Если бы ты сказал "нет"

"— Я собираюсь поцеловать Джеминая по-настоящему…" "— Ха-ха-ха, Джеминай"   Форт невесело ухмыльнулся – подобных видео со съемок их с Джеминаем лакорнов на просторах интернета было бесчисленное множество, но сейчас натыкаться на них (а не видеть их было невозможно) было особенно тоскливо. Каким же беззаботным казалось то время – съемки "Исчезающей первой любви" были одними из самых веселых, в которых приходилось участвовать Форту, точно так же, как и съемки "Моего школьного президента".   Тогда все казалось намного проще. То, что начиналось как невинные шутки, легкий фансервис или простое ребячество, переросло в настоящую проблему.   Еще в начале января Форт не мог и предположить, что его год начнется так неудачно.   Это было очередное мероприятие. И, как и всегда после того, как они с Джемом спели песню, ведущий втянул их в разговор. В задаваемых вопросах не было ничего нового: их спрашивали о впечатлениях от мероприятия, просили рассказать об их совместной работе и передать пару слов фанатам. Настроение было игривым, и Форт с удовольствием отвечал на все и был открыт к диалогу.   В последнее время ему действительно казалось, словно за спиной выросли крылья: энергия лилась из него рекой, а улыбка не сходила с лица. У них с Джеминаем была запланирована куча совместных мероприятий, и они очень много времени проводили вместе. Но и вне сцен и камер они все чаще зависали вместе: ходили вместе ужинать, старались выбраться на прогулки, если была возможность, и даже хотели отправиться в совместную поездку в Чиангмай, когда их график станет не таким загруженным.   А еще они переписывались. Много переписывались. Отправляли друг другу смешные видео, обсуждали работу или просто обменивались ничего не значащими сообщениями.   И Форт все чаще ловил себя на мысли, что от всего этого чувствует себя до неприличия счастливым. Джеминай стал для него кем-то особенным, человеком, с которым хотелось быть как можно чаще и говорить обо всем на свете.   И сейчас, стоя на сцене в свете софитов, Форт не мог сдержать своей радости – хотелось поделиться своим хорошим настроением со всем миром. Ведущий задал очередной вопрос о работе. — И я, и Джем очень много работаем каждый день. В последнее время у нас нет времени на полноценный отдых. Я хочу, чтобы он немного отдохнул, — он игриво посмотрел на Джеминая. — И хочу сказать, что люблю тебя. — Воу! — со смехом произнес Джем. Форт не в первый раз на публику говорил о том, как дорог ему Джеминай и как он его любит. Но именно сейчас, когда он произнес это, в его груди не секунду будто что-то замерло. — Я действительно люблю его, — Форт сам поразился серьезности своего голоса. — Никогда не думал, что смогу так сильно полюбить мужчину, никого, кроме своего отца. Но вот он.   Теперь Форт знал, что по-настоящему чувствует. В этот момент он в упор посмотрел на Джема. Улыбка на лице того словно застыла, и Форт понял: Джем знал тоже. — Он слишком много думает, — засмеялся Джеминай, сглаживая неловкость ситуации. — Хочется, чтобы Форт поменьше думал – и в работе, и в жизни он и так хорош. Ему нужно снизить свои ожидания и жить спокойной жизнью. Почему-то эти слова укололи Форта, но он не подал виду, продолжая слушать речь своего партнера.   После мероприятия, когда парни уже переоделись и должны были разойтись по машинам, Форт предложил: — Не хочешь поужинать где-нибудь? Джем кинул на него нечитаемый взгляд и отрицательно покачал головой: — Сегодня у меня есть планы, так что не получится, — и, даже не попрощавшись, парень направился к машине, оставляя озадаченного Форта позади.   В течение следующих нескольких дней они не виделись и почти не общались, что немного тревожило Форта. Обычно они хотя бы перебрасывались сообщениями, но не все попытки парня завести разговор Джеминай отмахивался короткими фразами и ссылался на занятость. Форт мог это понять – у Джема были запланировано несколько сольных мероприятий и плюс съемки в лакорне, так что он решил не беспокоить друга.   А еще Форт переживал.   Осознание глубина своих чувств к Джеминаю выбило его из колеи. Тем более, что эта вспышка произошла прямо в разгар концерта, на глазах множества людей. Ему ведь не показалось, что Джем тоже все понял? Ему хотелось бы поговорить с ним об этом, но он даже не знал, как начать разговор.   Следующим общим мероприятием была церемония одной ежегодной премии. Событие было достаточно крупным, поэтому перед началом их перехватили журналисты, чтобы взять небольшое интервью. И, конечно же, их опять спросили о совместной работе и общем пути. — Я чувствую, что люблю Джеминая, у нас есть связь, — и сейчас Форт вкладывал в свои слова как никогда много смысла. — Мы уже несколько лет работаем вместе, я был с ним долгое время, работал, и чувствую привязанность. Я счастлив быть партнером Джеминая. — А что насчет Джеминая? — спросил интервьюер. — Я тоже благодарю его, и чувствую то же самое, — ответил Джем. Ответ показался Форту сухим, и он решил немного разрядить обстановку. — Ты любишь меня? — игриво спросил он, хлопая глазами. — Люблю-люблю-люблю, теперь доволен? — это прозвучало от Джема так громко и даже раздраженно, что Форт даже опешил. Но, как казалось, в общем шуме никто этого не заметил. — Люди могут любить друг друга. Это нормально, — серьезно сказал он, в упор смотря на своего друга. Он видел, что Джем был зол, и не до конца понимал, почему. Он не настроен на диалог?   На церемонии Джеминай казался безучастным и отстраненным. Форт даже не сразу заметил, когда мероприятие подошло к концу и все начали покидать зал – так он погрузился в свои мысли.   Джема он нагнал уже в коридоре на пути к гримерке. Переодевались молча. Видимо, уходили они последними, потому что даже стафф почти разошелся. Обычно тишина между ними не была такой гнетущей, но сейчас Форт чувствовал необъяснимое давление. Джеминай выглядел дерганым и раздраженным, поэтому парень никак не решался заговорить с ним.   Коридор, по которому они шли к парковке, был пустым и мрачным – свет уже приглушили. — Джем, — решился позвать Форт, потому что парень бежал впереди, словно торопясь покинуть здание как можно скорее. Джеминай остановился и резко обернулся. — Что? — как-то устало проговорил он. — Ты чем-то расстроен? — Форт внимательно смотрел на парня. — Весь вечер ты был какой-то напряженный. Поделись со мной. — Ничего не случилось, — вздохнул Джем. — Просто все твои громкие слова, улыбки – всего этого как будто слишком. — Мои слова и улыбки? — непонимающе переспросил парень. — Что ты имеешь ввиду под этим "слишком"? — Ты прекрасно меня понял, — внимательно посмотрел он на Форта. — Все эти твои слова о любви на публике – их стало слишком. Все эти прикосновения и улыбки – всего этого стало непереносимо много, Форт. — Прости, если я перегнул палку, — грустно произнес парень, опустив взгляд в пол, но говорил решительно. — Наверное, я не должен был так распаляться на публике, но это действительно то, что я чувствую, Джем. Ты действительно небезразличен мне. И не как друг. Он с опаской поднял глаза на Джеминая. — Нет, — в неверии замотал головой парень. — Ты просто заигрался, Форт. Все эти съемки, мероприятия и фансервис кого угодно собьют с толку. Не думаю, что твои чувства настоящие. Сердце Форта сжалось, дышать стало тяжелее. От слов друга он одновременно почувствовал злость и горечь. — Не говори так, — произнес он. — Ты не можешь говорить мне, что мои чувства ненастоящие. Я знаю, что чувствую, и ты не можешь меня судить. — Но это бред! — сорвался Джеминай. — Мои чувства для тебя – бред? – внутри все похолодело. — Не говори мне, что не догадывался, что я чувствую к тебе. Джем снова тяжело вздохнул, пытаясь сдержать раздражение. — Я понял. — просто произнес он. — В тот день, когда мы стояли на сцене и ты сказал о том, что никогда не думал, что сможешь так сильно полюбить мужчину, я все понял. Но я не хотел заострять на этом внимание, чтобы не портить то, что у нас есть сейчас. В глазах Форта запекло. — Просто дай мне шанс. Дай нам шанс быть чем-то большим. Я люблю тебя, Джем, — это был почти шепот, обреченный и горький. — Нет, — твердо произнес Джеминай. — Нет! — он закричал, с разочарованием взглянув на друга. — Этого никогда не случится, Форт.   Джеминай злился, а у Форта под ногами как будто разверзлась бездна, которая вот-вот поглотит его. Хотелось банально разрыдаться от всепоглощающей боли, которую он испытывал в этот момент.   Джем еще раз бросил взгляд уже, кажется, на бывшего друга и ушел. Вот так просто, оставляя Форта одного в этом мрачном коридоре с дырой вместо сердца в груди.   Форт не помнил, как добрался до дома. Все последующие дни слились для в единый серый поток – не хотелось ничего и никого видеть. Хотелось просто лечь, укрыться от всего мира и перестать существовать, лишь бы эта боль прекратилась.   С Джеминаем они увиделись только на следующем совместном мероприятии почти две недели спустя. Пока их красили и собирали, они не произнесли друг другу ни слова, лишь пытались поддерживать беседу со стаффом. Оба делали вид, что ничего не произошло, но и заговорить друг с другом не могли.   Снова стоя на сцене перед множеством людей, Форту хотелось просто уйти, чтобы не натягивать на лицо фальшивую улыбку. Вдобавок ко всему, он не очень хорошо себя чувствовал не только морально, но и физически – сил не было, было трудно дышать и в помещении было ужасно душно.   Ведущий начал какую-то тему про любовь и видимо задал вопрос (иногда Форт терял нить разговора), на что Джеминай произнес: — Любовь всегда побеждает. От этого ответа Форту захотелось рассмеяться. — Нет, — произнес он, в упор смотря на своего партнера. — Любовь ослепляет людей.   Ожидаемо, после мероприятия Форт почувствовал себя еще хуже. Болезнь оказалась настолько серьезной, что пришлось даже лечь в больницу. В каком-то смысле он был даже рад: эта маленькая передышка от встреч с людьми нужна была ему, как никогда.   Но работа не ждала, и уже через несколько дней парню пришлось вернуться в строй, хотя он хотел бы побыть в постели подольше. Первым его мероприятием после выписки была игра в футбол между командами двух разных спортивных брендов.   И снова камеры, журналисты, вопросы. — Врач что-то запретил тебе? — получил он ожидаемый вопрос. — Есть что-то, что тебе запрещено делать после выписки? — Мне запрещено влюбляться, — попытался он перевести все в шутку. Хотя шуткой это совсем не было.   После всего произошедшего дальнейшая работа с Джеминаем не клеилась. Видя это, количество их мероприятий руководство неумолимо сокращало, деля их на соло. Форт видел, к чему все идет, но ничего не мог с этим сделать. Ведь нельзя заставить человека полюбить себя?   Заявление о распаде их с Джеминаем экранной пары не заставило себя ждать. С одной стороны, Форт знал, что так будет правильно, но боль от потери не только любви, но и друга, глубоко въелась в его душу и сердце. В день, когда заявление официально вступило в силу, стало особенно тяжело. Хотелось кричать от бессилия, лезть на стену от тоски или крушить все вокруг от злости.   Именно это подтолкнуло Форта к решению о ночной поездке: просто гнать на машине, куда глаза глядят, не обращая внимания на знаки и скоростные ограничения.   Казалось, чем сильнее он отдалялся от города и чем больше была скорость, тем больнее ему было. Закричав от бессилия, он подался вперед и вдавил педаль газа в пол.   Следующее, что он увидел – была вспышка яркого света от фар приближающегося грузовика.   И Форт резко проснулся.   В первую секунду он даже не понял, где находится. Пробуждение было таким внезапным, что он даже сразу осознал, что все это было лишь страшным сном — казалось, за несколько часов он прожил там целую жизнь.   Он посмотрел на время: на часах было только начало пятого, и в комнате царил полумрак. Начиная принимать реальность, он снова откинулся на подушку. Поперек его живота лежала рука Джеминая, который зашевелился – видимо, почувствовал не себе взгляд Форта. — Зачем так рано проснулся? — сонно произнес Джем. — У нас же сегодня выходной. — Просто приснился кошмар, — он повернулся всем корпусом к своему парню и улыбнулся. — Давай спать дальше. — Что снилось? — решил спросить Джем, снова закрывая глаза. — Снилось, что было бы, если бы ты сказал "нет".