Часть 1
28 марта 2026 г., 09:24
*Голос Серегя Шнура*
Эта история началась в перерыве между выпуском братьев Лещинских и открытием жральни «Little Big». Я расскажу вам, как мой друг Семён Дебилович выживал в стенах нашего ПТУ. А выживать приходилось от ебанутого лаборанта Кости и сумасшедшего учителя английского Андрея Хайата, которого у нас за глаза некромантом звали. Магии, конечно, никакой, но атмосфера была — хоть святых выноси.
Вот, полюбуйтесь на этого красавца. Семён Слепаков. Мастер своего дела и великий покрывальщик матов. Он так матом покрывает, что даже деньги на ремонт ПТУ мимо кассы проходят. Живая легенда и последний оплот здравомыслия в этом бедламе.
А это — местные дебилы. В их рядах затесался один, которого я ещё со школы знаю. Вечно что-то хуярят, бардак устраивают и покоя моему другу Семёну не дают. Энергии — хоть отбавляй, ума — на копейку: Илья, Оливер, Акилас, Антон.
А это — Сэм Бэттл. Друг и шестёрка Семёна, учитель физики и инженерии. Фанатеет от Фёрби. Не просто фанатеет, а орган из них собрал. Мужику под тридцать, а он всё в игрушки играет. Ну, а кто у нас не без странностей? Кстати, Сэм терпеть не может Андрея. Лютой, лютой ненавистью.
А вот и он, главный некромант-извращенец от английского языка, Андрей Хайат. При его появлении из окружающих непроизвольно вырывается три слова. Смотрите.
Сэм Бэттл заметил Андрея, побледнел.
— Ёб твою мать! — выдохнул он, развернулся и почти бегом бросился в противоположную сторону.
Вот такой Андрей. Эффект на людей производит неотразимый.
А это — кошмарный сон Семёна. Костя Бочаров. Лаборант-извращенец, садист с бейджиком. Обожает изгаляться над Семёном. И, что самое подозрительное, он дружит с той самой бандой дебилов — Ильёй, Акиласом, Антоном и Оливером. Сотрудник дружит с учениками. Вам это никого не напоминает? Ну ладно, хватит прелюдий. Начинается история.
Андрей Хайат, погружённый в свои мысли, стремительно шёл к кабинету английского языка. На повороте он столкнулся с Костей. От неожиданного удара Бочаров вскрикнул и уронил штативы — те с грохотом покатились по кафельному полу.
— Вы хоть смотрите, куда прёте?! — сдавленно, сквозь зубы процедил Костя.
— Простите, я не заметил. Давайте я помогу, — растерянно ответил Андрей.
Андрей наклонился, подбирая разлетевшиеся штативы. Их руки случайно соприкоснулись, и учитель впервые внимательно разглядел лицо лаборанта. Резкие, но удивительно красивые черты, чёрные волосы, спадающие на лоб. Костя с удивлением смотрел на Андрея, который замер с штативом в руках.
— Спасибо… — уже спокойнее, с лёгким смущением, сказал Костя.
В этот момент прозвенел оглушительный звонок. Костя вздрогнул, схватил свои штативы и бросился бегом в сторону кабинета физики. Андрей остался стоять посреди опустевшего коридора, глядя ему вслед.
Весь оставшийся день Андрей не мог выбросить из головы образ лаборанта. Это мимолётное столкновение, его испуганные, а потом удивлённые глаза. На перемене эту перемену в учителе заметили Акилас и Антон.
— Слышь, глянь на Андрея. Что с ним? Задолбался? — толкнул Антон Акиласа локтем в бок.
— Не, это что-то другое. Я утром с ним поздоровался — он сквозь меня посмотрел.
— Может, это из-за того, что он с Костей нашим столкнулся?
— Ого, — ухмыльнулся Акилас. — Надо будет это дело выяснить. Интересно же.
В тот же день Семён Слепаков, пытаясь перевести дух перед парой, стоял в относительной тишине возле кабинета физики. Относительной — потому что её мгновенно разрушил скрипучий, ехидный голос:
— Здравствуйте, Семён Дебилович. Вы чего это от меня прячетесь? Заскучал я по нашим беседам.
Семён, не оборачиваясь, с смертельной тоской бросил:
— Костя, иди на хуй. Дай человеку пять минут покоя.
— Я тоже рад вас видеть, Семён Дебилович. Очень рад, — растягивая слова, ответил Костя.
Семён с силой закатил глаза, развернулся на каблуках и, оттолкнувшись от стены, быстро зашагал прочь, бурча себе под нос:
— Да, ёб твою мать… Ебанутого на пути встретить.
— До скорой встречи! — весело крикнул Костя ему вслед.
Из-за угла появился Илья Прусикин, жуя булку.
— Семён Дебилович, похоже, обосрался тебя немного. Бегает от тебя, как заяц от удава.
Костя лишь самодовольно улыбнулся и скрылся в двери лаборантской.
ПТУ, вечер. Андрей, последним покидая учительскую, вышел на прохладный вечерний воздух. Он уже собирался направиться к воротам, как заметил знакомую фигуру. Костя стоял, куря у забора, его лицо освещалось тусклым фонарём.
— Целы ещё те штативы? — спросил Андрей, подходя ближе.
Костя повернулся, на лице — лёгкая ухмылка.
— Целы, целы. Если, конечно, кто-нибудь опять их не уронит на пол.
— Я же помог поднять. Слушай, я в суматохе так и не узнал, как тебя зовут.
Костя посмотрел на Андрея, затем перевёл взгляд на тлеющую сигарету, будто раздумывая, отвечать или нет.
— Костя.
— Андрей.
Он протянул руку для рукопожатия. Костя, помедлив, пожал её. Рука была прохладной и цепкой. Андрей почувствовал странный импульс — не отпускать. Но Костя выдернул свою ладонь.
— Может, я тебя провожу? Уже темно, — предложил Андрей.
— Нет. Не надо. Спасибо. Я сам.
Костя отшвырнул окурок, кивнул на прощание и зашагал в противоположную сторону. Андрей смотрел ему вслед, пока тёмный силуэт не растворился в сумерках. В груди чётко и ясно ёкнуло что-то тёплое и тревожное. Неужели? Неужели этот вечно пакостный, ехидный лаборант зацепил его, Андрея Хайата, видавшего всякие виды? Мысль была одновременно абсурдной — и пугающе притягательной.
