За гранью-нормы

Не забываем про тик ток: Evelyn Rivers Приятного прочтения💞 ————————————————————— Тони рухнул на сиденье автомобиля и с силой захлопнул дверь. Визиты к матери давались ему с трудом. Последний раз он был здесь годы назад, в день ее смерти, оставляя на могиле охапку белых хризантем. Старые, сгнившие цветы застилали землю мертвым ковром, который он никогда не решался убрать. Время не лечило его, вопреки расхожим фразам: оно лишь глубже загоняло осколки воспоминаний в кровоточащее сердце. Глядя в зеркало, Старк видел в своих шрамах прямое отражение собственной изуродованной души. Он медленно провел пальцами по неровной коже, а затем внезапно зашелся в безумном захлебывающемся хохоте. В этом припадке он принялся яростно терзать старые рубцы, словно пытаясь содрать это уродство вместе с лицом. Агата, сидевшая рядом, в ужасе наблюдавшая как её «хозяин» окончательно теряет связь с реальностью. Теперь девушка видела безумие в лицо: оно билось в конвульсиях прямо перед ней. Тони задыхался в истерическом хохоте, пока по его щеках катились слезы, а ногти яростно терзали и без того изувеченную кожу. Каждый его смешок больше походил на предсмертный хрип, от которого у девушки леденела кровь. Внутри Морт боролись парализующий ужас и странное, почти болезненное сочувствие. Она понимала, что любое неосторожное движение может сделать только хуже, но не смогла остаться в стороне. — Мистер Старк? — почти шепотом позвала она. Голос дрожал, выдавая её страх, но она медленно протянула руку, замерев в считанных сантиметрах от его плеча, не решаясь коснуться живого воплощения боли. Тони не среагировал. Он провалился в личный ад, где безумный хохот и рыдания сплелись в единый клубок агонии. Когда смех окончательно превратился в надрывные всхлипы, Агата решилась: она резким движением подалась вперед и обняла его, прижимаясь всем телом в отчаянной попытке заглушить этот приступ. Она тихо гладила его по спине, надеясь вернуть к реальности, но недооценила. Он с легкостью оттолкнул от себя Морт, практически впечатав её в пассажирское кресло, а сам развалился на водительском. — Объясни мне...как можно любить такое чудовище? — его голос сорвался на хрип, когда он наконец-то убрал руки с лица. — Как можно смотреть на чудовище и уверять что я не монстр? Как можно верить, что во мне осталось хоть что-то человеческое? Девушка молчала, она не могла найти правильных слов. Таких, которые не обидят Тони ещё больше, а наоборот утихомирить его. Но Старк продолжил. — Она...она твердила мне это каждый проклятый день, — с горечью выдохнул он, пытаясь выровнять рваное дыхание. — Любила меня наперекор всему. Даже после того как папаша сотворил со мной это — он криво усмехнулся, — И не только он сотворил это, ведь приходить почти каждый  день с «задания» с новым шрамом. — Тони отвернулся к холодному стеклу. — Материнская любовь не подчиняется к логике, — Агата осторожно накрыла его плечо рукой. — Она просто существует. Чтобы не вытворял отец, или ваши «задания», вы оставались её сыном. И в этом вашей вины нет. — Ты понятие не имеешь, о чём говоришь, — Старк обреченно качнул головой. — Я подвёл её. Не вытащил её с этого ада, не подарил ей лучшую жизнь. Я был лишь обузой. Она терпела это, чтобы моя голова была под крышой. Лучше бы мы сгнили на улице, и были свободны от него. — Я никогда не знала о своей матери, — тихо произнесла Агата, её слова заставили Тони на мгновение замереть. — Для меня «материнская любовь» — это нечто из книжек. Но у меня была тётя. Она стала для меня всем. Она вспомнила тепло рук Розы и то, как та смотрела на неё — с той же безусловной нежностью, о которой сейчас с такой же болью говорил Старк. — Она любила меня как родную дочь. Такой, какая я есть, она хотела сделать мою жизнь лучше, она не бросила меня как моя родная мать, когда узнала что у меня «Шизофрения». Сейчас она бы сказала тоже самое: «ребенок не может быть обузой для того, кто его любит.» Она никогда не считала меня монстром. Тони резко сократил дистанцию, почти коснувшись носом лица Агаты. Она инстинктивно попыталась отпрянуть, но его тяжелая ладонь на затылке пересекая любую попытку к бегству. Старк притянул её к себе вплотную, лишая возможности шевельнутся. Его дыхание — горячее, порывистое — обжигало кожу, оставляя в холодном воздухе салона белесое облачко пара. Напряжение между ними стало почти осязаемым. Они замерли, соприкасаясь лбами в тяжелом, многозначительном молчании. Девушка чувствовала, как лицо заливает жаркий румянец по телу немигающим взглядом. Тони медленно, почти невыносимо провел большим пальцем по её пылающей щеке, словно изучая эту внезапную реакцию. — Мы оба — порождения тьмы, Агата, — прошептал Тони, не разрывая зрительного контакта. — Два хищника, запертых в одной тесной клетке. Мы можем грызть друг другу глотки до самой смерти, а можешь начать охотиться вместе, пожирая этот мир. Агата судорожно вздохнула, утопая в его карих глазах, где за ледяным контролем бушевал шторм безумия. Старк медленно потянул замок её куртки вниз, и его рука скользнула под платье девушки, его пальцы обжигали кожу на талии холодным властным прикосновением. — «Агата, нет!» — твердил ей голос в голове, похоже на голос ангела. — «Агата, да!» — отозвался голос, теперь похожий на дьявола. Он....он так нужен мне — «Тебе нужен психолог» — сказал добрый голос. — «Нет! Ей нужен псих!» — крикнул злой голос. Приблизившись к самому её уху, он опалил шею горячим дыханием. По спине Морт промчалась дрожь, когда его хриплый голос коснулся её сознания: — Мы не имеем ничего общего с этой серой массой снаружи. Мы — иная ступень. Мы лучше их всех, детка. Тони склонился к пульсирующей вене на шеи Агаты, напоминая хищника замершего перед броском. Его губы едва касались кожи, словно вампир, выбирающий место укуса. Это близость — опасная и пьянящая — была для него лишь в новинку: ни одна прежняя жертва не пробуждала в нём такой жажды. — Мы познали истинную силу, — возбуждённо шептал он, не желая разрушать хрупкий момент. Его ладонь властно сжимала талию девушки, притягиваясь её к себе. Агата теряла связь с реальностью, неосознанно льнула ближе, их тела разделял лишь подлокотник. Старк наслаждался этим мучительно-сладким контролем. — Мы оба знаем вкус мести за тех, кого любили, — его пальцы очертили контур её спины, чувствуя что она дрожит, но все равно тянется к нему с тёмным желанием. — Вы не понимаете... — едва слышно прошептала Морт, пытаясь найти остатки воли. — Мы не должны... Старк не дал ей закончить, внимая своё «Можем» прямо ей в губы. Голос вибрировал от первобытной власти: — Мы вольны делать всё, что только пожелаем. Тебе нужно лишь полностью отдаться мне. Доверять мне. — «А что если я стану зависимой от него? Его вещью?» — лихорадочно думала Агата, глядя на его полыхающие глаза. Страх и возбуждение сплетались в тугой узел, лишая воли. Тревога впивалась в сердце острыми когтями, но тело уже сделало свой выбор. Тони прервал её внутренний крик. Жадно прильнув к её шеи. Он прикусил нежную кожу, оставляя багровую метку, и низко, утробно зарычал, заставляя девушку выгнуться навстречу. Отстранившись лишь на дюйм, он выдохнул ей в губы: — Скажи...чего ты жаждешь прямо сейчас? Её зрачки расширились, превращая глаза, в бездонные черные колодцы, полные темного азарта. — Уберите этот чертов подлокотник! — выдохнула она, срываясь на шепот. Старк хищно усмехнулся и одним резким движением отбросил преграду. В тот же момент Агата переметнулась на его сторону, по-хозяйски оседлав его бедра. Она чувствовала его жестокость и жар сквозь одежду, и это пьянило сильнее любого вина. — И что теперь, детка? — Тони изогнул  бровь, его ладони властно легли на её ягодицы, притягивая её к себе максимально плотно. — Мне просто нравится доминировать — прошептала она, глядя на него сверху вниз. Тони разразился коротким, хриплым смехом — искренним и пугающим одновременно. В груди у Морт разлилось томительное тепло: она окончательно утонула в его дьявольской харизме. — Ты лишаешь меня рассудка, моё прекрасное безумие, ты в курсе? — он улыбнулся, не сводя взгляда с её губ. И нажал на кнопку зажигания, пока машина наполнялась их общим жаром. — Я думала, безумнее уже некуда, — она невинно повела плечом, и Старк снова рассмеялся, любуясь её смелостью. Пользуясь моментом, она скользнула ладонью по его груди. — Мы можешь заехать ко мне домой, Тони? — она произнесла его имя так, словно это была молитва и проклятие одновременно, нежно очерчивая контур его губ пальцем. — Разумеется, моё прекрасное безумие, — отозвался Старк без тени колебания. Морт ошеломленно замерла, не ожидая, что он так легко пойдет ей навстречу. Но Тони, чей взгляд потемнел от едва сдерживаемого вожделения, добавил с хрипотцой. — Но только если ты немедленно слезешь с моих колен. Иначе я не доеду до твоего дома и разложу тебя прямо на этом руле. — он огладил её бедра, подчеркивая опасную близость их тел. — Не сочти меня окончательным слетевшим с катушек маньяком, просто в тебе сочетается чертовская сексуальность с этой пугающей чистотой. Я бы взял тебя прям здесь и сейчас — и уверен, ты бы только умоляла о продолжении. Но я приберегу этот десерт для более подходящей обстановки. Старк многозначительно подмигнул ей с хищной усмешкой. Агата, вспыхнув от его слов и чувствуя, как внутри все завязывается в тугой узел желания, притворно- обиженно выдохнула и не хотя перебралась на пассажирское сидение.