Антидепрессант

Вечер в японском ресторане оставил после себя чувство расслабленности и почти ленности: интерьер, лишь отдалённо напоминающий «обычный» японский ресторанчик в представлении испанцев, навевал смутную ностальгию по прошлому, почти забытому за годы, проведённые в жаркой стране. — Когда я жил в Японии, не совсем понимал концепцию «ваби-саби». Для хирурга совершенство — это искусство высшего толка. Знать больше. Стремиться быть лучше и точнее. Ни единого места для недочётов. Но здесь… — Ло вдумчиво пощёлкал палочками, выбирая из набора сашими кусочек рыбы. — В Испании, чем дольше я нахожусь, тем лучше улавливаю суть этой философии. Видеть красоту в несовершенном. - Лёгкая хмурость расчертила лицо. - Вне профессии конечно. Роси с любопытством склонил голову. Вилка в его пальцах медленно описала круг в воздухе, будто вторя неспешному ходу мыслей. — Красота в несовершенстве? Это как? — Например… вот эта чашка. — Подхватив пустую пиалу из-под зелёного чая, Ло медленно повернул её в пальцах. — Сейчас она цела. Безупречна. Но если её разобьют и соберут заново, не скрывая трещин… станет ли она от этого хуже? Нахмурившись, Роси недоуменно пожал плечами. — На мой вкус, это всё ещё будет чашкой. С эстетической точки зрения — да, не идеальной. Трещины вряд ли прибавят ей красоты. - С сомнением уточнил он. — Именно. «Ваби-саби» противостоит стерильной идеальности. Японцы считают, что от неё устаёшь. Представь: вся Валенсия — до последнего тротуара, каждой плитки на стене — безупречна. Картинка красивая, но глазу не за что зацепиться. — Ло наконец выбрал кусочек тунца, с закрытыми глазами отправил его в рот и едва заметно выдохнул. — Слишком гладко. Слишком правильно. — М-м. — Роси задумчиво потёр мочку уха и наконец кивнул. — Пожалуй. Сначала восторг, а потом… просто привыкаешь. Становится пресно. — Да. Когда взгляд цепляется за шероховатости, но не отторгает их, а даже находит в них смысл и прошлое… вот это и есть «ваби-саби». Некоторое время Роси молча разглядывал пиалу на столе, забыв даже о собственном салате. — То есть, когда мы едем и ты видишь все эти поля, города, людей… ты наполняешься этим «ваби-саби»? — Скорее… начинаю ценить то, что даже неидеальное может быть прекрасным. — Ло чуть приподнял уголок губ. Не рассказывать же Роси, что он является самим воплощением «ваби-саби» и Ло с каждым днём видит в нём не только попутчика, но и нечто пока не поддающееся определению. Хмыкнув, Роси потянулся за глиняным чайником с чаем. Идя в темноте к отелю, Ло вглядывался в окружающее пространство: в выпивающих людей, в парочки, слившиеся в страстных объятиях, в яркие фонари, выхватывающие тёмные проёмы переулков. От Роси, после ресторана, не прозвучало ни слова, лишь слышался его слегка спотыкающийся широкий шаг, да ложилась на асфальт громадная тень, укрывая Ло от света. Приблизившееся здание отеля заставило Ло притормозить. — До утра. — Голос водителя вывел его из задумчивости. Он поднял голову, провожая мужчину взглядом. Тот, развернувшись, скрылся в тёмноте переулка. Стоя в пятне света от одинокой лампочки над входом, Трафальгар пытался собрать пазл из разрозненных фактов, но картинка не складывалась. Комиссар. Раритетная «Импала». Схожесть с Дофламинго. И тот факт, что за пять лет Ло ни разу не встречал Роси или Монэ рядом с Дофламинго. «Паранойя тебе не к лицу, Ло.» Затолкав сомнения поглубже, мужчина с благодарностью нырнул в свежую постель. Тёплая тяжесть сна укрыла доктора в объятьях. — Доктор Ло. — Я не доктор. — Трафальгар, не отрываясь, смотрел в карты пациентов. Преследующий его мужчина не понимал намёков и не желал отставать от интерна. — Доктор Ло. Я болен. — Насмешливый голос догнал Ло, заставив его остановиться и, нахмурившись, обернуться. — Я болен вами. — Вы больны не мной, а головой. — Ворчливо парировал мужчина, поняв, что блондин в очередной раз шутит. — Какая жестокость, доктор. Вы же знаете: сердце — мышца непредсказуемая. Особенно когда рядом кто-то, от кого оно забывает правильный ритм. — Он театрально прижал ладонь к груди, но Ло заметил, как уголки его губ дрогнули в едва сдерживаемой усмешке. Кашель, раздавшийся из-за спины, заставил Трафальгара обернуться. Торопливо кивнув старшему врачу, он отправился к пациентам на обход, оставляя блондина в коридоре. — Пациент… отказ от стационара… подаренное оборудование... Спасибо. — Бормотание удалялось вместе с шагами Ло, растворяясь в гуле больничных стен. Тишина утра не была разбита ни стуком в дверь, ни привычным запахом сигарет, и Ло с удивлением обнаружил, что на часах уже почти одиннадцать. Торопливо скинув одеяло, он рванул к водителю, но тот, как оказалось, никуда и не торопился: сидел в холле за крошечным столиком, вытянув длинные ноги в проход и не обращая внимания на взгляды посетителей. Подперев голову рукой, он лениво наблюдал за картинкой на телевизоре, прижав к уху привычную раскладушку. Заметив Ло, он бросил в трубку пару слов на прощание и выпрямил спину. — Утро. — Роси захлопнул раскладушку и кивнул на соседний стул. — Я подумал, что вчера мы преодолели больше запланированного, и не стал тебя будить. — Невозмутимое лицо украсилось едва заметной улыбкой. — Да и я давно не был в Валенсии. Хотел прогуляться. И вот… — Растерянно повёл кистью в воздухе. — Немного задержался. Сегодня фестиваль, и улицы уже гудят. Слегка нахмурившись, Ло практически рухнул на стул, тут же оглядываясь по сторонам: минимальный завтрак он наверняка проспал, а ехать с пустым желудком и перебиваться заправочной едой не хотелось. — И что празднуют? — Пропустив формальные приветствия, Ло потёр лицо. Чем дальше от Барселоны, тем чаще мысли возвращались к прошлому, не оставляя его в покое ни днём, ни ночью. — Так сегодня двадцатое. — О… — Ло замер. Он никогда раньше не попадал в этот период близко к морю. — Звёзд не будет видно. — Да. — Отозвался Роси, и Ло наконец обратил внимание на его лицо. Тот спокойно встретил его взгляд. Лёгкий перестук пальцами по столешнице обозначил его задумчивость. — Не хочешь остаться сегодня в Аликанте? Ло беспомощно моргнул, ослеплённый внезапной тишиной и просьбой. Попутчик не хотел заканчивать их путь. А ему нужно было ехать. Где-то там, позади, уже волновался Доффи. И он сам волновался за Доффи — пусть и был уверен, что тот со всем справится. Но в Нуэво был аэропорт и можно будет позвонить и отправиться обратно. Разговаривать. Но вместо того чтобы отказаться, рот сам выдохнул: — Да. Роси забавно округлил глаза, радостно улыбнулся и с энергичным порывом наклонился вперёд над столешницей, заставляя хирурга слегка отпрянуть к спинке стула. — Ло! — Я же согласился на ночёвку под небом. Вот и совместим. Тёплый запах разгоряченного солнцем тела вместе с ароматом кофе накрыл его с головой, буквально топя в присутствии другого человека. "Роси. Роси. Роси." Ему нравилось, как тот улыбается и не смешно шутит. Как водит. И даже дурацкий музыкальный вкус. Оттого желание вернуться к Доффи ощущалось как смесь предательства: одновременно по отношению к себе и к Роси. «Импала» мягко заурчала, и водитель сунул в руки Ло пакет из вчерашнего японского ресторана и держатель со стаканами. — Пока мы отсюда не уехали. Проводив его взглядом, Ло заглянул в пакет: онигири и крепко запаянный суп. Сцедив тихий смешок, Трафальгар пропустил момент, когда водитель занял своё место и энергично тронулся с парковки. — Спасибо. — Оглядывая попутчика, Ло переложил пакет назад. — Это профессиональное? Поднятые брови Роси были ему ответом. — Ты запомнил не только, что я люблю японскую кухню, но и то, что я предпочитаю не есть хлеб. — Это не сложно. И не касается профессионализма. Просто… — Роси повёл головой из стороны в сторону и хмыкнул. — Просто. — Коротко закончил он и больше не поворачивался, пока не выехал из переулков города на свободную трассу. Шум моря смешался с радостным гулом людей и машин. Разноцветные флажки трепетали на ветру, словно пёстрые птицы, взмывающие вслед за восходящими потоками. Молчание не тяготило Трафальгара; тот вдумчиво повернулся на кресле-диванчике, разглядывая незнакомый, но такой приветливый город: в кафешках уже пили сангрию и кофе, неторопливо что-то обсуждали и радостно приветствовали друг друга жители, любовно обнимаясь так, будто не виделись целую вечность. Вспоминая, как Доффи так же любил в час сиесты развалиться в кресле с бокалом вина и поболтать обо всём, что не касалось его деятельности как лидера семьи или отчётов Ло о состоянии его людей, врач слегка улыбнулся. Дофламинго был обаятельным засранцем с кучей тараканов в голове и амбициозными планами на всё подряд. Коротко вздохнув, Трафальгар потёр бровь, рассеянно отслеживая собственный поток мыслей. Почти пять лет прошло с первой встречи, и он до боли привык к тому, что Доффи — занятый, усталый или, наоборот, хохочущий от удавшейся проказы — всегда где-то рядом. А что теперь? Передёрнув плечом, хирург отогнал наваждение и обратил внимание на задорный гитарный перебор. — Я думал, у тебя нет вкуса. А тут что-то приличное. — Ло одобрительно покосился на плашку с названием трека. Звонкий гитарный перебор разносился по просторам прибрежной дороги, заставляя случайных слушателей оглядываться им вслед. — Главное, что у меня есть вкус на мужиков. Пронесшаяся мимо машина оглушительно засигналила. Бодрые испанские ругательства смешались с коротким визгом шин. Оглянувшись в след остановившейся машине, Ло обернулся. — Что? — Почесал мизинцем в ухе, ожидая не расслышанного ответа. Попутчик, развалившись в кресле, покосился в ответ, и уголки его губ знакомо дрогнули в улыбке. — Что? — Роси приподнял брови и прищурился от потока ветра. Дым от его сигареты ворвался с боковым порывом, бросаясь в лицо доктору. Гитарный бой затих, оставляя двоим лишь гул двигателя. Медленно облизав верхнюю губу, Ло почти заставил себя отвернуться. «Показалось?» Морское побережье маняще поблёскивало в лучах полуденного солнца, отражая небосвод в глубине вод, играло рассыпающимися брызгами на барашках волн и перекликалось с криками чаек. — Хей, док. Тут всего час пути. Чем займёмся в Аликанте? Голос Роси отвлёк от медитативного разглядывания Балеарского моря, и Трафальгар неопределённо качнул головой. — Фейерверки будут вечером. Днём можно просто пошататься по округе. Вроде там замок Санта Барбара был. Толпы туристов специально ради него приезжают. — Не дождавшись ответа, Роси вытащил сигарету из угла губ. — Да, будет не плохо его увидеть. — Коротко отозвался Ло и скосил взгляд на мобильник Роси, что вновь разрывался от звонка. Снова звонила неизвестная «Фло». Наверняка его девушка. Было слегка обидно, но правдиво: такие люди, как Роси, не оставались надолго в одиночестве. — Тебе звонит Фло. — Потом отвечу. — Фло — это от Флоренции? — Подхватив телефон, Ло с сомнением повертел раскладушку. — Твоя девушка? Тот подавился зевком, закашлялся и вильнул на дороге, начав ржать, как конь, невзирая на сигналящие им машины и слёзы, стрельнувшие из глаз. Удивлённо подняв плечи Ло вскинул брови. — Теперь буду называть только так, — вытерев слёзы в уголках глаз, Роси шмыгнул носом. — Дева Мария. Нет. Это не моя девушка. А тебе бы хотелось, чтобы это была она? — Наклонённая голова слегка сдвинула очки с его лица, приоткрывая весёлый блеск глаз. — Да. — Ло коротко нервно усмехнулся. С однозначностью статуса Роси ему было бы проще. Примерно всё. Не размышлять. Не перебирать. Не смотреть на него в неопознанных эмоциях. Кашлянув, Роси увёл взгляд на дорогу, вдумчиво хрустнул костяшками пальцев, обходясь без ответной шуточки и позволяя повиснуть неопределённой тишине. Оставив утихшую раскладушку в покое, врач отвернулся к окну, наблюдая за проносящимися мимо домиками. Нырнув в пригород, Роси ощутимо замедлился, выглядывая указатели и отмахиваясь от возмущённых жестов водителей — те сонно плелись по домам в надежде провести сиесту в праздном отдыхе. Юркие прокатные машинки шныряли из стороны в сторону, словно разноцветные рыбки, а лица отдыхающих в них выдавали почти по-детски восхищённое выражение туристов, явно приехавших впервые. Разноцветные дома, щедро сдобренные современностью и традициями, в хаотичном ритме возникали по обе стороны дороги. Строгие геометрические орнаменты насмешливыми кляксами растекались по стеклянным поверхностям современных балкончиков и окон, а те отражали свет на белые стены старых зданий, подсвечивая переулки вместо фонарей. Пёстрые края крыш разрезали голубое небо, разбивая единое пространство на сотни осколков-брызг. Закреплённые повсюду на стенах горшки с цветами превращали фасады в живые узоры. Любуясь новыми домами, каждый из которых выставлял наружу открытые террасы, увешанные разноцветными кашпо с растениями, Ло проследил взглядом вглубь застройки. Между цветочными ящиками прятались столики с креслами, где уже развалились на сиесту местные жители. Скользнув взглядом меж домов, он невольно наткнулся на здание на возвышении, резко выделявшееся над окружающими крышами. — Что это? Роси склонил голову, выглядывая в боковое окно, чтобы понять, что именно заинтересовало Ло. — А. Это и есть Санта-Барбара. Отличный ориентир. Ты молодец, что его заметил. — Вернувшись на место, водитель уже увереннее забрал правее, сворачивая ближе к центру. — Хочешь посмотреть? Или вида из машины будет достаточно? — Посмотреть. — Тогда составлю тебе компанию, — решил Роси. — Или ты против? — В тоне проскользнула лёгкая тень огорчения, и Ло почувствовал, как энтузиазм попутчика слегка поутих. — Можем встретиться вечером. — Нет. Пойдём вдвоём. Ты хорошо знаешь город? — Оглянувшись, Трафальгар заметил, как разгладилась складка между его бровей. — Вообще ни капли. — Фыркнув смешком, водитель свернул ещё раз, выезжая на более свободную дорогу. — Я обычно в объезд езжу. Центр города, особенно старая часть, для машин не очень подходит. — А ещё тебя по ней узнают? - Насмешливо уточнил Ло. Роси поморщился, безмолвно подтверждая, что машина выдаёт его, где бы он ни был. — Обычно я на служебной, но как-то вызвали в участок посреди отпуска, и я приехал на этой. Моментально словил «фанатскую» группу. Вообще не представлял, что она чем-то знаменита. — Небрежно повёл кистью руки в воздухе. - И нам стоит найти стоянку с парковкой. Желательно в черте центра города. Кивнув, Трафальгар наконец обратил внимание на собственный мобильный. — Нам прямо, четыре поворота. — Так точно. — Водитель легко перестроился на центральную полосу, увозя их глубже. Остановившись на парковке в тени пальм, Роси прищурился на безоблачное небо и задумчиво вздохнул, всё же доставая солнцезащитный крем. Мысленно посмеиваясь над ним, Ло уже искупался в своей порции крема: они приехали почти в пик солнца, и тут уже было не до шуток. Отследив в боковом зеркале чтобы крем лёг ровно, он перевёл взгляд на Роси. Тот уже почти умазался кремом, оставив на переносице белую полосу. Не раздумывая долго, Ло автоматически размазал её вдоль носовой перегородки. На мгновение дыхание Роси замерло, но Трафальгар тут же отстранился. — Осталось, — врач растер остатки крема между пальцами. — Спасибо. — Роси моргнул и проводил взглядом его руку. Вынырнув из машины, Ло с усилием растер запястье. Зачем полез? Хлопок дверьми прервал уличную тишину. — Сыграем в «вопрос-ответ»? Только чур: если есть история, не давать короткий ответ. А то неинтересно. — Мужчина вынырнул из машины следом. Черные очки скрыли выражение его глаз, вызывая у хирурга лёгкую досаду. — Если не захочу, не отвечу. — Моментально отозвался он, оглядываясь по сторонам. Он сам выбрал именно эту парковку: неподалёку от пляжа и кучки отелей. Относительно близко к центру, но без бесконечно снующих туристов. — Ладно. — Звякнула сигнализация, и Роси легко зашагал вперёд. — Тогда, пусть за каждый отказ… будет назван любой другой факт. — Водитель расслабленно нырнул в тень пальм, слегка уклоняясь от наиболее разлапистых листьев. — И я могу выбирать тему факта? — Тротуарная плитка, уже потертая чьим-то присутствием, стелилась под ноги, и Ло с удовольствием потянулся, хрустя позвонками. Складка залегла между его бровей. — Ну. Желательно всё же ближе к теме вопроса. — Сунув большие пальцы в карманы брюк, Роси оглянулся в ожидании. Высокая фигура с лёгкостью возвышалась над проходящими мимо людьми. Строго застегнутая до последней пуговицы рубашка раскрашенная в какие-то геометрические узоры оттеняла загорелую кожу не скрывая размах плеч. В его очках мелькнула отражение Ло на фоне разноцветных домиков отелей и куска побережья. — Тогда я начну. — Уступив дорогу обалдевшим от жары туристам, Ло приблизился подстраивая шаги под размеренные темп поступи попутчика. — Как ты обычно проводишь выходные, когда не за рулём? — Выходные у меня бывают редко. Эти чуть ли не первые за несколько лет, — почесав светлую бровь, Роси приподнял плечи в недоумении. — Сплю. Машину на осмотр тащу. — Легко перешагнув через выступающий корень, он тут же зацепился за него второй ногой, едва не улетев носом в дорожку, но микропрыжком восстановил равновесие. — А ты? Проследив, как тот едва не упал, Ло шагнул ближе. — У врачей график ещё хуже, чем у полицейских. Тут мы в равной позиции. Сон. Еда. Уборка? — Ло усмехнулся, вспоминая, как выглядит его квартира сейчас: сыроватая и почти заброшенная. — Мой черёд. Ты веришь, что случайности не случайны? - Трафальгару не хотелось рушить лёгкость атмосферы между ними. Даже беззлобный с первого взгляда Роси явно имел границы дозволенного и наврядли личные вопросы от случайного попутчика в них входили. Яркое солнце почти обесцвечивало окружающее пространство, делая цвета белесыми. После прохладного воздуха в машине физически хотелось спрятаться в какую-нибудь тень. А ещё. Ло отстранённо проследил за каплей пота стекающей по шее водителя. — И да, и нет. — Остановившись, мужчина выпрямил спину, что-то выглядывая в переулке куда отвлетлялась дорожка. — Мне положено верить в закономерность многих переменных и случайностей. Потому что они не случайны. Но если отпустить работу, то люди сами творцы своих «случайностей». — А ты? — Опустив лицо, Роси слегка улыбнулся, рассматривая сосредоточенно-отстранённое выражение лица Ло. — Верю в то, что человеческая глупость неисповедима, а потому может привести к любому исходу. — Подняв взгляд, Ло наконец посмотрел в его лицо. — Ещё вопрос. Что тебя больше всего раздражает в людях? — Хм... — Роси наклонил голову вбок. Лёгкие микродвижения его лица подсказали Ло, что тот сбит толку: слегка сдвинутые брови, опустившиеся края губ и более сосредоточеный тон. — Я об этом не задумывался. Сказать «глупость» — это ничего не сказать. Сказать «плохие поступки» — это уже морально-этические проблемы. Пусть будет факт: я предпочитаю любым извинениям и раскаянию один внятный поступок. — Складка между бровями разгладилась. — «Прости» — это просто слово. Твоя очередь. — Попытка контролировать другого. Особенно если можно сказать, что тебе нужно, словами через рот. — У Ло дёрнулась от раздражения бровь. Переведя дыхание, он облизал верхнюю губу, чувствуя на себе внимательный вопросительный взгляд собеседника, но не собирался продолжать мысль. Вопрос, который он откладывал, уже созрел, просясь в диалог. Но Ло всё никак не мог понять: чего он этим добьётся? "Всего." Подсказывало подсознание. Та неконтролируемая часть, отвечавшая за все его «гениальные» идеи. Приостановившись, Ло шагнул в тень стены, желая немного замедлиться. — Следующий. — Валяй. — Что для тебя важно в человеке? — Будничный тон скрыл лёгкое волнение. Пальцы рефлекторно нырнули в карманы, будто прячась от обернувшегося водителя. Губы Роси округлились в удивлённом «О», следом сложились в мягкую улыбку. Широко шагнув, мужчина наклонился к нему и чуть склонил голову, выдыхая прямо на ухо: — Пусть будет факт: я жуткий эгоист. Если мне кто-то по-настоящему нравится, всё остальное просто перестаёт иметь значение. — Задержавшись на пару мгновений, Роси отстранился и беспечно выпрямился в полный рост расправляя плечи. — Пожалуй, тебе этот же вопрос задавать рано, не так ли, Ло? — Почти мурлычущая интонация пробежала мурашками по спине, и Трафальгар невольно хмыкнул встречая его взгляд. — Тогда задай другой вопрос, — буркнул он. Отпечаток жара лёг на шею, несмотря на то что Ло стоял в тени. — Пойдёшь со мной на концерт? — Это не игра в «вопрос-ответ». — вскинул брови, глядя почти из-под лобья на весело улыбающегося Роси. Тот повёл кистью в воздухе и с явным сожалением покосился на табличку о запрете курения висящую прямо над Ло. — Ага. Это приглашение. — На концерт? — Уже с недоумением уточнил Ло. Сколько раз этот непоследовательный человек норовил сбить его с мысли? — Именно на него, Ло. — Кивнул, скривившись, Роси стёр со лба пот. — Пойдём, я сейчас сварюсь на этой жаре. Побудем ненадолго настоящими испанцами: попробуем сангрию, проведём сиесту за болтовнёй о жизни и просто дождёмся начала праздника. Медленно кивнув, врач оторвал себя от манящей тени и вышел к Роси. Жара дохнула на него раскаленныой пылью, прошлась ветром по открытым рукам, оставляя сухое ощущение, привкус соли слизанный с верхней губы перемешался с лёгким запахом пота и замли. На лице водителя бродил призрак лёгкой улыбки: та пряталась в приподнятых уголках и прищуренных от солнца глазах. — Я не против сангрии, но предпочтаю что-нибудь более крепкое, — выбрав наиболее нейтральную тему, продолжил Ло. В голове же пульсировали мысли о том, что сказал Роси. Ему не стоило задавать такой вопрос? Его так легко прочитать? Или всё дело в самом Роси? В его работе? Или в том, что Роси би? С усилием пхлопнув рой мыслей, Трафальгар постарался выкинуть шум из головы. — Прямо в полдень? Рановато, господин хирург. — Голос попутчика понизился, хрипловатыми ленивыми подразниваниями защекотал слух врача, не давая ответа ни на один вопрос, лишь умножая сомнения. Накрыв собственную макушку ладонью, Ло поморщился. Тёмные волосы немилосердно нагревались под солнцем. Скосив взгляд на пляж оттененный переливающимися барашками волн, Ло передернулся от голых тел: туристы продолжали прожигать собственный иммунитет во имя бессмысленного загара. — Как раз потому, что я врач, я и знаю, что лучше пить крепкое. — Ах, как строго. — Широкая ладонь слегка коснулась плеча Ло, корректируя направление движения. — Думаю, нам не до выбора ресторана. А этот выглядит неплохо. С благодарностью нырнув в полумрак, Трафальгар едва не застонал от удовольствия: прохладное, кондиционированное помещение показалось раем после недолгой прогулки. Просторный зал, условно зонированный цветовыми прямоугольниками стен и изящными столиками, был готов в любой момент принять гостей. В этот час ресторан почти пустовал. — Синьоры, вы бронировали столик? — Официант вынырнул им навстречу, и Ло автоматически отрицательно мотнул головой. — Нам бы в помещение, где можно курить. Мы на сиесту. — Роси улыбнулся, слегка наклоняясь к официанту. — И мы очень голодны. У вас же вкусно готовят? - Насмешливо вскинутые брови появились над дужкой очков. — Конечно-конечно, синьоры, мы один из лучших ресторанов в городе. Пройдёмте за мной. Очень рекомендую попробовать паэлью с морепродуктами. — Официант заученно улыбнулся, приглашающим жестом указывая им путь к дальнему помещению. – У нас есть веранда в тени. – На вопросительно взгляд Роси добавляя, – Там работают опрыскиватели, будет не так жарко. Трафальгар заколебался, пропуская дальнейшие пояснения персонала мимо ушей: у него не было денег на «лучший ресторан города». Слишком налегке он ехал в этом путешествии. Даже привычную банковскую карту оставил дома, чтобы Дофламинго не выследил его по покупкам. — Ло? — Сделав пару шагов за официантом, Роси обернулся, не услышав его шагов. Обведя взглядом зал, он качнулся с пятки на носок. — За тобой наш ужин и следующий обед. Буду обдирать твой кошелёк на всякую фигню на празднике. Договорились? - Я могу за себя заплатить. – С раздражением отозвался Ло. Подачки его раздражали: Доффи тоже любил вытащить его в ресторан и не дать оплатить их ужин. Обведя интерьер взглядом, Трафальгар хмыкнул. Так вот что его смутило: похожая дурацкая ситуация. — Конечно. Но всё же это не запланированная остановка, и я инициатор. — Попутчик непринуждённо оперся о стойку регистрации, не обращая внимания на официанта, что остановился в ожидании. Сняв очки, мужчина повесил их на ворот рубашки, дожидаясь его решения. — И мы можем передумать, если тебе не понравится меню. Медленно кивнув, хирург всё же шагнул вглубь ресторана. В лицо Ло дохнуло жаром, пополам с лёгкой водяной пылью: маленький дворик с несколькими столиками раскинулся под тенью пальм и тентов. По краям выделенной террасы воздух непрерывно орошался распылителями, создавая комфортную температуру. — К вам подойти позже или сразу закажете? — Официант приостановился, положил меню на боковой столик в зоне для курящих. Оглянувшись по сторонам, Роси выбрал стул, за которым была глухая стена, и вытянул ноги. — Паэлью с морепродуктами, сангрию и… — Роси вопросительно кинул взгляд на Ло. — Две паэльи и виски. Кивнув, официант удалился, оставляя их наедине с лёгким шумом голосов посетителей и ненавязчивой мелодией, звучавшей из угловых колонок. Горшок с цветами удачно скрыл их от окружающих, и Ло попытался подобрать тему для разговора: — Если паэлья будет невкусной, будет обидно. — А если вкусной, то здорово? — Роси сложил очки на край стола и ехидно вскинул одну бровь. — Что тебя тревожит? — Что за концерт? — Сделав вид, что не заметил вопроса, Ло откинулся на спинку стула. — Это ты так соглашаешься сходить со мной? — Водитель чуть толкнул кроссовок Ло своим и зашуршал в поисках зажигалки и сигарет. — Может быть. — Уклончиво отозвался Ло, немного завидуя беспечности Роси. То, что Ло едва смог выдавить из себя, тот просто принял как факт. Как игру с неизвестными для Трафальгара правилами. Или он накручивает, а Роси просто не хотел отвечать на заданный вопрос? — Там будет Ado. Когда коллеги выгнали меня в отпуск, озадачились, чтобы я не вернулся раньше времени. — С щелчком зажигалки Роси затянулся дымом, с прищуром глядя на огонёк в собственных ладонях. — Какие у тебя заботливые коллеги. - С сарказмом отозвался хирург. — Или я их окончательно задолбал. — Хохотнул Роси. — И они дали тебе два билета? — Слегка нахмурившись, уточнил хирург, на что попутчик пожал плечами. — Мой «плюс один» в последнее время очень занят. Сплошные дела. — Закатив глаза, мужчина выдохнул дымок в сторону. — Тут бывают живые выступления? — Поймал взгляд приближающегося с пепельницей и бокалами официанта. — Да. Сегодня будет выступление в честь праздника. Начало в семь вечера, но места забронированы. — Ловко расставив посуду, мужчина налил вино в бокал водителю, тогда как Ло достался уже наполненный бокал со льдом. Кивнув ему, мужчины пригубили напитки. — Как Ado вообще сюда занесло? — Перекатывая кубики льда в бокале, Ло чуть расслабленнее оперся о подлокотник, наконец ощущая как прохлада водяной пыли ложится на шею. — Ты так говоришь, будто в Испании мало публики. — Фыркнул с лёгким возмущением Роси; бокал в его пальцах описывал в воздухе длинные восьмёрки. — Так и говорю. Местный менталитет не заточен под её музыку. — ¡Me estás rompiendo el corazón! Возмущенный восклик с последующей ссорой привлек рассеянное внимание Ло, и тот застыл, невольно отстраняясь от последующего экспрессивного монолога Роси и погружаясь в тень-воспоминание. Ноги ещё подрагивали от пережитого напряжения. Влажный воздух остывал на коже, трогал за затылок, стекал по загривку щекотными струйками. Выдохнув в потолок, Ло небрежно запахнул полотенце на бёдрах и вышел из ванной. Широкоплечую фигуру у окна подсвечивало рассеянное уличное освещение, ласкало тени обнаженного рельефа: мужчина с нежной, почти мурлыкающей интонацией успокаивал кого-то на том конце звонка: — Tranquilo, corazón… así fue. No tiene sentido preocuparse por lo que pasó. Ya lo sabes. Облизав пересохшую губу, он сделал пару шагов вглубь комнаты, попадая в поле его зрения. Голос Дофламинго, бархатный, обволакивающий, тот самый, которым он обычно осыпал комплименты пополам с пошлостями в постели. Но эта интонация, адресованная кому-то другому, резала изнутри, словно скальпель, вспарывающий незащищённую ткань мягкого подбьюшья. Пальцы непроизвольно сжали край полотенца. Заметив его отражение в стекле, Дофламинго медленно повернул голову. Уголок губ дрогнул. Он отстранил телефон от уха, прикрыл микрофон ладонью и наконец обернулся полностью, оценивающе скользя взглядом по хирургу: по мокрым прядям, напряжённой линии плеч, влажной коже на ключицах — и задержался на лице. Губы растянулись в предвкушающей улыбке, и мужчина поманил его ладонью. — Nos vemos como siempre. — Он сбросил вызов, не отрывая взгляда от Ло. Голос мгновенно сменил регистр: из мягкого мурлыканья превратился в низкий баритон, тяжёлым желанием лёгший на обнажённую кожу. — Такой потрясающий вид, Ло. Может, будешь ходить так всегда? Мужчина сглотнул. Горло пересохло, несмотря на пар, стоявший в воздухе. Он чуть приподнял подбородок, встретил этот взгляд и насмешливо скривил губы, по крупинкам собирая самообладание. — Разве что в спальне. — Продано. Прихватив Ло под затылок, мужчина властно накрыл рот жадным, требовательным поцелуем. Воспоминание отпустило так же внезапно, как и накрыло. Пара за соседним столиком, скрытым от взгляда Ло цветочным горшком продолжала бурно ссориться уже о вине и простынях? Вкус поцелуя на губах стёрся порывом прохладного бриза искупавшегося в охлаждающих струях испарителя, а вместо тяжёлого, жаркого обещания секса, перед ним сидел Роси — спокойно крутящий в пальцах зажигалку и терпеливо ждущий ответа. — Ло? Ты куда-то улетел. - Мужчина постучал зажигалкой о столешницу. — Задумался, — отозвался Ло, с легкой досадой осознавая, что пропустил весь спитч попутчика. Поерзав на стуле, он сделал глоток виски, чувствуя, как тепло расходится по груди, вытесняя остатки горячего воспоминания. — Значит тут есть её слушатели? Звучит как шутка. Мне надо подумать. Улыбка Роси стала шире. К вечеру жара спала, уступив место тягучей, влажной прохладе доносящейся с пляжа. Разгоряченные дневным зноем, испанцы вытекли на улицы с гитарами. Тут и там доносились пробные гитарные перебои и взрывы смеха. Разноцветные фонари с мигающим ритмом вспыхивали, освещая переулки старого города. Длинные, прыгающие тени щедро раскрашивали жителей в цвета, подсвечивая контрактные узоры на одежде и украшения на шляпах. Гирлянды из бумажных фонариков тянулись от балкона к балкону, ныряли между кашпо на стенах, свисали оборванными отрывками, становясь дополнительными узорами. Машины замерли на стоянках, больше никто никуда не спешил. Мелкие лавочки с сувенирами стояли вперемешку со столиками ресторанов и кафешек. Люди перекликались крикливыми чайками, перемеживая все языки мира и все равно понимали друг друга. От этого город казался захваченным всеобщим ликованием. Прогулочным шагом они сегодня добрались до Санта-Барбары, с почти туристическим любопытством трогая стены замка и в восторге замирали перед панорамой Аликанте раскинувшегося на побережье разноцветными крышами домов. Уже совсем поздно вечером, Ло удовлетворенно шёл рядом с попутчиком, позволяя толпе вести их вперёд меж разномастных улочек. Водитель, наболтавшись в их почти бесконечной прогулке днём, просто шёл, уже с пресыщенностью разглядывая витрины с керамикой или приостанавливаясь послушать уличного гитариста. Тёмные очки с наступлением вечера переместились за ворот рубашки, позволяя Ло поглядывать на его умиротворенное выражение лица. Почти не знакомое без улыбки или смеха. — У меня что-то на лице? — вдруг произнёс Роси, когда они миновали площадь с фонтаном, где дети гонялись за брызгами. Ло приподнял бровь. — Нет. Просто задумался. - Да? - Роси легко толкнул его плечом. - Что-то серьёзное раз ты так хмуришься? - Я... - Открыв рот, Ло осекся под внимательным взглядом водителя, тот подняв брови смотрел в его лицо. - Привычка наверное. Промычав, Роси ещё сильней склонил голову, буквально в попытке заглянуть в лицо Ло из непредсказуемого угла. Слегка отклонившись, Трафальгар округлил глаза. - Значит пора взять ещё вина. И найти нам местечко на пляже. - Выпрямившись, он взмахнул рукой и зашагал энергичней. - Или у нас в меню виски? Тогда мы утром точно не уедем! - Рассмеявшись, Роси нырнул в магазинчик с неприметной надписью bodega. Почти осуждающе покачав головой, Ло оглянулся: тротуарная плитка идущая неравномерными волнами, выцветшие фрески соседствующие с неоновыми вывесками, разбитый горшок, из которого всё равно лезет плющ распуская меленькие цветочки на белой стене. Город напоминал самого Роси - такой же противоречивые прекрасный в своей неидельности. До моря они добрались уже в полной темноте. Толпа, устремившаяся к центральной набережной едва не вытащила их вслед, но Роси, следуя внутреннему компасу, свернул в узкий проход между каменными стенами, выводя их на почти пустой участок пляжа. Шуршание волны, почти не видные в темноте, накатывали на темный песок. Люди — редкие силуэты, расстилали пледы вдалеке, ближе к каменным степенькам ведущим с пляжа на набережную. Потянувшись, Ло глубоко вдохнул солёный ветер: тот как старый знакомый порывами затрепал волосы, захлопал пледом, который пытался расстелить Роси. Наступив на ближайший край непокорной тряпки, Трафальгар сбросил кроссовки и притоптал ткань глубже в сырой песок. Молчаливо кивнув, Роси бросил на другой край собственные ботинки и выпрямившись, тоже глубоко вдохнул. Тёмный силуэт вдумчиво чиркнул зажигалкой на мгновение освещая часть руки, но следом мужчина широкими шагами сошел с пледа в темноту, почти не освещаемую огнями с набережной. Почти сонное дыхание моря умиротворяюще откатывалось и вновь наступало, облизывая невидимые границы. Вдали гудели голоса, смех, обрывки музыки. А здесь, в их маленьком пузыре, было тихо. Усевшись на плед, хирург с растерянностью зарылся ногами в песок, отслеживая по едва слышной поступи, как Роси бродит в прибрежных волнах. Лениво выдернув из винной бутылки пробку, Ло прищурился в попытке прочитать название и проваливаясь в этом порыве без источника света. Вспыхнувший огонёк обозначил приближающегося попутчика, тот остановился в полушаге от пледа продолжая крутить зажигалку, то щелкая то гася. Первый залп разорвал небо без предупреждения. Роси объятый красноватыми всплохами, задрал лицо и хмыкнул. Соскользнул на плед, слегка вжимаясь плечом в плечо хирурга, твёрдое горячее прикосновение прикрыло от бокового ветра и Ло на мгновение закрыл глаза. Тепло. Фейверки рассыпались искрами желаний людей быть выше неподвижности морской глади. На гребнях волн распускались цветы из света: золотые, изумрудные, малиновые. Медленное падение погасших комет рассыпающихся искрами, уступали место новым всплохам огня. Толпа, невидимая из их закоулка ахала. Телефоны протянутые к небесам пожирали картинку избавляя память туристов от мимолетных впечатлений. Оторвав взгляд от неба, Ло с безнадежной нежностью отметил как красив Роси в этот момент: огоньки отражались в тёмных стёклах очков, выхватывали из тени линию скулы, дрогнувший уголок губ, складку у переносицы и задумчивое выражение лица обращенного к празднику. — Красиво, — тихо выдохнул Роси. Его взгляд не отрывался от моря. — Да, — отозвался Ло. Залпы становились всё крупнее предвещая завершение. Всё громче. Всё ближе. На мгновение свет залил всё вокруг, стирая границы. На секунду Ло показалось, что остались только они. На этом дурацком пледе и с не початой бутылкой вина. Роси медленно повернул голову. В полутьме его глаза казались ещё темнее, насыщенные, будто местные маслины, с расслабленным выражением ищущие глаза напротив. Улыбка тронула его губы и мужчина откинулся назад: - Ты открыл вино? Я правда забыл бокалы. Ничего? Ло не ответил сразу. Сглотнул, заставил себя тоже обернуться. Он был жадным если хотел всё? - Ничего, потом справки отдашь. - Выдал неуместную шутку, вызывая смешки попутчика. - Добрый доктор разрешил делиться с ним микробами, я польщён. Фейерверк грянул в последний раз, рассыпавшись над морем ослепительным каскадом. Свет погас. Остался только дым, шум воды и чужое дыхание. В руки легла прохлада стекла. - Тогда, за нас? Ло закрыл глаза. - За нас.