Amore Mio.
28 марта 2026 г., 17:54
Примечания:
ПБ включена!
***
«Мы едем во Флоренцию». Эти слова проносились в голове Стефана уже полдня, но осмысление никак не поспевало за ними. После задания он был никакой, всё ещё находился в каком-то трансе, когда к нему вдруг заявился Макс с удивительной новостью: что-то быстро рассказал и ушёл к Саре. Стеф толком его и не слушал — только прокручивал в голове первые сказанные слова. Флоренция... Италия... На самом деле он был не против покинуть Соларум хоть на время. Нормально отдохнуть не только от работы, но и от холода, который стоял в башнях уже несколько дней непонятно почему. А так как начинался июнь, в Италии погода наверняка стояла восхитительная. Собрав все нужные вещи, Луцем заявился к нему вечером, и Стеф наконец принялся детально расспрашивать обо всём. — Я еле добился, чтобы нас хотя бы на три дня отпустили с Соларума, — начал Макс. — Посмотри, какой ты уставший и злой. Тебе нужен отдых. Плюс: я подготовил сюрприз, а отказы не принимаю. Стефан скептически рассматривал его, сидя в кресле и докуривая сигарету. — Допустим. Почему именно Флоренция? Других мест не нашлось? — А ты и этим недоволен? Радуйся, что дают. — парировал Макс. Стеф затушил окурок. — Я просто хочу понять, что творится в твоей чёртовой голове и нахера ты решил тащиться в Италию. Жалеть меня не надо, если что. «Уставший и злой» — не оправдание. Я всегда такой, если ты забыл. Макс вздохнул, подошёл ближе, наклонившись. — Мы никогда не выбирались куда-то вместе, так дай этому совершиться сейчас. Янтарные глаза скользнули по бледному лицу Макса, задержались на губах, и Стеф всё-таки откинулся в кресле: мол, ладно, валяй.***
За три дня, говорят, можно горы свернуть. Но сил на это у Стефана не было. Флоренция встретила их ярким солнцем и, конечно, дохера туристов ведь в начале лета это привычное дело. Но Стефан чувствовал неожиданное спокойствие, разглядывая знакомые здания и фасады, слыша родную речь... Где-то глубоко внутри шевельнулась ностальги, смешанная с грустью. Макс, к счастью, оказался куда более организованным: снял им комнату в местном доме. От Стефа требовалось только открывать рот, чтобы говорить с местными. Ну чудо, а не мужчина! Когда они заселились, Стеф всё же решил показать Максу улицы города получше. Сам он был здесь последний раз лет десять назад, проездом, лишь бы не возвращаться в Соларум на «важные дела». Макс разглядывал всё с неподдельным интересом — он впервые оказался в таком солнечном городе и то и дело слушал Стефана, который лениво рассказывал что-то по пути. Стефана вдруг окликнула девушка. На вид ей можно было дать меньше тридцати, но на самом деле ей уже было около тридцати двух. Он узнал её сразу — Дебора. Десять лет назад они случайно познакомились: она работала смотрителем в местном музее и очень любила искусство. Стеф перевёл взгляд на Макса. — Иди пока погуляй. Макс приподнял бровь. — Как скажешь, мамочка. Стеф пихнул его в бок, и Луцем удалился с тихим смешком. А сам подошёл к темноволосой девушке, которая тут же обняла его, коснувшись губами щёк. — О, я и не думала, что вообще тебя встречу! Десять лет не виделись, а ты совсем не изменился! Стеф скупо улыбнулся. — Как я и в прошлый раз говорил: хорошие гены. Как ты? Как жизнь? Она махнула рукой. — Замуж вышла, работаю реставратором. Ничего удивительного. А ты? Жена, дети? Она окинула его взглядом: довольно высокий, в черной рубашке с короткими рукавами, открывающей шею и чуть прикрывающей ключицы, тёмные шорты ниже колена, подтяжки, на глазах — солнцезащитные очки. «Упаси Звёзды, блять, мне детей иметь», — с отвращением подумал Стеф. Нет уж, пусть на нём это проклятие и кончится. — Дебора, я повторюсь: детей не хочу, а жена меня не вытерпит. Та хмыкнула. — Дурак ты. Какие гены теряет твоё потомство! Ну да ладно. С другом-то всяко лучше гулять, да? — она перевела взгляд на Макса. Тот стоял у прилавка с фруктами, и продавщица что-то оживлённо говорила ему на итальянском, а он, ничего не понимая, лишь кивал. Стеф вздохнул, глядя на это, и снова повернулся к Деборе. — Не важно. В общем, я пойду. Рад был тебя увидеть. — Надеюсь, ещё свидимся! «Вряд ли», — подумал Стеф, но, попрощавшись, направился к Максу. Женщина всё ещё упрямо уговаривала его купить сладких персиков: мол, он такой прекрасный и красивый, а с такой бледной кожей витамины просто необходимы. Стеф, не скрывая усмешки, решил помочь ему. Подойдя к прилавку, он быстро сказал на итальянском, что они возьмут эти злополучные фрукты, а потом как сделка состоялась, они двинулись дальше. Макс нёс пакет с персиками и покосился на него. — А ты чего ей сказал? — Что ты, дубина, не понимаешь по-итальянски и вообще немой, — простодушно ответил тот, поймав осуждающий взгляд. Стефан вздохнул. — Ты даже шуток не понимаешь. Ладно, просто поблагодарил за всё. Не больше. Макс помолчал, а потом снова спросил: — А что это была за девушка? Она тебя целовала. Стефан повернулся к нему. — Ой, ну не ревнуй, солнышко, — язвительно протянул он. — Привыкай, в Италии это норма. Макс лишь цокнул, но потом принялся рассказывать о своих открытиях за день и о том, как переводил какие-то итальянские фразы.***
На второй день настала очередь сюрприза, но он должен был случиться вечером. Снова прогулявшись полдня по городу, Стеф в очередной раз всё проклял, и они вернулись обратно, наслаждаясь просто обществом друг друга. Так что Водолей успел и порисовать, и поспать — самый лучший трёхдневный отпуск. Он всё равно пытался выведать у Макса, что именно за сюрприз его ждёт, потому что этот звезданутый мог придумать что угодно, и это не могло не пугать. Доверяет ли ему Стеф? Конечно да. Но с лёгким сомнением в отдельных моментах. И не зря. Когда наступил вечер, Макс потащил его в центр города, и тогда он понял, что за сюрприз: выставка железяк. Точнее, машин и мотоциклов, самых разных моделей, в основном раритетных. Да, они как-то говорили об этом, но мельком, случайно. Стефан и не думал, что тот захочет потащить его на открытую выставку. Потому что Стефан недолюбливал все эти «чудеса техники» и не понимал в них толка. Но он не признаётся, что некоторую технику откровенно боится. Дан как-то прознал об этом и шутил целую неделю, но Стефан быстро заткнул эту «пенсию», который и сам-то больше любил лошадей, чем эти загрязнители воздуха. Машины может, ещё куда ни шло, красивые, но мотоциклы... Ох, сколько раз он видел эти аварии.... К чёрту всё это. Макс глянул на него. — Ну как тебе? Стефан окинул взглядом людей и машины, прищурился. — Ну, это пиздец. Макс ничего не понял и хотел переспросить, как вдруг кто-то решил протестировать спорткар: завели, а потом ещё и дрифтить начали. Стефан тут же отступил назад, вцепившись в Макса, а глаза горели огнём, злость и лёгкий страх перемешались в них. Макс недоумевал. — Так тебе не нравится, что ли?... — Блять, ну ты возраст-то мой учитывай, — чуть ли не зашипел Стефан. — Я к этим железякам до конца привыкнуть не могу, а ты меня сюда притащил! Хотя он понимал, что Макс не виноват, тот же не знал. Луцем посмотрел на него, вздохнул, перехватил его руку, чувствуя очередную бурю у него в душе. — Ладно, надо было спросить. Пошли отсюда. И повёл его прочь. Стефан чувствовал неприятный осадок внутри: тот ведь старался, но страхи снова оказались сильнее. В тот вечер они почти не разговаривали.***
Последний день начался как обычно. Макс вёл себя спокойно, будто вчерашнего и не бывало, а Стефан никак не мог заставить себя хотя бы сказать: «ты не виноват» — и потому ходил мрачнее тучи. Полдня они снова гуляли, говорили. Стеф решил насладиться хотя бы местной едой, которая напоминала дом, и уже мысленно готовился возвращаться в Соларум, как вдруг Макс после кафе спросил. — А есть тут какая-нибудь возвышенность... Ну, холм, откуда открывается вид на город? Стефан задумался. — Ну, деревня недалеко есть, Фьезоле. Она на холме. — Он прищурился. — Что ты задумал? Макс помедлил, а потом взял его за руку и повёл. Стефан ничего не понимал, пока не оказался рядом с мотоциклом. Макс успел его арендовать! В душе тут же зашевелилось нехорошее предчувствие, и Водолей отступил. — Нет уж, даже не думай! Я на этом не поеду! Ты забыл, что вчера было? — Надо бороться со своими страхами, — спокойно сказал Макс. — Плюс: ехать недолго. Давай. — Сука, Луцем, если ты меня посадишь на это... Клянусь, до Соларума ты точно не доживёшь! Но Максу было откровенно плевать на угрозы, он просто притянул его ближе. — Ради меня. Доверься. Стефан молчал, пылая от злости и проклятого страха, но, пересилив себя, всё же сел на злополучный мотоцикл и вцепился в него мёртвой хваткой. — Если разобьёмся... Я тебя буду добивать даже в полусмертном состоянии. — А ты перестань думать о плохом. Луцем умел водить мотоцикл: где-то в шестнадцать решил попробовать, друзья научили, так что в себе он не сомневался. Сначала он ехал медленно, стискивая зубы каждый раз, когда Стефан вцеплялся в него так, будто собирался разорвать на части, но постепенно хватка ослабевала, и тот, видимо, даже решился открыть глаза, чтобы посмотреть по сторонам. Под конец дороги Макс прибавил скорость, и они быстро добрались до деревни. Красота открылась неописуемая: повсюду зелень, солнце клонилось к закату, а с возвышенности взгляду открывалась долина Арно и Флоренция, окружённая зелёными холмами и виноградниками. Стефан смотрел на этот пейзаж и чувствовал, как захватывает дух — это было просто чудесно. Он уже представлял, сколько рисунков появится в его блокнотах и как долго он будет вспоминать этот момент. А следом пришло понимание: Макс пошёл наперекор его страхам, помогая, и Стефан доверился. Звёздный сын был слишком хорошим для этого мира. Прикрыв глаза, Стефан наконец повернулся к нему, подошёл ближе и вдруг сам проявил инициативу: положил руки на чужие плечи и мягко улыбнулся. — Это были самые лучшие три дня за всё это дерьмовое время. Макс улыбнулся в ответ, глядя в янтарные глаза, и коротко поцеловал в губы, погружаясь в холод родной души.
