Беспроигрышный подкат

— Охеренно! Какая... — ... тачка! — ... задница! Два голоса сливаются в один. Лэнс переглядывается с Китом, и они, не сговариваясь, смеются. С облюбованного наблюдательного поста одинаково хорошо видна и машина, и её владелец. — Да ладно, Кит, Широгане не может тебе нравится. Он же помешан на своей тачке, а ты не терпишь конкуренции. — Не терплю, — не отрицает очевидное тот. — Но всегда ведь можно занять лидирующую позицию. Лэнс понимающе кивает: — А вызовы ты любишь. Кит пожимает плечами: вся его жизнь — вызов. Ему просто ничего не осталось, кроме как расслабиться и научиться наслаждаться резкими поворотами, которые закладывает его судьба. Но сейчас самый главный вызов в его жизни маячит перед глазами, дразнит, не прикладывая к этому никаких усилий. Достаточно того, как Широгане выглядит, когда моет тачку. Нет ни пены, ни шорт, ни мокрой футболки, но Киту достаточно того, как джинсы натягиваются на его заднице, когда он наклоняется или приседает, как футболка подчеркивает словно вылепленное скульптором тело. Хватает просто видеть, как он двигается.  Широ отводит челку в сторону, и Кит готов продать душу за один этот жест. Хрен бы он смог объяснить, что его так цепляет. — И почему ты тогда ещё тут, а не там? — толкает в плечо Кита Лэнс. — Ещё не придумал, как к нему подкатить. Не идти же с обычным “привет”? — Да, — тянет Лэнс: — у нашего чемпиона таких “приветов” после каждой гонки пучок. Но можно всегда подойти, опустить солнцезащитные очки, улыбнуться и бросить: “За такие глаза надо сажать в тюрьму”. — Это ты предлагаешь сделать ему комплимент или прорекламировать себя? Брось, Лэнс, кто на такое купится? — Ты даже не представляешь, на что только цыпочки ни клюют! — Конечно, — с нечитаемым выражением соглашается Кит. — Подойти и сказать: “слышь, я тащусь по тебе, как тачка по асфальту” или “теку по тебе, как топливный бак”. — Ты ловишь фишку! Можешь ещё сказать: “ты будешь рычать подо мной, как перегревшийся мотор”, “дай мне шанс, я лучший секс в твоей жизни”, — и не забудь улыбнуться, а потом глазами — вот так. — Я бы скорее сказал — бровями, — полюбовавшись его ужимками, отзывается Кит. — Лэнс, это был сарказм! В разговоре с ним Кит не боится перегнуть палку: Лэнс точно знает, что он — охуенный, и с этой мысли его не сбивают ни отказы, ни откровенные посылы. Кажется, что у него врожденный иммунитет к иронии. — Не, ну, слушай, стандартные подкаты типа: “детка, давай угощу тебя кофе” или “хочешь я отполирую твой рычаг переключения скоростей”, — с ним не сработают. Нужно что-то такое небанальное. Он должен настолько охуеть, чтобы переключиться со своей тачки на тебя. — С каких пор эта хрень про рычаг в стандартных подкатах? — удивляется Кит, но глаз от Широгане не отрывает. А тот словно не замечает направленных на себя взглядов, занимается тачкой и даже не думает, что со стороны это смотрится как настоящая порнография. Если на чистоту, Кит сам готов побыть рычагом в этих руках. И отполировать тоже готов. При взгляде на Широгане у него возникает слишком много желаний, часть из которых выполнить можно исключительно последовательно. Но в одиночестве остается только дрочить. Подкат. Ему срочно нужен хороший подкат. Иначе ещё пару недель — и он заработает себе мозоли на руках. А может быть и крышей поедет. Потому что сильнее, чем заняться с Широгане необузданным сексом, Киту хочется узнать, что прячется под этой теплой улыбкой, которую тот так щедро раздаривает окружающим. Отчаянные времена требуют отчаянных мер. — Значит, он любит свою тачку? — Обожает. — Кажется, я придумал небанальный способ подкатить.

***

Широ зол. Редкое зрелище. Но сейчас ярости в нем столько, что непонятно, как он только не выдыхает пламя. Наглец, посмевший увести у него детку, смеётся и даже не подозревает, насколько близок к тому свету. Широ едва хватает терпения дождаться, когда молокосос останется в подворотне один. Тот вытряхивает из куртки вейп, делает затяжку, запрокидывает голову и выдыхает дым в ночной воздух. Кроме клочка неба в просвете между домами ничего не видно. Но Широ на секунду забывает о своем гневе: пацан словно сошел со страниц дорогого порно-журнала. Парень делает ещё пару затяжек, потом прячет вейп во внутренний карман куртки и касается его детки. Как днем, когда спер его тачку. Тогда парень так же провел ладонью по изгибу машины, бросил нечто одобряющее и, скользнув на место водителя, стартанул с места. Это настолько ни во что не вписывалось, что Широ тогда с минуту так и стоял с тряпкой в руках, охуевая от наглости вора. Спёр прямо у него на глазах! Сука. От убийства Широ удерживает только то, что вор не догадался отключить GPS, и найти его не составило труда. Но и без того... Стопор срывает начисто: Широ мгновенно оказывается рядом с парнем, отталкивает от тачки и впечатывает в стену. — Какого?!.. — вскидывается тот и замирает. Признал! Широ готов поставить на это свою детку. Не понимает он другое: какого хера парень не пытается выкрутиться? У Широ репутация человека, который может согнуть руками стальной прут. — Детка, за всё надо платить. — А если денег нет? — Тогда придется отрабатывать натурой. Парень смеривает Широ взглядом и неожиданно толкает в плечо. Рывок — и вот он уже стоит прижатым к стене. Откуда только в пацане столько силы?! — Значит, не потащишь к копам, если натурой... — задумчиво тянет вор и берется за его ремень. Пара движений и один рывок — джинсы уже внизу вместе с бельем. А наглец на коленях перед Широ: ехидно смотрит из-под челки снизу вверх, скалится так, что отыметь его в рот просто-таки необходимо. Но сделать Широ уже ничего не успевает — на таких скоростях легко потерять управление. И он — теряет. Парень берет его член в руку и облизывает, не касаясь головки. Сжимает губами, ведет ладонью по стволу. И Широ забывает, как дышать. Он только опускает ладонь на затылок и сгребает волосы в кулак, когда парень берет его в рот и начинает сосать. Яростно. Широ трахает его в рот, или это парень нанизывается на его член. Берет горлом — и внутри Широ вскипает восторг и неуместная ревность. Но оргазм смывает всё. Он хватает ртом воздух. Ему кажется, он не съехал по стене вниз только потому, что его за бедра держит этот наглец. И смотрит немигающе, и растягивает припухшие губы в лукавой усмешке. — В расчёте? — Вообще, я думал, ты будешь мыть мою тачку пару месяцев. Парень замирает. Глаза у него становятся огромными и недоверчивыми, а потом он снова оглядывает Широ тем же оценивающим взглядом, склоняет голову на бок и очень серьезно спрашивает: — А в минетах это сколько?