Золотой век магии и опасности

      Юджи не помнил как оказался в собственной комнате, но когда он открыл глаза то увидел перед собой хладнокровного Урауме, который водил руками вдоль тела парня. Краем глаза Итадори заметил что часть верхней одежды отсутствовала, как и бинты. В местах где Урауме прошёлся руками начали исчезать раны, даже вместо огромной раны на груди теперь красовался лишь шрам, а вот более мелкие раны не оставляли ничего.       Урауме вскоре окончил исцелять парня и почти покинул комнату, но когда услышал что Итадори безуспешно попытался встать, что не получилось из-за сильной боли в теле, произнёс:       — Сегодня можешь отлежаться, еду будут приносить сюда. Это приказ господина. — Парень даже не оглянулся и довольно быстро покинул комнату.       Впервые за долгое время в голове парня не возникло ни единого вопроса, ранее когда он оставался наедине со своими мыслями в этом месте, то постоянно размышлял, но сейчас в голове был лишь один ответ, который мог разрешить все вопросы:       «Ему просто весело и я буду жив пока не порчу это веселье» — Короткий ответ который помог разрешить все вопросы и облегчить душу. Наконец-то он смог облегчённо выдохнуть, теперь остаётся лишь соответствовать этому ответу и правилам, тогда он проживёт, почти, счастливую жизнь. Звучит не так сложно, но Король проклятий очень непредсказуем и в любой момент ему может наскучить Итадори.       Пока Юджи находился в одиночестве он осматривал всё что попадётся на глаза. В какой-то момент он обратил внимание на свои руки, они были перебинтованы. Юджи показалось странным что только их перебинтовали, ведь всё остальное было вылечено. Развязав бинты на одной из рук, Юджи взглянул на неё и выглядела она просто ужасно. Примерно по локоть кожа была шершавой, треснувшей, словно после ожога, ближе к кончикам были видны отмершие куски кожи, которые вот-вот отвалятся, а раны начнут кровоточить. Ногти тоже пострадали, на многих пальцах половина ногтевой пластины отсутствовало, что тоже приносило невероятную боль, даже слабый воздух, который касался оголённой кожи, приносил дискомфорт.       Итадори долго не мог понять в чём причина столь больших повреждений, но после осознал — техника, та самая тёмно-красная искрящаяся энергия, которая появилась в момент, когда он мог погибнуть. Похоже руки выглядели ещё хуже до помощи Урауме, раз даже он не смог привести руки в более-менее нормальное состояние. И всё же изувеченные руки навели на Итадори мысль — изучить технику которой воспользовался Урауме, она могла бы пригодиться ему.       Шли дни, недели, месяца. Каждый день был почти идентичный предыдущему. Всё начиналось с завтрака, затем изнурительные тренировки в одиночку, обед, тренировки, ужин и сон. Иногда вместо тренировок Юджи читал книги, которые не так давно появились в его комнате, что-то вроде презента за хорошее поведение. А вот ужин периодически пропускался, вместо него происходили ночные «прогулки» с которыми Юджи справлялся всё быстрее и быстрее, каждый раз он убивал каждое проклятье при помощи одной и той же техники. Каждый раз он всё же приходил с сильными ранениями, особенно в моменты когда проявлялась «чёрная молния», так решил её назвать парень, сколько бы битв не прошёл Юджи, но ни в одной из них он не смог применить технику по своему собственному желанию, она всегда проявлялась в моменты того самого прозрения, когда он находился на грани проигрыша, но даже в моменты проявления техники Итадори не мог контролировать силу или направить её так, чтобы она не разрывала кожные ткани рук, но всё заканчивалось тем, что Итадори просыпался в своей постели, а над ним потеет Урауме, который старательно пытался залечить даже тяжкие раны на руках. В один из таких дней, когда Урауме уже пытался уходить, Юджи внезапно спросил:       — Что за технику вы используете? — Урауме кажется слегка дёрнулся, ведь раньше они не то что не говорили руг с другом, они даже не смотрели в глаза, предпочитая игнорировать существование друг друга.       — Это обратная техника. — Повернувшись в сторону Юджи, кратко ответил парень.       — Как она действует?       — Неужто хочешь выучить её? — Итадори кивнул. — Что ж, думаю для тебя это будет полезным. Встретимся после обеда в саду, я расскажу тебе основы, но не более, у меня не так много времени. — На этом и был окончен разговор.       Как и было обещано, после обеда Юджи направился в сад. Стоило распахнуть сёдзи и в лицо тут же подул прохладный воздух с запахом чего-то нежного, запах крови, плоти и смерти уже даже не вызывал тошноты, но от цветочного запаха хотелось расплакаться. Только несколько дней назад на улице началась весна, пусть всё ещё дул прохладный ветерок, но за то светило яркое солнце, которому Итадори был очень рад, ведь зимние пасмурные дни очень наскучили ему.       Итадори шагал по щебневой тропинке в огромном саду, пусть он здесь бывал уже несколько раз, но сейчас пейзаж немного изменился. Снег уже растаял, трава начала зеленеть, а на месте опавших листьев на красивых деревьях уже появлялись почки новых листочков, а где-то даже виднелись бутоны бледно-розовых цветов. В маленьком пруду, который ранее был покрыт льдом, плавали несколько разнообразных рыб Кои, а на поверхности виднелись кувшинки. Каждый раз когда Юджи проходил через этот сад, он чувствовал себя лучше, здесь он мог дышать полной грудью и забыть об ужасах которые творились в стенах этого поместья. По сравнению с самим зданием, сад выглядел так, словно здесь никогда не ступала нога Двуликого.       Довольно быстро Юджи подошёл к просторной тренировочной площадке, которая выглядело как прямоугольное поле, которое так же было заполнено щебнем, а у краёв стояли стойки для оружия, но если в обычных тренировках использовалось деревянное оружие, то здесь настоящее металлическое, на любой вкус.       В тени на крыльце сидел Урауме и смотрел в небо, но услышав приближающиеся шаги обратил внимание на Юджи, а после похлопал ладонью около себя, тем самым предлагая сесть. Итадори быстро среагировал и уселся рядом.       — Как ты уже знаешь проклятая энергия появляется из отрицательных эмоций, но вот в случае обратной техники всё иначе, она используется при помощи положительной энергии. — Начал своё пояснение Урауме и уже шокировал Юджи. — Но всё не так просто как может показаться, не достаточно одних позитивных эмоций как в случае с проклятой энергией. Положительная энергия получается при использовании двух источников проклятой энергии которые умножаются друг на друга. — Урауме создал небольшой, но острый кусок льда, после чего сделал небольшой порез на своей руке, после чего сосредоточился на порезе и тот вскоре начал затягиваться. — Это основной принцип действия, более сказать не могу. Я не владею этой техникой в совершенстве, но другие маги тебе скажут абсолютно то же самое. Не смотря на то, что в эту эпоху обратная техника встречается крайне часто, овладеть её может не каждый, в основном только именитые кланы по типу Фудзивара, Камо или Сугавара, чаще достигают в этом успехов, но даже гении их кланов тратят на это несколько лет.       — А Дву… господин, тоже владеет этой техникой? — Урауме косо посмотрел на Юджи, но всё же ответил.       — Нет, господин владеет немного иной техникой, она сильнее, но позволяет исцелять только своё тело. Простым людям подобной техникой обладать не дано. — Иногда складывалось такое ощущение, что Урауме не мог завершить предложение так, чтобы при этом не превознести Сукуну над всеми существами, но Юджи этому уже давно не удивлялся. — В окружении господина есть ещё несколько шаманов, но самые выдающиеся — трое, ты их уже видел, но они не обладают этой техникой, да и вовсе к ним лучше не приближаться, особенно к женщине — Йородзу, та ещё прилипала, грёбаная сука. — Урауме злобно прикусил палец до крови, а если тот злился, то дело точно касалось Сукуны. — Кхм, в общем ей не нравятся самые приближённые к Сукуне.       Закончив разговор, Урауме встал и засунув руки в рукава молча ушёл.       «Умножить отрицательную на отрицательную… И что это вообще должно значить? — Юджи развязал бинты на одной из рук где всё ещё красовались свежие раны, он прикрыл глаза и погрузился в свои раздумья, он попытался как-то направлять энергию в разных направлениях, но получалось лишь калечить собственные руки, которые и так выглядели плачевно. — Уйдут годы…»