Candles don't burn where you've been

— Бля-я-я-я-я, — Дима прошипел, выгнувшись в спине, когда на его грудь капнул расплавленный воск. В голове Димы проскользнула мысль о том, зачем он вообще на это согласился... Серёжа от этой реакции слабо улыбнулся. Он сидел на бёдрах Димы и держал в руках свечку. Такую красивую. Специально купленную для сегодняшнего дня. Свеча с бело-красным градиентом, на которой были изображены три пары крыльев ангелов с эффектом того, что они испачканы в крови. Какая-то слишком богохульная вещь. — Фу, воняет пиздец, — поморщился Дима и продолжал смотреть на свечу, ожидая, когда Серёжа наклонит её так, что на тело снова польются капли воска. — Давай в следующий раз что-нибудь другое. — А ты уже о следующем разе думаешь? — он улыбнулся шире. — Бля, меньше пизди. Запах кокаина и табака — хуйня полнейшая, — нахмурился Дима. После этих слов Серёжа снова наклонил свечу. Пламя вытянулось длинным языком. Капля воска медленно собралась на свече, после чего капнула на грудь Димы. Как будто кто-то ткнул в грудь раскалённой иглой. Он слегка поёжился, пытаясь унять боль, и нахмурился. Но боль не унималась. Жар от воска растекался, кажется, по всему телу. Но так медленно, что от этого чувства хотелось кричать, что есть силы. Казалось, что от этого можно забыть, как дышать. Из головы полностью исчезли все мысли. Там осталось только две: "Бля-я-ять, сука-а-а, как же горячо". "Бля-я-ять, сука-а-а, как же хорошо". Ещё одна капля воска неожиданно упала на грудь. Каждый миллиметр, которого касался расплавленный воск, начинал гореть и, по ощущениям, заставлял сердце колотиться быстрее, быстрее, быстрее... Дима чувствовал, как сердце в груди уже готово вот-вот выпрыгнуть. А это только несколько капель... Жар будто бы пульсировал в такт сердцу, всё сильнее разливаясь по телу. Дима почти физически чувствовал, как все ощущения стали твёрдыми, тяжёлыми, очень-очень болезненными и засели где-то в глубине груди. Именно над тем местом, куда сейчас упала ещё одна капля. Дима стиснул зубы и закрыл глаза. Было ужасно приятно от горячего воска, но одновременно с этим и ужасно больно. Как будто дотронулся до чайника, который только что стоял на горящей конфорке. Но при этом одёрнуть руку не хотелось. Какой-то уже, блять, мазохизм. Застывший воск тоже образовывал необычные ощущения. Он оставался горячим, но абсолютно не причинял боли. Это было до ужаса приятно. Серёжа смотрел на Диму спокойно и слишком сосредоточенно. Было ощущение, что он настолько сосредоточен на этом деле, что только по одному движению мышцы на лице Димы может понять, когда нужно закончить всю эту хуйню со свечой. Но эту не хуйня-я-я. Он даже не представляет, насколько сейчас Диме хорошо. Боль легко выгоняет из головы любые мысли. Поэтому у Димы сейчас в голове был только звон в ушах и желание почувствовать расплавленный воск на своей коже ещё раз. Дима пытался собрать хоть один кусочек мысли в одну цельную, чтобы хотя бы описать то, что он испытывает, но все они рассыпались, словно песок между пальцев. Всё то, что было сжато внутри в плотный комок от напряжения, резко начало расслабляться и, как жар от воска, расплываться по всему телу. Боль почти полностью ушла. Мурашки резко прошлись по всему телу, отчего Дима слегка дёрнулся. Кожа вокруг воска была красной, но боль не чувствовалась. Было до ужаса хорошо. Серёжа снова наклонил свечу. Капля воска снова начала собираться у фитиля, а после капнула на грудь. Но в этот раз Серёжа не стал убирать свечу. Он всё также держал её под наклоном. Поэтому следом за этой каплей упала и ещё одна... И ещё... Он начал двигать в воздухе свечой, из-за чего воск копал теперь повсюду: на грудь, на живот, умудрился даже попасть на сосок. Раз, два, три, четыре капли... Пять, шесть, семь, восемь капель... Дима потерял счёт после восьмой. Мир как будто полностью перестал существовать. Остался только свет от пламени свечи и капли воска, которые продолжали падать на кожу. На рёбра, на живот, на ключицы и на сосок, отчего Дима снова выгнулся в пояснице. Тело полностью перестало отдавать отчёт мозгу. Каждая капля была слишком обжигающей. В голове снова осталось две мысли: "Хорошо". "Горячо". Теперь лидировала первая мысль. Это, блять, действительно было очень хорошо. Очередная капля упала в самый низ живота. Дима почувствовал, как мышцы непроизвольно сократились. Всё тело напряглось, а потом наступило такое одновременно странное и приятное облегчение. Боль быстра сменялась жаром. Но теперь он не растекался по телу, а накапливался в одном месте, где-то в районе груди. Этот жар можно было почувствовать физически. Капля воска снова капнула на сосок. Дима снова выгнулся и резко повернул голову в сторону. — Ты ёбаная сука-а-а, — протянул он, после чего тихо простонал. Пальцы вцепились в простыню. Дима почувствовал, как Серёжа ещё сильнее прижал его бёдра к кровати своим телом. — Пока твой рот был закрыт, ты выглядел лучше, — нахмурился Серёжа, продолжая капать воском на весь торс Димы. Теперь весь тот жар, что оставляли после себя капли, накапливался не в груди, а внизу живота. Дима почувствовал, как кровь приливает к паху. Все чувства от блядского воска стали вдвойне невыносимыми. Всё тело стало сплошным оголённым проводом. Дотронься хоть куда-нибудь — всё взорвётся. Все чувства, что сейчас затаились внутри, резко выплывут наружу. Капля снова упала на грудь. Туда, где воска уже было столько, что не было не покрытой им кожи. Боли не было совсем. Этот воск создавал такое странное ощущение чего-то тяжёлого, но одновременно с этим чего-то настолько лёгкого, из-за чего становилось так хорошо-о-о... Дима почувствовал, как напряжение с его мышц медленно начинает уходить. Руки больше не сжимают простынь, а спокойно лежат на ней. В голове проскочила одна единственная мысль, которую даже удалось озвучить вслух... — Бля, мы будто в блядском фанфике какой-то пубертатницы, когда она впервые в своём городе увидела секс-шоп... — Меньше пизди, — после этих слов Серёжи воск снова начал капать на оголённую кожу. Дима от неожиданности прошипел. Очередная волна боли от расплавленного воска только начала накрывать всё тело Димы, как тут Серёжа убрал свечу, смотря на то, что он сегодня сделал. Дима приоткрыл рот и начал тяжело дышать, чувствуя, как жар внутри снова начал расплываться по всему телу. Он опустил взгляд на свой торс. Грудь почти полностью была покрыта воском. Красные капли сливались в какой-то непонятный узор. Кожа вокруг была красной и, кажется, любое прикосновение к ней могло причинить боль. Дима прикоснулся к тому самому скоплению воска на груди и слегка надавил. Он тихо прошипел от неожиданной боли. Облизнув губы, он спросил: — А как... — слова путались в голове. — Сдирать это будем? — Ножом пройдёмся, — пожал плечами Серёжа, всё ещё оглядывая торс Димы. Уж очень сильно он был доволен собой. — Резать меня собрался? — выгнул бровь Дима. — Ну только если чуть-чуть, — он ухмыльнулся. — Бля, только начали, а ты уже думаешь то о следующем разе, то о том, что мы будем делать потом.