Человек из неотсюда

Позади раздалось шевеление — остальные приблизились и встали за спиной девушки. Эмми слабо улыбнулась. — Я больше не его… игрушка. Зарантил первым подошёл ближе. Он не сказал ни слова — просто положил руку ей на плечо. Рядом встал Миллес. Он долго смотрел на существо у её ног. Затем откинул прядь волос, что упала на глаза, и тихо, почти неслышно, сказал: — Ты справилась. Это было... Непросто. Сара подошла сзади и тихо обняла Эмми. Та вздрогнула, но не отстранилась. Её щека коснулась плеча Сары, и несколько секунд она просто беззвучно плакала. Железяка аккуратно приблизился. Он тихо хрюкнул, и ткнулся в ногу Эмми, вырывая её из прошлого. Девушка, опустив взгляд, погладила его по металлическому боку. — Спасибо, — выдохнула она. — Я здесь. С вами. В этот момент подошёл Такир. Какое-то время он смотрел, кажется, в саму душу девушки. Смотрел глазами, в которых всегда было слишком много понимания. — Ты молодец, — тихо проговорил он. — Ариэль… он хотел, чтобы ты страдала. Он вытащил из тебя самый тёмный страх, облёк его в плоть и металл… придумал для тебя твой личный кошмар. Старик замолчал, давая ей осмыслить. — Но ты не позволила ему победить. Эмми подняла на целителя взгляд. И впервые за долгое время в нём было что-то твёрдое. Она кивнула. — Пошли, — сказала девушка. — Дальше будет хуже. — Ага, — криво усмехнулся Миллес. — Вот этого я и опасаюсь. Отряд двинулся вперёд. Запах разложения не исчез, но стал утихать. Плоть уступала место ржавчине, кости — плитке и старым металлическим трубам, увитым паутиной. Иногда мелькали тени — кто-то скользил по боковым коридорам, не приближаясь, но следя. Несколько раз Железяка останавливался и вставал между друзьями и тьмой, но никто не нападал на них. Пока. Коридор вёл их вверх, будто внутренности крепости сами втягивали путников. И вот,наконец, они вышли на широкую площадку, где воздух становился суше. Потолок был высоким, кое-где осыпался. Из трещин пробивался холодный свет. — Там, — указал Винсент. Он стоял в тени, чуть впереди, уши оборотня шевелились. — Слышите? Скрип. Все замерли. Откуда-то сверху действительно доносился лязг, словно ветер играл листами металла. В потолке коридора зиял открытый люк. *** Один за другим друзья стали подниматься наверх. Сначала Изумруд, затем Сара, Эмми, Такир. Винсент не мог прыгнуть сам, и Зарантил с Миллесом помогли ему вскарабкаться, взяв волка под лапы, и затащив наверх. — Ну и здоровый ты, зараза, — выругался охотник, тяжело дыша. — У меня просто кость широкая, — пробурчал в ответ оборотень и усмехнулся. Друзья стояли посреди уходящего в обе стороны коридора, переводя дух. Пахло затхлостью, мокрым камнем, и чем-то тревожным, будто сама крепость затаила дыхание, дожидаясь их. И тогда стоящая отдельно от остальных Изумруд молча подняла руки. Её сила обрушилась на них подобно волне. Заклинание паралича сработало мгновенно. Мышцы Зарантила свело. Тело не повиновалось ему.. Руки и ноги обмякли, как у марионетки с обрезанными нитями. Судя по всему, та же участь постигла не его одного. Друзья рухнули на камень один за другим. И тут с двух сторон коридора, точно по сигналу, начали появляться фигуры. Юноша понял, что стражи Ариэля ждали их, расставив сети, и они не разочаровали отступника, угодив в подготовленную ловушку. Железяка, единственный неподвластный магии, зарычал и рванулся вперёд. Его клыки вонзились в бок ближайшего противника, и с мясистым хрустом тот рухнул, заливая пол кровью. Зарантил, лежащий на полу, периферическим зрением разглядел, как один из врагов быстро движется в их сторону,держа в руках странное устройство. Оно напоминало металлический тубус, на конце которого блестело тонкое жало. Он подскочил к кабану, приставил наконечник к корпусу зверя и нажал на кнопку.. Сверкнула яркая вспышка, посыпались искры, Железяка захрипел, и повалился на бок безжизненной кучей металла.. — Ннет… — всхлипнула Эмми. Она не могла даже пошевелиться, но слёзы сами стекали по щекам. Страж с устройством опустился рядом с ней. Его лицо перекосилось в мерзкой, самодовольной ухмылке. — Какая встреча, Эмми, — просипел он. — А я думал, ты сдохла где-нибудь в канаве. Он повернулся к остальным стражам: — Только посмотрите, какая редкая птичка залетела к нам на огонёк! — Калеб, — отозвался кто-то, — раз ты её нашёл, значит, она твоя. Согласны, парни? — О-оу, ещё как, — гнусно расхохотались остальные. Грубый смех отразился от стен. Калеб вернулся к девушке. Она лежала, сотрясаемая рыданиями, не в силах даже закрыть глаза. Он склонился к бывшей Ловчей, провёл пальцем по её щеке и прошептал, — Тсс, моя крошка. Не стоит. Я буду ласков с тобой... Вот только дождёмся, когда твои дружки окажутся подальше отсюда... видишь как они на нас смотрят? Эмми хотела бы закричать, но не могла. Даже дышать стало тяжело. Мерзавец гнусно ухмыльнулся. Щёлк. Короткая стрелка блеснула в свете факелов и вонзилась Калебу в горло. Тот замер, Поперхнувшись очередными гадкими словами. Захрипел, булькая и пытаясь выдернуть стрелку. Из его рта брызнула кровь. Негодяй повалился на пол, извиваясь, и замер навсегда. Миллес титаническим усилием сжал кулак, приводя в действие механизм миниатюрного арбалета, закреплённого чуть выше запястья.. — Ублюдок, — прошипел рослый страж, и несколько раз с размаху ударил охотника тяжёлым сапогом под рёбра. Но закончить он не успел. Из глубины коридора донёсся голос: — Вот и вы. Он был холоден, словно туман в горах. Из темноты вышел Ариэль. Закутанный в чёрное, высокий, худой, как иссохшая мумия. Лицо мага не выражало эмоций, но губы ухмылялись. Он скользнул взглядом по телам. — Я ждал, когда вы доберётесь. Отступник наклонился к Эмми. — Тебе понравился мой сюрприз? Я был… так разочарован, когда ты предала меня. Сбежала. Ушла, словно ты имела право на выбор. А когда я узнал, что ты идёшь ко мне… я решил... устроить праздник воспоминаний. Я же помню как ты плакала, когда он погиб. Я запомнил. И подготовил для тебя тёплый приём. Он резко повернулся к Изумруд, всё ещё стоявшей в стороне, будто кукла, исполнившая приказ. — Девочка моя… — Он нежно положил ладонь ей на плечо. — Ты принесла то, что мне нужно? — негромко произнёс чёрный маг. Та кивнула. Как послушная кукла, она медленно сунула руку за пазуху, и извлекла аккуратно завёрнутый в ткань небольшой куст. "Летний дождь". Зарантил резко вдохнул. Эта трава… Изумруд рисковала собой, чтобы спасти её. И всё это было… для него? — Спасибо, — прошептал Ариэль, бережно беря траву. — Ты была хорошим инструментом. Ты сделала всё, как я хотел. Молодец. Он ласково погладил её по волосам — левой рукой, как показалось Зарантилу, демонстративно. А ведь в их последнюю встречу рука была уничтожена Реббусом; он помнил это совершенно чётко. Это же подтвердила бы и Изумруд, которая виделась с магом совсем недавно. Она тогда отметила пустой рукав плаща, болтающийся на ветру. Рука была живой и настоящей, как будто того боя в Дракфельде не было вовсе. Не отличался даже оттенок кожи. — Но, знаешь, что делают с инструментом, когда он больше не нужен? — тем временем продолжил отступник вкрадчивым тоном... — Его выбрасывают. Ариэль коснулся щеки девушки. Разряд тьмы прошёл по его руке. Изумруд вскрикнула и рухнула, сотрясаясь в конвульсиях. Эмми резко выдохнула, Зарантил охнул, Винсент зарычал сквозь сжатые зубы, но ни один из них не мог встать. — Т-ты… — выдохнула Сара. Ариэль повернулся к друзьям, склонился и что-то прошептал. Мир потускнел, и они провалились в темноту. — В подземелье всех, — коротко бросил маг, не оборачиваясь. — Немедленно. Скоро я займусь ими. И стражники, словно марионетки, потащили бессознательные тела прочь.