За пределами прошлого/Beyond Past

— Как же я скучал по нашим посиделкам, — Клайд откинулся на спинку просторного дивана и кивнул Говарду за спину, — кинь ту подушку. — А я-то как скучал по погрому своей квартиры, — фыркнул Эшфорд и кинул подушку в лицо гостю. — Эй! — Сам сказал кинуть. — Но я не думал, что ты действительно кинешь! А если я в тебя так же? — Возмутившись, Клайд удобнее схватил подушку и уже хотел дать сдачи, но Говард поднял руки вверх, сдаваясь. — Как маленький ребенок, честное слово. Фостер в спину мужчине показал язык: — Бе-бе-бе. Эшфорд глянул через плечо и закатил глаза: — Даже Сара так не делает. — Вся в зануду-отца. — К сожалению, она вся в Саманту, — Говард поджал губы. — Я хоть ее и давно не видел, но маленькой она была похожа на тебя. — А характером в мать. — Ну-у, я бы не сказал. Но тебе виднее. — Не виднее, я мало времени провожу с ней. — Рассказывай. — Сначала я напьюсь, — он криво улыбнулся и открыл дверцу домашнего мини-бара. Из всей коллекции дорогого алкоголя Говард выбрал коньяк. — Точно не будешь? — Я же ЗОЖник. — Попизди тут. — Ну ладно. Не ЗОЖник, но все же фитнесс-тренер, поэтому… — Клайд пальцами показал «чуть-чуть», — и то только потому, что ты мой друг. — Если что, пиво в холодильнике, — напомнил Говард. Фостер старался не увлекаться алкоголем и в большинстве случаев даже отказывался, но пиво было его слабостью. — Спасибо. Говард не спешил рассказывать о своих переживаниях и просто слушал истории Клайда. О жизни их знакомых, о клубе, о своих клиентах и о том, что начальник козел, который задерживает зарплату. Слушать Говард любил намного больше, чем говорить. Увлекаясь чужими рассказами можно забыть про собственные проблемы и хотя бы на несколько минут отключить голову от бесконечного потока мыслей. — Аллан меня сильно проклинал? — А? Не, — Клайд не сразу понял, что речь идет о недавней поездке. — Это я тебя сильно проклинал. Говард усмехнулся, но вот его собеседнику было вообще не до шуток. Клайд нахмурился еще сильнее и покрутил в руках холодную банку пива, о чем-то думая. — Правда, Хов, это была самая неловкая поездка из всех! А я, между прочим, работал таксистом. — Да прям? — Он заставлял меня слушать Леди Гагу и Бритни Спирс! — Клайд взмахнул руками. Банка с пивом качнулась так, что напиток едва не выплеснулся через край. Это мгновенно остудило его возмущение, и он торопливо бросился спасать пиво. — Бедный, как ты это пережил? — Говард театрально хлопнул в ладоши, покачал головой и с преувеличенным сочувствием цокнул языком. — А если серьезно, — Клайд отставил пустую банку и уселся в позу по-турецки, обняв подушку ногами, — я всячески пытался к нему подступиться, но… Я просто не знаю, как себя с ним вести. Дай хоть совет какой-то, как к нему подступиться, а то сводишь нас, а я… Он неловко пожал плечами. — Если бы я знал, Клайд, если бы я знал. Просто будь… мягче. Но не перегибай тоже. — Хов, я все эти годы как об стенку бьюсь. Уже и так, и сяк пробовал. Я ему не интересен. — Дай Аллану время, — Говард решил не раскрывать все карты сразу и приберег свое маленькое разоблачение для другого случая. — Ты знаешь, что он пережил. — Я не требую от него доверия. Но с ним невозможно поговорить! Говард провел пальцами по краю граненого стакана. Их разговор сошел с безопасной темы, и теперь Эшфорд ходил по краю из своих проблем. — Ты сейчас говоришь так, будто он должен быть удобным. — Нет, но… я же пытаюсь нормально… — «Нормально» — это когда тебе не нужно ломать человека под себя, чтобы достичь своей цели, — резко перебил Говард и даже удивился самому себе: он никогда не позволял такого, считая это неуважением к собеседнику, но сейчас вырвалось само. Потому что касалось не Аллана. Касалось его самого. — Это ты сейчас не про нас, да? — Клайд ответил после затянувшейся паузы. Он заметил, что с другом что-то происходит, поэтому решил не зацикливаться на небольшом споре. — Прости. Да, не про вас. — Расскажешь? Говард залпом допил остатки коньяка и сразу же налил новую порцию, но так и не притронулся к ней. — Саманта вьёт из меня верёвки, а я ничего не могу с этим поделать. Мы в разводе уже пять лет, и с дочерью я вижусь только с её разрешения — в основном у неё за спиной или на семейных праздниках, где мы уже много лет изображаем счастливую семью перед её родителями. А почему? Потому что они были против нашего брака. Почему не прекратим? Потому что моя бывшая жена очень упертая и всегда права. Мы с Сарой ее пешки, — мужчина сделал небольшой глоток, чтобы просушить горло и осадить пыл. — А если я пытаюсь найти хоть какой-то компромисс, она начинает угрожать, что переедет, и я не увижусь с Сарой. А проблема в том, что она, блять, действительно переедет, и тогда вопрос с нашими встречами решится сам — их просто не будет. Клайд закусил щеку с внутренней стороны и почесал свою голову, но так и не нашел ответ. — Я тоже не знаю, как на это реагировать. — Говард усмехнулся куда-то в стакан. — А знаешь, что самое хуевое? Клайд нахмурился: — Что? — Что я до сих пор ее люблю, — последнее слово, произнесенное на выдохе, звучит как приговор. — Даже после всего, что она сделала, я ищу ей оправдания. — Помню, ее родители не самые лучшие люди, но… Говард, должен же быть какой-то выход. Ты столько лет пытаешься отвоевать у нее дочь… — Фостер стих, не желая добивать друга еще больше, но и молчать он не мог. Как назло все слова поддержки казались глупыми. Тупик. Клайд закусил щеку. — Должно же получиться… Эшфорд прикрыл глаза и медленно покачал головой: — Ее следующим аргументом будет клуб. БДСМ-клуб, Клайд. Для суда этого уже хватит. Особенно если она подаст все так, будто рядом со мной Саре будет небезопасно. — Будто если она запретит тебе видеться с дочерью, Саре от этого станет лучше. — Вот я и надеюсь, что хотя бы на Сару ей не наплевать. На днях встречусь с адвокатом, может что-то да придумаем. — Знаю, это не лучшее утешение, но все будет хорошо. В конце концов, должно же быть хорошо. — Ну-у, могло быть и хуже, — невесело усмехнулся Говард. — По крайней мере, сейчас у меня есть своя квартира, а клуб не находится на грани банкротства. Раз уж я такое пережил, то как-нибудь переживу и это. — Пережили и переживем, — поправил Клайд, — Я всегда рядом, ты знаешь. — Знаю, спасибо. Эшфорд помолчал. Пока смотрел, как медитативно плещется алкоголь по стакану, думал. Мысли метались от одного варианта к другому, с темы на темы, их было так много, что даже выпитый алкоголь не помогал с этим справиться. Впервые за долгое время не помогал. Голова кружилась и вот-вот грозилась лопнуть, но Говард открыл глаза и пристально посмотрел на Клайда. — Что? — Я вот все думал, как заставить Аллана выходить на улицу, еще чтобы это было с пользой. А ответ все время мелькал рядом. Ему не помешало бы позаниматься спортом. — О да, это хороший вариант, — тут же согласился Клайд, одобряя решение. Но взгляд друга явно что-то недоговаривал и Фостер нахмурился. А потом резко распахнул глаза: — Нет, Говард! Даже не проси! — Почему? Ты единственный тренер, кому я могу его доверить. — Но он мне не доверится! — Я поговорю с ним. — Говард! — Клайд захныкал. Ему не нравилась подобная перспектива. Да, в словах друга была правда, и с другой стороны этот вариант действительно казался самым лучшим из всех. Но была проблема. Фостер любил комфортные отношения со своими клиентами, и если у них не было «связи», Клайд банально не мог продолжать. Он заряжался от общения с людьми и именно поэтому «батарейки» должны были подходить. Он даже думал соврать Говарду, но проблема была в том, что Клайд всегда говорил правду. — Я боюсь ему навредить. — Ты не можешь навредить. Ты не умеешь. — Я не знаю, как с ним обращаться. Я еще тогда столько шагов сделал! — Сделай сейчас. — Мы разные! — И это повод отказываться? — Говард не сводил взгляда с Фостера, который в свою очередь тщательно избегал зрительного контакта. У него закончились все аргументы, которые могли хоть как-то ему помочь. Но он не понимал, действительно ли был не рад возможности пообщаться с Алланом ближе. Клайд запутался. — Он твой, — последний жалкий аргумент. — Он не мой и никогда не был моим, — Говард поставил невидимую точку в их споре и Клайд сдался. Он бы винил себя до конца жизни, если бы хотя бы не попытался что-то изменить.

***

Аллан не любил холод. Но вытерпеть мороз оказалось проще, чем вечный поток мыслей. Холод до боли кусал легкие, но Рэвен не останавливался ни на секунду. Тело было согрето от интенсивности и неправильности бега. Дыхания надолго обычно не хватало, тогда Аллан шел быстрым шагом, но вскоре снова начинал бежать. Он знал, что делает не правильно, но его целью было не спортивное тело, а пустая голова. Он растворялся в утренней прохладе, сливаясь воедино с толпой. Муравьями, которые спешили по своим делам и Аллан представлял, что он относится к ним. За последние две недели выработалась привычка бегать каждый день. Еще месяц назад Рэвен бы ни за что не вышел в холод в такую рань, но сейчас просыпался раньше будильника, чтобы вдохнуть запах оживленного города. Странно, но он чувствовал прилив сил, наблюдая за людьми. Когда мышцы переставали болеть, Аллан добавлял нагрузки, пробегая с каждым разом все больше и больше. Он входил в кураж. Очередное утро казалось самым обычным: он встал, умылся ледяной водой, быстро оделся и вышел на улицу. Но вместо бега пошел следом за толпой, в метро. Он не знал, зачем оплатил проезд, ровно как и не знал, куда едет. В городе он ориентировался слабо. В основном по веткам метро, которые находились поблизости. Поэтому Аллан сам себе удивился — в последнее время он делает много странных действий. Его взгляд сразу зацепился за парня, слишком уж выделявшегося из толпы. Пышные красные волосы до плеч будто полыхали огнём, притягивая внимание даже издалека. Но ещё сильнее цепляла одежда: широкие джинсы с низкой посадкой открывали полоску живота и пупок, едва прикрытый кроп-топом. Поверх была небрежно наброшена такая же мешковатая джинсовка. Аллан не разбирался в моде и стилях, но знал точно — парень выглядит ахуенно. Будто всем своим видом хочет показать протест. Рэвен знал еще одного парня, который выделяюще одевался. Только цвет его волос был белым-белым, как снег. Но внешность была обманчива — он был пожаром. Бармену не понравилось, что мысли резко перешли к Клайду и потупил взгляд. Чтобы хоть как-то себя оправдать решил, что просто редко видит неформальных людей и поэтому вечно вспоминает Клайда. И его волосы. И его пирсинг. И его татуировку с драконом на шее. Блять. Когда Аллан поднял взгляд, парень с яркими волосами уже слился с толпой за окном, а поезд тронулся. Бармен резко ощутил прилив паники. Он ведь едет неизвестно куда! Пришлось выйти на следующей остановке. Как назло, Клайд не выходил с головы, а на улице не было ни одного человека, который мог хоть как-то переключить внимание. Пока Аллан шел в сторону клуба, совершенно случайно наткнулся на тату-салон. Не успел опомниться, как оказался внутри. — Добрый день! Вы по записи? — милая девушка-администратор приветливо улыбнулась. — Э-э-э, нет. — Хм, — девушка заглянула в экран ноутбука, — мы сможем вас принять без записи. Какая услуга вас интересует? — Пирсинг. Индастриал хочу, — Аллан нахмурился. Почему именно этот прокол? Нерешительно добавил: — Или губу… не решил еще. — Тогда у вас будет время подумать. Мастер освободится через пятнадцать минут. Можете пока присесть, — администратор показала рукой в зал с зелеными пуфиками. Аллан не сразу понял, что слово «Мастер» никак не связано с БДСМ, хмыкнул своей профдеформации и прошел к пуфикам. Он поигрался со своим давно зажившим боковым лабретом. Вспомнился Клайд и его «змеиный укус». Аллану нравился этот прокол, но… он пришел за индивидуальностью и повторять за причиной своих потных ладоней не хотел. Остановился на индастриале. Рэвен настолько давно не делал пирсинг, что даже забыл эту приятную боль, а от прокола хряща она была еще слаще. Аллан даже хотел еще что-то проколоть, но вовремя остановился. Не все сразу. Обратно в клуб он возвращался неспешным шагом, любуясь видами вокруг. Спустя столько лет он смог пройтись по улицам один, без Говарда, Ивлиана и без тревожности. Он был рад. Погода еще менялась, и к двенадцати часам дня вышло солнце. В наушниках играли «HIM», своим ритмом отгоняя все плохие мысли, и Аллан впервые за долгое время почувствовал себя счастливым. Он на шаг приблизился к тому образу, который строил перед Шарлем. Аллан почувствовал себя живым, и это чувство было чуждым и странным. Особенно осенью, которая всегда приносила проблемы, он чувствовал себя лучше, чем теплым летом. Вернувшись в свою комнату, ноги приятно гудели от пройденного расстояния. Но у вселенной на все были свои планы. Ночью Рэвен проснулся от очередного кошмара. В этот раз он даже не удивился. Да и сон оставил не такой сильный осадок. Но заснуть больше не получалось, поэтому бармен пошел по знакомому направлению. Дверь поддалась. — О, привет, — удивился Аллан. — Почему не сказал, что ты тут? — Да я только приехал, — Говард сидел за столом в привычном хаосе из бумаг. — Был у Мрака на тусовке. Спать не хотелось, поэтому решил разобраться тут. — Интересный у тебя отдых, однако. Говард тускло улыбнулся. — Как ты? — На удивление лучше, чем обычно, — Аллан плюхнулся на диванчик и скрестил ноги. — У меня сегодня был просто ахуенный день и какой-то уебок из сна, фамилию которого я ношу, мне его не испортит. — Ух ты, — Говард вытер очки и вернул их обратно на переносицу, — я, наверное, сплю. — Тогда я тоже. И совершенно не хочу просыпаться, — Аллан осторожно заправил волосы за ухо, открывая новый пирсинг: — смотри! — Скажи честно, ты коллекцию собираешь? — Возможно, — бармен широко улыбнулся. — Мне уже готовить аптечку? Предупреди заранее, чтобы было не как в тот раз. Аллан закатил глаза. Пару лет назад он уже прокалывал мочку уха, и прокол не прижился, в отличие от первого. Образовался гной, который Аллан успешно игнорировал, но вот Говард отнесся со всей серьезностью. — Да ладно тебе, все будет хорошо. — Ну-ну. Тебе идет, на самом деле, — успокоившись, похвалил Говард. — Не хочешь подстричься, чтобы было лучше видно? — Хочу. Просто это был очень импульсивный поступок. — Я не удивлен, — хмыкнул мужчина. — Рассказывай. И Аллан рассказал все: начиная от парня с красными волосами и заканчивая нелепыми зелеными пуфиками в салоне. Не получилось утаить и свои занятия спортом. — В зал не хочешь записаться? Рэвен затих. — Ты слишком в меня веришь. — Почему нет? — Я еще не настолько умею общаться с людьми, чтобы ходить в такие места. Там же все незнакомцы. — Ну, одного ты уже знаешь, — Говард говорил осторожно, зная, как легко можно спугнуть Аллана, но на удивление парень не был так категорично настроен, как изначально думал Эшфорд. — Что? Ты о чем? — Знаешь, кем работает Клайд? — Нет. Откуда? Я же, оказывается, его динамил столько лет, — Аллан вспыхнул, до сих пор пребывая в шоке от такого открытия. — Не заводись, пожалуйста. Клайд фитнесс-тренер и как раз… — Нет-нет-нет. Нет! Говард поджал губы, но ничего не ответил. Лишь выразительно поднял бровь. — Ну, это же Клайд! И вообще, ты у него-то спрашивал? — Да, он согласен. Аллан набрать воздух, чтобы снова возразить, но резко пришло осознание: — Так ты это спланировал? Но откуда ты знал? — Я обещал не смотреть по камерам за тобой. Остальная территория и улица в наши договоренности не входили. Аллан не нашел, что ответить. Он сильно сжал губы и укусил щеку с внутренней стороны. Во рту образовался специфический привкус крови. — Мой ответ — нет. — Почему? Аллан, просто послушай меня, — Говард встал из-за стола, но к Аллану не пересел, а облокотился на стол и скрестил руки. — Я не могу понять, почему ты его так избегаешь. Клайд хороший человек. Может со стороны кажется по-другому, но он действительно надежный и заботливый. Ты можешь убегать от своих чувств… — Нет у меня никаких чувств! — Дослушай, пожалуйста. Ты можешь убегать от своих нечувств — этого я тебе запретить никак не могу, но отказываться от спорта просто потому, что тренер Клайд — глупо. Он единственный кому я могу тебя доверить, и к кому ты сам пойдешь. Признаешь ты это или нет. Аллан опустил взгляд на пальцы и неосознанно начал ковырять кожу вокруг ногтя. Говард был прав, и именно это бесило больше всего! Он просто терпеть не мог, когда его читали как открытую книгу. — Говард, я, — Рэвен покачал головой, — я ведь бегаю не для физической формы, просто… — Совмести приятное с полезным, — предложил Эшфорд, догадавшись, о чем хотел сказать Аллан. — Не знаю как тебе, но мне не нравится, что ты вечно торчишь у себя. — Мне тоже… но я боюсь, — бармен затих, борясь с навязчивым желанием уйти отсюда. Но Эшфорд не отступит — он знает Аллана куда лучше, чем Аллан знает самого себя. И если Говард говорит, что он справится, значит, так и будет. — Именно поэтому я предлагаю Клайда. Просто попробуй. Я тебя никогда ни о чем не просил и не заставлял что-либо делать. Не понравится — мы больше не поднимем эту тему. — Ладно, хорошо. Просто занятия. Не больше. — Договорились, — Говард согласился слишком легко и Аллан сощурился: — Я серьезно. — Почему ты так его избегаешь? — Потому что Клайд с другого мира. Из того, где есть цветные пони и единороги, срущие радугой, — Говард цокнул и закатил глаза. — А я из мира сырости, запаха перегара и, блять, проституции! Он меня никогда не поймет. — Клайд тоже многое пережил. Не нужно мериться проблемами. В мире Клайда тоже нет срущих радугой единорогов. — Это не отменяет того факта, что я не смогу дать ему то, что ему нужно. — Откуда ты знаешь, что ему нужно? — Серьезно? У меня пьющие родители, я с ними не общаюсь уже хер знает сколько лет. Их любви я не видел, я не знаю, как любить. Просто не умею. — Я тоже так думал до встречи с Самантой. Она была со мной, когда я учился любить. Почему не веришь, что ты сможешь? — Потому что не смогу. Я несколько лет живу в этом клубе, тут же и работаю. Искать квартиру не хочу, вылезать из своего болота боюсь. У меня появилась стабильность. Впервые в жизни, Говард! — Аллан взмахнул руками, а потом усмехнулся: — Я непьющий бармен и не практикующий тематик. Ты серьезно веришь, что судьба прописала мне другую жизнь? — Да. Аллан выждал паузу в надежде услышать продолжение. Говард больше ничего не говорил, лишь уверенно кивнул, подтверждая свои слова.