что-то поменялось..

ничего не меняется уж который год.

- а вы.. а вы певец банок Моссельпрома!..- и ведь сам не понял что сказал, но звучало вроде как сильно, чтобы иметь право на оскорбление. - и мне это говорит деревенский пьяница!?- незамедлительно последовал ответ сверху и как только их умудрились поселить в одной комнате? итак. дело в том, что пару самых лучших поэтов с каждого направления отправили в деревню, чтобы рассказать детишкам стишки и порадовать малышей. да и взрослые явно бы не отказались от подобных выступлений. и зачинщик всего этого парада была- поэтесса Цветаева. и именно она поселила водород и воду , а именно Владимира и Сергея вместе, ведь свободных мест особо не было. - ой что вы, что вы! чем же вам не нравится деревня, курильщик мелкой табакерки!? - оригинально, Есенин, оригинально. а кто вам сказал, товарищ, что мне не по нраву деревни? и Серёжа смолк. он искал слова, бегал глазами по комнате, после нервно ответил - ну, вы же задеваете меня моим деревенским происхождением..- неуверенно, тихо и с запинками сказал Есенин, явно теряясь. - куда же ваша уверенность делась, Сергей? или как вас кличат ваши друзья, вятка? - друзья? они то вам что сделали? - Анатолий этот, он же старается прославиться за счёт тебя, а ты словно слеп, либо нем.- сказал Маяковский, выглядя на секунду искренне, что удивляло Есенина. - а вам будто дело есть, пользуются мной или нет.- гордо задрав голову и скрестив руки на груди отчеканил пшенично-кудрявый малый. - знаешь, Серёжа.- начал Маяковский удивительно мягко- очень хочется иногда зарыться вам рукой в волосы, да оттаскать, чтоб мозги на место встали- резко грубо закончил Владимир, что Сергей аж вздрогнул. - а тебе лишь бы избить, да помучать меня!- обиженно заскулил Есенин. - да потому что ты не видишь ни черта! этот Мариенгоф просто напросто использует твою славу, за счёт тебя пытаясь стать популярнее!- прикрикнул на Сергея Маяковский - какая вам, Маяковскому, разница?- с сарказмом вопросил младшенький, смотря в сторону, явно не хотя встречаться с метающим молнии взглядом двух темно-карих глаз, ведь они его попросту сожгут своим гневом и пылающем огнем, что лижет пламенем Есенина. - ты что это, думаешь я черт бесчувственный?- Маяковский удивляется, смотрит на Есенина с долей грусти, может даже разочарование присутствует, что сильнее действует на Сергея. он вот-вот готов был прогнуться под Владимиром, но к радости открывается дверь, нарушая тишину, поскрипывая по-старчески. заходит Цветаева, радостная вся и вопит: - Маяковский, Есенин! детки прибыли! Есенин радостно заулыбался и уже хотел рвануть в дверь, но Маяковский его остановил, пиля взглядом Цветаеву, та, под гнётом страшного взглядя, все же решила выйти. - Маяковский, вы чего?- Есенин нервно улыбнулся, отводя взгляд в сторону, лишь бы не смотреть на него, лишь бы не смотреть. - мы не договорили, Есенин.- сказал Маяковский сухо, смотря прямо на него, пиля взглядом, съедая всю уверенность заживо. - но там же дети, они.. ждут!- цепляясь за каждое оправдание жалкой хваткой, тараторил Сергей. - да что вы? неужто вам так важны какие-то там дети? не вешайте мне лапшу на уши, товарищ.- Владимир закатил глаза и потащил младшего подальше от выхода, чтобы тот не убежал, остановил его перед собой и стал вновь пилить хмурым взглядом. - ну чего? чего ты так на меня смотришь!?- выпалил белокурый паренек, найдя в себе силы смотреть на лицо, в глаза стоящему напротив. и ведь красивые глаза, жаль, что вечно холодные, злые, хмурые. Есенин вообще никогда не видел, чтобы Маяковский ему улыбался. - Сергей, Серёжа! ну ты меня слушаешь вообще!?- раздражённо вопил Маяковский, смотря на него разочарованно и как-то не понимающе, даже с каким-то беспокойством. искреннем беспокойством. - да, конечно, я внимательно тебя слушаю..- неуверенно пробормотал тот, криво, нервно улыбаясь. - ну и на чем же я остановился?- с упрёком нависая над ним, задал вопрос старший, все также пиля взглядом, но уже обеспокоенным.- от чего ж вы, Сергей, молчите? - ну.. Маяковский, нас ждут дети!- и помчался из комнаты вон. а названный лишь покачал головой и размеренно пошел следом, не особо потарапливаясь. дети радовались Маяковскому, который миловидно улыбался, но был очень растерян таким обржанием и лаской. - дети, давайте датим хоть немного покоя товарищу Маяковскому?- с улыбкой спросил Есенин, на что получил благодарный взгляд от Владимира. это было просто загляденье: Владимир розовеет от неудобных детских вопросов, неуверенно мнётся, выглядит растерянным, бегло улыбается какому-то ребенку, хвалившему его стихи. - Сергей Есенин! дядя Сергей!- уже который раз вопила девочка с каким-то листочком в руках. Есенин сильно задумался, после посмотрел на девочку с уверенной улыбкой - да дорогуша? - смотрите!- и тянет рисунок, где Есенин и Маяковский держатся за руки, а на безымянных пальцах у них обручальные кольца.- я сама рисовала! вам нравится? Есенин опешил, а Владимир не видел, что на рисунке, поэтому предположил, что он слишком красивый, поэтому имажинист так удививлся. - девочка, скажи пожалуйста, а почему на нас.. кольца?.. - ну, у мамы с папой такие есть, я подумала это как символ крепкой дружбы!- она ярко улыбалась