Понимание и Принятие

— Блять, я что, уснул? — то ли проругался, то ли спросил Уинн, лёжа в объятиях Мон-Эла. — Только если чуть-чуть. И я не знал, что ты умеешь ругаться, — подняв брови вверх, Мон-Эл улыбнулся, всё ещё обнимая Уинна в своих медвежьих объятиях. — Чел, я умею больше, чем ты думаешь, — сказал Уинн. Обстановка была не такой накалённой, как думал Уинн: они просто лежали вместе на одном диване, смотря «Звёздные войны». Да, они не были парой, и Мон-Элу, скорее всего, нравится Кара, но пока они лежат так, в обнимку, Уинн чувствует себя любимым и защищённым от всех проблем этого мира, хоть это и не было правдой. — Почему ты не разбудил меня? Смотря на экран, могу с точностью сказать, что я проспал больше половины фильма, — спросил Уинн. — Я подумал, что ты устал, поэтому не стал тебя будить, — сказал Мон-Эл, всё ещё смотря в телевизор. — А ещё ты выглядишь милым, когда спишь, — добавил он, улыбаясь. Уинн покраснел от таких слов, но не отодвинулся. — Разве тебе не нравится Кара? — спросил Уинн. Мон-Эл удивлённо поднял глаза на Уинна, но потом снова повернулся к телевизору. — Я спросил у Кары, что значит ревность, Уинн, — сказал даксамит серьёзным голосом. Хозяин дома напрягся от услышанного. — И, отвечая на твой прошлый вопрос, да, я ревновал. Поначалу я думал, что мне нравится Кара, но каждый раз, когда я видел, что ты с кем-то мило беседуешь, меня это раздражало. До жути раздражало, — сказал как отрезал Мон. — И нет, мне нравится не Кара, а ты, Уинн Шотт. — А вот эти слова окончательно убили Уинна. Уинн сидел, обрабатывая только что полученную информацию, не веря своим ушам, не веря всему происходящему. Даксамит только крепче прижал к себе Уинна, давая тому понять, что отпускать не собирается. Уинн считал, что его разыгрывают, или хотел, чтобы так казалось, чтобы потом не было больно падать, когда окажется, что Мон-Эл и Кара встречаются. Поэтому единственное, что ему пришло в голову, это сказать: — Правда? — спросил он. — Да, — честно ответил Мон-Эл. — Тогда докажи, — только и сказал Уинн, думая, что сейчас ему скажут, что всё было шуткой, как он почувствовал тепло на губах. Губы Мон-Эла впились в его. ГУБЫ МОН-ЭЛА. Уинн представлял этот момент сотни раз, но всё, что он чувствовал сейчас, было не таким насыщенным, как этот поцелуй. Мон целовал Уинна нежно и спокойно, будто доказывая свою искренность и правду своих слов. Они оба отстранились, вдыхая воздух. Уинн покраснел от кончиков носа до ушей, зарываясь головой в грудь Мона. Оба из них уже вовсе не обращали внимания на фильм, будто его и вовсе не было. — Так значит… это взаимно? Милый? — подразнивая, спросил Мон-Эл, улыбаясь во всю улыбку, обнимая его. Уинн от услышанного ещё сильнее вжался в Мона. — Да, — только «да» и ответил Уинн. За окном сияло палящее солнце, когда Уинн проснулся в своей комнате. Мон лежал спиной к кровати, сонно обнимая Уинна, а сам Уинн покоился на груди Мона. Он слегка поднялся, упираясь о кровать, затем встал полностью и пошёл в душ умыться, дабы не выглядеть безалаберно перед своим уже настоящим парнем. Ему всё ещё не верилось, что он встречается с таким красивым даксамитом. Умываясь, Уинн посмотрел в зеркало и увидел самого счастливого человека на всей земле. Умывшись и выходя из ванной, в дверях он встретил Мон-Эла. — Доброе утро, — сказал сквозь улыбку Уинн. — Доброе, — сонно зевая, сказал Мон. Он был одет в треники Уинна, которые были ему малы… А верхняя часть была оголена, и Уинну это нравилось. Мон притянул к себе Уинна, целуя того в щёку. — Может, ещё чуток поспим? Зачем так рано вставать, — пожаловался Мон. — Ни в коем случае, — радостно проговорил Уинн. — И тебе надо бы умыться, чувак. А я пока приготовлю нам завтрак, — добавил он. — Ладно… — проскулил Мон, отправляясь в ванную, пока Уинн будет готовить самый лучший завтрак, который у него был, потому что он не один.