир слишком любил брата, чтобы вновь поднимать тему, которая приведет к ссоре. В какой-то момент, тоже случайно, но Сурталоги и Дайнслейф стали лучшими друзьями. Если, конечно, это можно так назвать. Они могли спать в одной кровати, могли "выпускать пар", доверяли друг другу больше, чем кому-либо еще, при этом постоянно дрались, ругались, фыркали, словно в презрении. Неопределенность присутствовала. А еще неумение понимать чувства. Ему к горлу приставили клинок, повалили на пол и сели сверху, с силой сжимая запястья и оставляя синяки. Еще чуть-чуть — и Рыцарь Скверны сломает ему все кости. Это больно, но тело выдает совсем иную реакцию — возбуждение. Сурталоги хмыкает и, так и не доломав кости, поднимается. — Сдаешь позиции. Обычно люди на тренировках становятся сильнее, а ты деградируешь. — Пф, меня до этого брат гонял без перерывов несколько часов, ты думаешь, что хоть у кого-то после этого останутся силы? — Да. У меня. — Не переоценивай себя. — Не я на полу. — Потому что я едва ли успел поднять меч, когда ты накинулся. Хаден прервал эту перепалку, отвесив хороший подзатыльник ученику. Никогда не угадаешь, что в этот раз старого болвана может разозлить. То смех слишком громкий, то дышишь часто. — Я не давал разрешения начинать бой. — Вы же сами сказали "начинайте", — грубо подметил Сурталоги. — Но взмахнул я левой рукой. Я как учил? Взмах правой рукой — начало, взмах левой — подготовка! ...как же с ним сложно. — В наказание драить коридоры будете. С ним даже спорить никто не стал, это бестолку. Рыцарь Скверны помог другу подняться и по-дружески крепко обнял. — Да не жалей ты меня. Но лучник лишь усмехнулся. Никого он никогда и не жалел, делать ему больше нечего? Просто нравилось лишний раз побесить Дайнслейфа, да и все. Когда тот злился, очень смешно щурился и пытался спорить. Сурталоги это нравилось. Безумно нравилось. А еще он соблазнителен. Но это так, мелочи, о которых вслух не говорят. Сумеречный меч, как и всегда, попытался оттолкнуть друга. Сам себе он никогда не признавал, что тактильность-то любил, просто ему неловко. Когда Ведрфёльнир пытался обнять, то Дайн постоянно уходил в сторону, потому что в любой момент их могли увидеть рыцари Черного Змея. Почему же капитан дворцовой гвардии так этого не хотел? А потому что все увидят, что он бывает мягким. И с Сурталоги так же. Только у этого гада еще и насмешка проскакивает. Тем не менее Дайнслейф очень привык к этому. Если вдруг Рыцарь Скверны не тянулся за объятиями с язвительной ухмылкой — пугался. После очередной тренировки Сурталоги сразу же отвлекся на Скофнунгра, подошедшего к ним. Против аристократа лично Дайнслейф вообще ничего против не имел, скорее даже уважал. Просто было немного... обидно? Ревностно? Завидно? Нет, не последнее точно. Хотя... кто знает? Не ради Дайна ведь десятилетний Сурталоги пробрался в королевскую библиотеку и нарушил закон. — Здравствуйте, капитан, — почтительно произносит Скофнунгр. — Здравствуйте, Скофнунгр, — чтобы замять собственные болезненные ощущения, он решает перейти на что-то менее формальное. Да и о какой формальности речь, если Сумеречный меч лежит на полу, в неподобающем виде? Вот говорил ему Ведрфёльнир, что дружба с Сурталоги до добра не доведет. Сумеречному мечу тяжело видеть, как в разговорах со Скофнунгром тот становится мягче, подавляет сарказм, чтобы не обидеть. Слишком разное отношение. — Все нормально? — спрашивает Рыцарь Скверны по пути домой. — Все отлично, — слишком язвительно бросил Дайн. — Если что хочешь сказать, то говори. А можешь избить. Мне бы хотелось, чтобы тебе стало легче. ...Сумеречный меч готов простить ему все. Это ведь его друг? Случайные драки. Случайные пьяные то ли заигрывания, то ли неловкие шутки. Случайные парные вещи, которые были приобретены спонтанно. Все слишком случайно. Рери начал встречаться с Толиндис, и Дайнслейфу приходилось видеть эти слащавые нежности ежедневно. В какой-то момент ему даже стало тошно. Однажды он подумал: "вот мы с Сурталоги так себя не ведем", а потом осадил себя же. "Какой к черту Сурталоги, если я говорю о паре?" Ему перед собой-то объясниться тяжело. У Рыцаря Скверны все было проще. Тот никогда не задумывался на такие глубокие темы как любовь. Для него есть лишь две группы людей: враги и те, кому он мог бы доверять. А вот как их называют другие — друзьями, возлюбленными, братьями, — ему плевать. Хотелось бы и Дайну такой настрой. Очередной случайный разговор настиг в собственный день рождения. Сурталоги, конечно же, пришел. Он не мог не прийти на праздник своего близкого друга. Рыцарь Скверны, верный себе, чувствовал себя здесь чужаком и даже не пытался этого скрыть. Он стоял у окна, намеренно отстранившись от остальных, ожидая Дайна. Сумеречный меч вместо пустых разговоров с гостями брата, выбирал его. — Скучно. — Еще как, — согласился капитан. Невежливо говорить такое о трудах брата, но и лгать не видел смысла. Лишь надеялся, что Вед не узнает. — Спать хочу. Дайнслейф хмыкнул. Он так ожидал эту фразу. Она всегда звучала, когда Рыцарь Скверны находился в окружении аристократов дольше, чем пять минут. А еще в этот момент у него всегда были скрещены пальцы. ...и заметил это он тоже случайно.