Наследник по крови

Гарри ехал в поезде. Лето пролетело незаметно; он едва успел дочитать книгу, которая оказалась весьма интересной, хоть и не имела отношения к зельеварению. Он с нетерпением ждал встречи с Драко. А ещё у него появилось предчувствие, что этот год изменит его навсегда. Дверь купе отъехала, и зашёл не кто иной, как Драко. Он улыбнулся, и Гарри поймал себя на мысли, что тоже захотел улыбнуться в ответ, но сдержался. Он стал рассматривать его. Драко очень вытянулся – наверное, он был выше него уже на полголовы. Раздался в плечах. Лицо стало более дерзким, скулы – острее. Гарри мысленно назвал его привлекательным и чуть покраснел от своих мыслей. Драко сидел напротив; они смотрели друг на друга, и никто не решался заговорить первым.

***

Драко совсем не заметил изменений в Гарри. Тот же самый мальчик, которого он полюбил — он понял это летом, копаясь в своих чувствах. То же милое личико, строгий анализирующий взгляд и хмурые бровки. Драко любил это выражение лица. Он был уверен: этот мальчик достанется ему.

***

— Читал твою книгу, мне понравилось, – он пытался скрыть трепет своего сердца. Гарри ещё не понимал, что это за чувство, но явно хотел узнать. — Рад. Я привёз ещё одну, но отдам позже, – кивнул Драко. Гарри отвернулся к окну и, наблюдая за мелькающим пейзажем, вскоре уснул. Это было именно то, чего он так хотел: тишина и уют, которые можно почувствовать лишь там, где есть Малфой. Гарри проснулся на чём-то мягком. Кто-то перебирал его волосы. Открыв глаза, он понял, что это Драко – всё так же, как и год назад. Он быстро отодвинулся: ему так была нужна эта тактильность, что он испугался самого себя. — Почти приехали, – подал голос Драко. — Да, хорошо. Гарри не стал на него кричать и обвинять в том, что тот вторгся в его пространство, как делал это в прошлом. Он просто облокотился на спинку, и дальше они сидели в тишине.

***

В Большом зале объявляли о Турнире, а также сообщили, что участвовать в нём можно будет только по достижении совершеннолетия. Гарри это не интересовало, но он заметил, что Драко что-то яростно обсуждал со своими однокурсниками. Выйдя из зала, они направились в библиотеку. — Классно будет, если я поучаствую! – смеясь, сказал Драко. — Ты не сможешь, ты несовершеннолетний, — Гарри вообще не нравилась эта затея с Турниром. — Я поспорил со старшекурсниками, что они трусы, если не смогут закинуть моё имя в Кубок, – внезначай сказал он. Гарри ничего не ответил. Он не хотел со всем этим разбираться и втайне надеялся, что имя Драко всё же не выпадет. Гарри начал искать все упоминания о Турнирах: что происходило на прошлых играх и какие испытания проходили участники. Он отдалился от Драко — не разрешал сидеть с собой в библиотеке и проводить вместе время. Гарри боялся, что если он позволит Драко быть рядом, то его страх за него станет слишком заметным, а он ненавидел быть уязвимым.

***

Настал день, когда Кубок огня должен был выбрать участников Турнира. У Гарри дрожали ноги; он слушал речь директора, не сводя глаз с претендентов. Когда выбрали всех троих: Седрика, Флёр и Крама, Гарри вздохнул с облегчением, но тут Кубок загорелся вновь, выбрасывая ещё одну бумажку. Дамблдор поймал её и громко прочитал: — Драко Малфой! В зале мгновенно воцарилась тишина. Гарри посмотрел на Малфоя. На его лице не было и тени страха, но глаза... За время, проведённое вместе, Гарри научился понимать его по одному лишь взгляду: сейчас Драко был в ужасе. Он осторожно поднялся и направился к Дамблдору. Со всех сторон полетели выкрики – ученики называли его обманщиком твердили, что он этого не заслуживает. Когда всех отпустили, Гарри бросился в библиотеку. Ему было плевать на окружающих и на то, что истинные аристократы никогда не позволяют себе подобной спешки. Нужно было узнать больше: он и так знал немало, но этого было недостаточно. Он просидел там до глубокой ночи, пока наконец не нашел зацепку. В одной из книг упоминались драконы. Гарри принялся лихорадочно искать любую информацию об этих существах, надеясь, что Драко сможет пройти это испытание, а еще лучше – что его и вовсе отстранят. Выяснив всё, что было возможно, Гарри отправился спать. Впереди его ждали тяжёлые дни. Гарри вышел из библиотеки и, как только свернул за угол, увидел силуэт Драко. Подойдя ближе, тот произнёс: — Ты просидел там пять часов, – утвердительно сказал Драко. — Какая разница? – Гарри не хотелось сейчас спорить или огрызаться. — Иди тренируйся. Надеюсь, это поможет тебе на Турнире. — Гарри, я не думал... Я думал, что просто посмеюсь, а Кубок выбрал меня. И меня не отстранили. Сказали, раз Кубок выбрал, значит, так тому и быть, – Драко прикрыл глаза. Он всё ещё не до конца осознавал, во что вляпался. — Отлично, – бросил Гарри и поспешил удалиться. Гарри сидел за пологом кровати. Он не хотел терять Драко. Всё что угодно, только не его. Он совершенно не знал, как справиться с этой бурей внутри. Завтра он снова пойдёт в библиотеку и наконец выяснит, что это за чувство и почему оно так отчаянно ломает его изнутри.

***

Он листал увесистый томик «Механика эмоций и магический резонанс». Открыв книгу на главе о привязанностях, он вчитывался в сухие строчки: «Если субъект чувствует иррациональный страх за жизнь другого человека, превышающий инстинкт самосохранения, это может свидетельствовать о формировании аффективной связи...» Термином для всего этого была любовь. Гарри не мог признать это вслух, но понимал: он не просто привязался к Драко. Всё было куда хуже. Для него любовь всегда означала уязвимость, а уязвимость в его мире была синонимом боли.

***

Гарри сидел в библиотеке, когда Драко подсел к нему. — Отец узнал, что первое испытание связано с драконами, – негромко произнёс он. — Да, я знаю, – Гарри достал из сумки исписанный пергамент и сборник о драконах. — Вот всё, что я успел найти. Перечитай, может быть, это тебе поможет, – отстранённо добавил он. — Спасибо, – тихо ответил Драко, забирая записи. Они сидели в библиотеке до глубокой ночи. Когда Гарри отвлёкся от учебников, он заметил, что Драко спит прямо на столе. Его глаза выглядели уставшими, а лицо выдавало то, как сильно он волнуется. Гарри осторожно провёл рукой по его волосам. Драко перестал прилизывать их ещё на третьем курсе. Теперь они были мягкими и прямыми, а чёлка ему очень шла. Гарри чему-то улыбнулся, но затем начал будить Драко, тормоша его за плечо. — Вставай, поспишь уже в спальне. Драко открыл глаза и сонно посмотрел на Гарри, медленно поднимая голову. — Уже поздно, пошли по комнатам, – Гарри встал, всё уже было собрано. — Да, конечно, – ответил Драко. Он быстро собрал свои вещи, и они вышли из библиотеки.

***

Гарри почти не дышал. Настал момент выхода: Драко предстояло сразиться с самым огромным драконом — Венгерской хвосторогой. Когда Драко вышел, Гарри заметил, что тот очень нервничает, в то время как весь зал замер в ожидании триумфа. Огромная тень хвоста нависла над Драко, и тут же его чуть не превратил в пепел залп пламени. Гарри сгорал от страха. Он знал, что Драко не выстоит в открытом бою. Ему нужно было использовать те самые хитрости, о которых Гарри рассказал ему вчера. — Ну же, давай, Драко, вспомни страницу триста двадцать... – шептал Гарри и крепче сжимал перила.

***

Драко стоял на арене, попутно пытаясь увернуться от атак и лихорадочно вспоминая всё, что читал о драконах. Он увидел Гарри среди толпы когтевранцев, но не смог разглядеть его лицо – тот был слишком далеко. Вспомнив про усыпляющее заклинание, Драко спрятался за ближайшим валуном. Дрожащими руками он направил палочку в сторону чудовища, стараясь попасть в самое уязвимое место. Драко пришлось долго удерживать заклинание, пока дракон наконец не начал засыпать, но перед этим зверь всё же успел зацепить его хвостом по туловищу. Усыпив монстра, Драко, шатаясь, побрёл к золотому яйцу. Едва коснувшись его, он рухнул на песок без чувств. Когда его уносили на носилках в Больничное крыло, Гарри больше не мог оставаться на месте. Плевав на правила и взгляды окружающих, он сорвался с трибун и бросился следом за Малфоем. Гарри влетел в палату к Драко. Перед кроватью стоял Люциус и негромко переговаривался с мадам Помфри. — Жизненно важные органы не задеты. Неделю отлежаться – и поправится, – вразумляла она Малфоя-старшего, заверяя, что всё будет хорошо. — Я благодарен вам, – ответил он и уже хотел уйти, но заметил Гарри. — Здравствуйте, мистер Поттер. Думаю, Драко рассказывал вам обо мне. Рад, что он справился со своей задачей – помогать вам. Гарри почти не обратил на него внимания. Бросив короткое «здравствуйте», он подошёл к койке и сел на край. Он взял руку Драко в свою и начал медленно её поглаживать, постепенно успокаиваясь сам. Драко был тут, рядом, и рана оказалась не такой смертельной, как он боялся. Люциус смотрел на это с интересом. Он велел сыну помогать Поттеру, но никак не ожидал, что сам Поттер будет так сильно переживать за него. В это же время Драко очнулся. Первое, что он увидел – лицо Гарри. Он слабо улыбнулся и сжал его руку в ответ. — Ну что, я был крут? – пошутил Драко. Гарри тут же убрал руки и резко встал. — В следующий раз готовься усерднее, – бросил он и быстро вышел, оставляя отца и сына наедине. Сердце тревожно щемило: он хотел пробыть рядом подольше, но он не хотел показывать свои чувства. — Я велел присматривать за ним, но я не думал, – он замялся, – что вы так близки. Это отлично. Поттеры и Малфои будут заодно. Продолжай в том же духе, Драко, мы займём звено выше в обществе. Главное, чтобы его родители вышли из тени не раньше, чем у вас укрепятся дружеские отношения. – Он развернулся, планируя уйти, но Драко заговорил. — Я не буду его использовать, отец. – Драко приподнялся на локтях. Ему не было страшно. Он был уверен: отец ничего не сможет с этим сделать, ведь он единственный наследник. — Что ты сказал?! Ты хоть понимаешь, какой шанс мы можем упустить? – Люциус обернулся. — Вот и пускай! А Гарри я оставлю себе. Мне неважно, что он предпримет, главное – чтобы он этого хотел. Люциус посмотрел на него изучающе и вышел, громко хлопнув дверью. Драко с раздражением откинулся на кровать и вздохнул. Он не даст отцу использовать Гарри, но впереди у него ещё два испытания.

***

Прошло три дня после первого испытания. Драко шёл на поправку, но его настроение портилось с каждым часом. Мадам Помфри твердила, что мистер Поттер заходил справиться о его здоровье, но сам Драко не видел его ни разу. — Опять его нет? – прорычал Драко, когда Панси зашла навестить его вечером. — Я чуть не сгорел заживо, я защищал его перед отцом, а он даже не соизволил зайти?! Драко ударил рукой по тумбочке. Его душила обида. Ему казалось, что для Гарри он действительно лишь «инструмент» или навязанный долг, о котором тот мечтает забыть.

***

Гарри пришёл, когда часы пробили полночь. Он пробрался в палату бесшумно — он постоянно так сбегал от родителей. Он сел на край кровати. В лунном свете Малфой выглядел бледнее, чем обычно, а его брови были нахмурены даже во сне – он явно был зол на Гарри за то, что тот его не навещал. — Прости, Драко, – прошептал он. — Но если я останусь и ты проснёшься, я не смогу притворяться. А я не могу позволить тебе увидеть, насколько я слаб. Гарри сидел до утра, запоминая каждую черту его лица. Он поправил одеяло и ушёл за несколько минут до того, как Малфой проснулся.

***

Когда его выписали, он не пошёл в спальню Слизерина. Он направился в библиотеку – он знал, что найдёт Гарри именно там, среди стопок пыльных книг. Гарри сидел, уткнувшись в книгу, но никак не мог сосредоточиться. «Драко», – подумал он, услышав знакомые шаги. Тот приблизился к нему. — Ты ушёл, когда я пришёл в себя, – голос был наполнен обидой. — Мадам Помфри сказала, что ты приходил ночью. Почему ты ни разу не зашёл днём? Гарри медленно отложил перо и поднял взгляд. Его глаза были красными от недосыпа, а лицо – непривычно бледным. — У меня не было времени днём, я был занят уроками. Это был единственный способ не сойти с ума от страха. Мне каждую ночь снились кошмары: я видел, как эта тварь чуть не сожрала тебя. Драко замер, не ожидая такой прямоты. Его ярость начала медленно остывать, сменяясь растерянностью. — Тогда почему не дождался, пока я проснусь? — Я не хочу показывать свои чувства. В моем мире, если ты показываешь, как тебе страшно за кого-то, это используют против тебя. Я сидел у твоей кровати, пока ты спал, и это было единственное время, когда я мог просто… дышать рядом с тобой, не притворяясь сильным наследником Поттеров. Он встал, собирая свои вещи. Его движения были резкими, нервными. — Ты мой единственный... друг, Драко, именно поэтому я не могу позволить себе быть рядом с тобой открыто. Дед писал, что ты – моя помощь, и я боюсь, что если я прислонюсь к этой помощи слишком сильно, я её сломаю. — Нам нужно сосредоточиться на Турнире. Ты должен выжить, а я должен стать лучшим. Давай просто... делать то, что должны. Гарри прошёл мимо него, едва не задев плечом. Следующие три месяца стали испытанием для обоих. Они больше не разговаривали. Гарри подчёркнуто игнорировал Драко в коридорах, а тот, снедаемый обидой и непониманием, платил ему т ой же монетой. Между ними выросла стена из несказанных слов и боли, которую каждый носил в себе, считая дни до следующего испытания у Чёрного озера.