Созвездия

Хакс хмурится. Кайло лежит на кровати ногами вверх, пристроив ступни на подушке (как негигиенично) и свесив с кровати копну волос. Затылок покоится на сложенных руках (а вот тут бы подушка пригодилась), взгляд устремлён в потолок. — Ты пьян? — спрашивает Хакс. Кайло качает головой, даже не обернувшись. — А что тогда? — Давай, ложись рядом. — Кайло… — Просто доверься мне хотя бы раз, ладно? — В его голосе для разнообразия нет обиды. Хакс вздыхает, стягивает с себя сапоги и перекладывает свою подушку туда, где уже находится голова Кайло. А потом ложится, смотрит вверх и… ох. На потолке проекция звёздного неба, словно в планетарии. Преимущественно чёрное (впрочем, если точнее, тёмно-серое) полотно с вкраплениями белых, голубых, жёлтых и красных пятнышек. Хакс пытается определить их местоположение, но ему проще разбираться в навигационных данных, чем на глазок. — Это реальное место? — Ага. — И где оно находится? — Не узнаёшь? Хакс щурится. Нет, не узнаёт. — Это небо над Арканисом. Примерно в то время, когда ты родился. Пришлось немного повозиться, но получилось практически точно. — Почему ты рассматриваешь звёзды над Арканисом в момент моего рождения? Кайло пожимает плечами. — Наверное, мне было интересно, что ты видел раньше. — Я нечасто смотрел вверх. — Вот как. Хакс снова вглядывается, некоторые конфигурации кажутся ему знакомыми. Это помогает определить основные звёзды и… — Какая из них была твоей любимой? — На самом деле… никакая. — Ясно, — Кайло садится. Хакс понимает, что тот собирается отключить проектор. Судя по языку тела, он разочарован. — Они красивые. Просто тогда я был занят, но сейчас могу порассматривать. Кайло замирает на несколько мгновений, а потом снова опускается на кровать рядом с Хаксом. — Полагаю, я хотел увидеть небо Арканиса твоими глазами. Глупо, но я думал, что так лучше пойму тебя. — А ты часто любовался звёздами? Кайло кивает. — Ага, у меня были собственные названия для созвездий. Я знал, чем они являются на самом деле и как в них ориентироваться, но обожал придумывать свои истории. Какое богатое воображение. У Хакса никогда такого не было. Точнее… у него не было возможности развить его. Но он понимает Кайло, понимает его попытку углубить их связь. Хакс берёт Кайло за руку и прижимается головой к его голове. — Ну рассказывай, как бы ты назвал мои созвездия. Хочу узнать, как ты их придумываешь. Кайло тоже придвигается ближе. — Ну, это явно световой меч, даже ты должен увидеть. Вон то похоже на кошку, а вот та туманность напоминает тарелку с завтраком… Хакс видит, как уменьшенные в масштабе газовые огненные шары, свет которых не похож на настоящий, преобразуются в нечто, знакомое каждому. И это правда завораживает. К тому моменту, когда Кайло заканчивает превращать безжалостную бездну в набор игрушек, Хакс чувствует тепло. Он целует Кайло в щёку и кладёт голову ему на грудь. — Я хочу, чтобы ты когда-нибудь показал мне их лично, — шепчет Хакс. — Места, в которые ты по-прежнему хочешь вернуться и увидеть. — Хорошо. Когда всё уладится. Хакс знает, что не тронутых ненавистью мест осталось совсем мало, но они имеют значение. Кайло не поступил бы так, если бы считал, что прошлое не связано с настоящим. Со световыми мечами, кошками, завтраками и так далее.