За пределами прошлого/Beyond Past

Как и думал, Аллан проснулся с приятной и тянущей болью во всем теле. Он сладко потянулся, чувствуя каждую мышцу и про себя отметил, что действительно нужно было этим заняться раньше. Свою утреннюю пробежку он проспал, да и уже не видел в ней смысла — Клайд даст необходимую нагрузку. Но почувствовать себя одним из муравьев в огромном муравейнике все же хотелось. Повалявшись еще некоторое время, Рэвен вышел из клуба. Поздним утром людей стало меньше, но город от этого не казался спокойнее. Даже затянутое тучами небо не могло замедлить привычную суету: каждый спешил по своим делам. У кого-то на запястье или рюкзаке болтался маленький зонтик, однако большинство обходилось и без него, торопливо перебегая от магазинов к метро и обратно. Аллан взглянул на темное небо в ожидании дождя, но его все не было и не было. Зная переменчивую погоду Лондона, он глупо понадеялся успеть пройтись. Но стоило зайти в ближайшее кафе, как за окном образовалась стена из дождя. Тяжелые капли били по асфальту и стеклу, грозясь его сломать. От безысходности пришлось взять кофе (Аллан остановился на капучино), а к нему и круассан с бананово-шоколадной начинкой. Людей в кафе было немного — три человека, не считая его самого, и все были заняты своими делами, уютно расположившись на мягких диванчиках. Только благодаря этому Аллан смог спокойно поесть. Позавтракав, он под дождем побежал обратно и промок до ниточки, тут же пожалев, что вообще вышел. — Прогноз погоды для слабаков? — подколол Руфус — один из охранников, с которым Аллан ладил меньше всего. Руф выглядел как типичный и стереотипный амбал в дверях: лысая голова, широкие плечи, накачанные руки и низкий голос. Внешне даже напоминал Доминика Торетто из Форсажа, только еще больше. Бармен не хотел бы повстречать такого на улице или еще чего хуже — иметь с ним дело. Рэвен не любил когда кто-то помимо него и Говарда был в клубе в выходные и по-детски радовался, когда все же мог побыть один. — Да, кому он нахуй нужен? — Мы в Лондоне, чувак. — Вот именно, чувак, — в той же манере ответил Аллан и поспешил обратно к себе. — Аллан! — остановил вслед. — У тебя сегодня никаких дел нет? — Нет, — нахмурился он. — Прикрой меня перед Говардом, если что. Ринг зовет. — Пф, еще чего? — Братан, ну очень надо, пойми. Мы с пацанами не можем ударить мордой в пол, — у Руффа был заметен испанский акцент, когда говорил длинными фразами. — Я твой должник. Аллан дождался нужной фразы и кивнул: — Так бы сразу. Иди. Он не знал, зачем согласился, но подумал, что иметь власть над таким амбалом лишним не будет. Связи нужны всегда. Остаток дня он лениво провел в своей комнатке, пока за окном лил дождь.

***

В среду он все так же передвигался с болью. Клайд пообещал, что пройдет через два дня, но не учел, что Аллан не занимался спортом очень долго. Рэвен вышел на автобусную остановку с большим запасом времени, потому что был уверен, что обязательно заблудится. Всю дорогу он нервно сверял маршрут и выдохнул, когда увидел знакомые здания рядом. Свободное время еще осталось, поэтому Аллан неспешно переоделся и уселся в холле на тот самый диван, где ранее ждал его Клайд. — Еще не передумал? — рядом появилась девушка с высоким хвостом. Та самая, которая разговаривала с Фостером на первой занятии. — Не передумал, — постарался улыбнуться, пока судорожно вспоминал имя девушки. — А ты как после планки? — Могло быть и хуже, — отмахнулась она, а Аллан резко вспомнил ее имя. Айла. — В следующий раз буду спорить только на то, в чем уверена. Рэвен выдавил улыбку и кивнул, глупо надеясь, что на этом их смол-ток закончится. Но Айла не уходила, присев на быльце диванчика по другую сторону от Аллана. Она что-то кому-то быстро писала в телефоне, а затем стирала, так и не отправив. — А ты давно знаешь Клайда? — обратилась она, засунув телефон в карман. — Ну, да? — неуверенно ответил Аллан, не зная, как лучше ответить. — Отлично. Расскажи мне, на что можно поспорить, чтобы он, наконец, проиграл. Шестеренки в голове Рэвена быстро закрутились, выбирая лучший из ответов. — Мы с ним не близки. Но попробуй заставить его молчать хотя бы день. Ну, насколько это возможно, — добавил Аллан, понимая, что молчаливый тренер — худшее из наказаний. — Приму к сведению, — кивнула Айла и увидев кого-то за спиной Рэвена, помахала: — Марк! Опять опаздываешь? — Прости! — Бегом переодевайся, а я пока придумаю, как тебя наказать. Светловолосый парень показал язык и быстро скрылся в раздевалке, стоило Айле подняться. — Ну паразит же! — возмутилась она. — Не понимаю, как можно не рассчитывать свое время. — Работа? — Ага, фрилансер. Аллан пожал плечами, снова надеясь, что его оставят в покое. И в этот раз оказался прав — Айла действительно ушла, но на смену ей вышел Клайд. — Ухты, — он потянулся и повел плечами, — а я думал, ты не приедешь. — Чего это? Мы же договорились. — Мало ли. Вдруг решил, что спорт это не твое. — Так и есть. Но я не собираюсь отказываться. Клайд не отследил логику, но решил не спрашивать. Вторая тренировка прошла не намного лучше первой, но в этот раз Аллан хотя бы знал, к чему готовиться. Клайд мягко наставлял и так же аккуратно поправлял, чтобы не спугнуть настрой. Но Рэвена это наоборот путало еще больше, ведь в голове совсем не хотелось укладываться, что Фостер может быть таким аккуратным, нежным. Другим. Желание дерзить приутихло, потому что Клайд выглядел задумчивым. Со стороны могло показаться, что ничего не происходит, но тот, кто общался с Клайдом часто, мог с легкостью заметить, что с ним что-то происходит. И если Аллан как-то и пытался игнорировать такое состояние, то последней каплей стал ненавистный пресс и счет, который не хотел заканчиваться. — Слушай, я, конечно, понимаю, что со мной много работы, но, может, мы как-то будем постепенно наращивать количество подходов? — А? — Клайд перевел задумчивый взгляд на Рэвена и тут же «очнулся». — Боже, прости, пожалуйста. Да, конечно. — Все хорошо? — Не выспался, забей. Я… — звук телефона прервал Фостера и он тут же переключил все внимание на гаджет. — Отдохни пару минут, мне надо перезвонить. Клайд не вышел из помещения и не оставил своего клиента одного, а всего лишь отошел в более тихое место (если такое вообще существует в зале). Аллан внимательно отслеживал каждую эмоцию Клайда. Хоть и со стороны могло показаться, что он просто пялится, Рэвен заметил, как резко переменилось настроение тренера. Он выдохнул и даже улыбнулся, кивая собеседнику, будто его видно. По возвращению Клайд снова стал собой. — Отдохнул? — Аллан кивнул, гадая, что же именно так подняло его настроение. — У тебя как дела с подтягиваниями? — Ты бы еще спросил, за сколько я сумею построить ракету. — Понял, — Клайд закусил щеку со внутренней стороны и хищным взглядом обвел Рэвена. — Пойдем. — Неа. Не доверяю я тебе, когда ты так делаешь. — Как? — Вот так! — Аллан взмахнул руками, будто это было очевидно. — Хищно улыбаешься и не говоришь, что будет дальше. — Просто хочу перейти в другой зал. На этом, — он постучал по старой стенке, — ты убьешься. Опять же, уже который месяц ее не могут вывезти. — Ну, ладно, — сощуренный взгляд говорил, что Аллана ответ не удовлетворил, но вопреки всему он пошел следом. По периметру небольшого зала стояли турники разной высоты, но не это первым делом заметил Аллан. В глаз бросалось пустое помещение. Тишина. Ни одного человека. Только он и Клайд. Рэвен тяжело сглотнул и вдруг понял, что до этого он никогда не оставался с Фостером наедине в замкнутом пространстве. Каждый раз кто-то из посторонних был рядом. Но он понял еще одно: он может управлять своим страхом и ему сейчас совсем не страшно. — Подтянись хоть раз. Звучало издевательски просто. Подпрыгнув на указанный кивком турник, Аллан ухватился за металл и потянулся вверх. Мышцы спины тут же отозвались болью, а руки задрожали. Он с напряжением стиснул зубы и предпринял еще попытку. Подбородок даже не дотянулся до половини пути. Он спрыгнул. — Пробуй еще. — Ты видишь, что не получается? — Я вижу только неправильную технику и то, что в школе ты прогуливал физкультуру. Аллан глубоко вздохнул и упрямо сжал перекладину. — Тебе рассказать, как правильно подтягиваться? — Пошел на хуй, — От накатившей злости Аллан сильнее стиснул перекладину и поддался вверх. Мышцы снова натянулись, а лопатки свело, но в венах пульсировало желание доказать Клайду, что он неправ. Перекладина оказалась на уровне глаз, но даже не успев моргнуть подбородок коснулся холодного металла. Он неожиданности он замер, а потом, будто очнувшись, рухнул вниз. Руки адско горели. — Так вот оказывается, как нужно с тобой работать, — усмехнулся Клайд. — Придурок. — Ну прости. Мне нужно было знать наверняка, ленишься ты или действительно не можешь. — Да я теперь вообще не смогу руками двигать! — Аллан продолжал возмущаться из принципа, потому что местами Клайд был невыносимым и вечно вызывал бурю смешанных эмоций. Вот вроде и помог, но каким способом? — Вообще-то у меня к тебе тоже есть претензия, — из голоса испарились все нотки веселья. — И какая же? — Что ты должен был мне написать пару дней назад? Пыл Аллана тут же погас, ведь он моментально вспомнил, что так и не отписался о своем самочувствии. Более того, он думал, что Фостер говорил свою дежурную фразу, а, оказывается, действительно ждал ответа. — Да брось, это же просто сообщение. — Не просто сообщение. Мне, как тренеру, важно знать о твоем самочувствии после тренировки. Особенно первой тренировки. — Клайд, я… — Беги, Аллан. — Что?.. — По залу, Аллан, кругами. Я скажу, когда мне надоест. Считай, это твое наказание. Рэвен растерялся, а сердце стало колотиться еще до бега. Командный голос Клайда вызывал непрошенные реакции у организма. Как же хорошо, что спорт в этом деле может помочь.

***

Не желая повторять своих ошибок, Аллан написал Клайду следующим утром. Правда, до этого долго смотрел в экран телефона, не зная как лучше написать. Даже перечитал всю переписку, которой оказалось не много: в основном рабочие моменты и афиши с мероприятий — в какой-то момент Фостер решил, что их чат отличное место для хранения информации. Не придумав ничего лучше, Аллан напечатал сообщение: «я живой» «Ясное дело. Ты от меня никуда не денешься» В конце сообщения стоял улыбающийся смайлик, который Аллан вполне справедливо мог бы назвать «издевающимся». Не придумав достойного ответа, он закрыл чат и на этом диалог прервался. Но встретиться все равно пришлось вечером. Как Аллан и предвидел, после тренировки болели руки, и это отразилось на работе. Отточенные движения стали пытками, и бармен не мог банально пользоваться шейкером. Он любил свою работу, поэтому в особо хорошие дни ею наслаждался и мог показать людям, как хорошо он умеет взбивать и охлаждать коктейли. Но сейчас было трудно просто поднять руки вверх, а чтобы еще и как-то ими двигать речи даже не шло. Для себя решив, что сегодня посетители обойдутся без шоу, опустил руку с шейкером вниз и начал двигать монотонными движениями вперед-назад. Это было лучшим решением за вечер, ведь рука, которая была и так все время в действии, смогла хоть как-то отдохнуть. Аллан прикрыл глаза, наслаждаясь приятной болью и совсем не заботился, как выглядит со стороны. Ровно до того момента, как к нему подошел Клайд: — Аллан! Я понимаю, у нас БДСМ-клуб и все такое, но не за рабочим же местом! Бармен тут же испуганно открыл глаза и уставился на заливающегося смехом Фостера. — Надеюсь, хотя бы на меня? — Я не… Блять, Клайд, пошел на хуй! — Аллан поднял руку с шейкером и уже был готов кинуть его в Фостера, но тот с заливистым смехом быстро скрылся из поля зрения, а бармен запоздало понял, что покраснел сильнее обычного. Не считая этого маленького инцидента, вечер прошел вполне спокойно. Никого из его знакомых с кем можно было поговорить, не было. Только Ивлиан, который хорошо себя чувствовал у ног Колина. Аллан искренне порадовался за него. Видеть Ива счастливым оказалось приятнее, чем он ожидал. Он только-только съехался с Колином и им еще предстоит многое пройти, но оба готовы к этому. Рэвен и сам не знал, почему так счастлив за Ива, наверное, потому что с недавних пор стал считать его своим другом. Он видел, как Ив убивался; видел, как вливал в себя алкоголь, а теперь все изменилось, и он нашел своего человека. Аллан соврал бы, если бы сказал, что не хочет так же. Влияние экстравертного Клайда дает о себе знать, потому что у бармена начинают появляться силы менять свою жизнь. Страх по-прежнему не отпускает, но появляется давно забытое желание жить. Вместе с Клайдом… Аллан трясет головой, будто это выкинет мысль из головы и даже до крови кусает щеку. Нет, жить с кем-то он еще не готов и даже не уверен, что когда-нибудь сможет. Но добавлять в свои серые дни больше активностей никогда не поздно.

***

— Я тебе курьер, что ли? — фыркает в трубку Клайд и еще сильнее кутается в теплое одеяло. В комнате прохладно. Из-за окна, которое уже несколько месяцев не закрывается до конца, постоянно тянет холодом. Механизм давно сломался, но Фостер упрямо откладывает ремонт на потом. Каждый раз обещает себе разобраться с ним во время следующей уборки, а следующая уборка все никак не наступает. — Тебе ближе. Да и, в конце концов, могу я поработать из дому? Хотя бы когда болею, — Говард нарочно кашляет, но вскоре кашель становится настоящим и Клайд отодвигает телефон подальше от уха. Эшфорд хотел посвятить свое свободное время клубу и разобраться со всеми накопленными бумагами, но не вовремя заболел. Его когда-то крепкий организм ослаб от постоянного стресса. — У меня вообще-то выходной! — бурчит ради приличия, но приподнимается на локтях: — через два часа буду. — Спасибо. Клайд снова падает на подушки и измученно стонет. Днем его ждало много планов, но до них ему хотелось поваляться в кровати. В клубе непривычно тихо. Фостер не любил тут появляться вне рабочих часов, потому что тишина в этих стенах напоминала о самом начале его пути, когда он совсем не знал, как быть. Забрав нужные бумаги из кабинета, Клайд хотел поздороваться с Алланом, но отчего-то решил не надоедать бармену вечным присутствием рядом. Впрочем, столкнулись они в дверях клуба. — Ты что тут делаешь? — От неожиданности Фостер отпрыгнул в сторону. — Живу вообще-то, — непринужденно ответил Аллан и перевел заинтересованный взгляд на бумаги. — Куда ты их? — Шредер не нашел, решил сжечь. — Понятно, — Аллан протиснулся между Клайдом и дверью, сохраняя приличную дистанцию. — Говарду привет. И да, скажи, что было бы неплохо пополнить ассортимент. — Я вам курьер, что ли… — обреченно выдохнул Фостер и разблокировал машину. — Клайд, — остановил его бармен, — а ты же в центр? — Да. — А можешь, ну… меня туда подкинуть? Мне… — Аллан закусил губу и потупил взгляд на сумку с продуктами, — Мне нужно наушники с ремонта забрать. — Да? Хорошо? Я жду в машине. Рэвен кивнул и скрылся за поворотом, а до Клайда запоздало дошло, что наушники все время висели на Аллане. Поездка прошла в неловком молчании. Хоть они и пытались найти тему для обсуждения, но дальше двух фраз так и не смогли продвинуться. Говард ждал на улице, но из-за активного движения подъехать к нужному подъезду оказалось трудным. — Кто это с тобой? — Эшфорд сощурился и с любопытством пытался рассмотреть гостя на переднем сидении. — Лео! — Сам же сказал, что Лео уехал неделю назад, — Говард усмехнулся и с еще большим любопытством всматривался в лобовое стекло — Да не пялься ты! — Клайд тяжело вздохнул. — Это Аллан. Он просил, чтобы ты об этом не знал. — А вот с этого момента подробнее, пожалуйста. — Хов, — Фостер умоляюще посмотрел на друга. Он сам не знал, что делал Аллан на переднем сидении. — Он попросился со мной под предлогом забрать наушники из ремонта. Но они были на нем! Разве что другие поломались. Но он без проблем смог бы доехать любым транспортом. Говард выгнул бровь, слушая Клайда. — Не тупи. — Что? Думаешь, просто не хочет тратить деньги на проезд? — Иногда ты меня поражаешь. Думай, Клайд, думай! — Говард проверил наличие нужных бумаг и развернулся, чтобы уйти. — То есть ты хочешь сказать, что наушники и не ломались? Тогда… подожди! Говард! — Клайд развернул его за плечо и увидел утвердительный кивок. — Да не, он же меня на дух не переносит. Говард демонстративно глубоко вздыхает и прикрывает глаза. — Иногда твои мозги не хотят работать в нужном направлении. Нравишься ты ему, нравишься! Отпусти, пожалуйста, на улице холодно. Клайд отступает и чуть не падает из-за ватных ног. В этот раз приходится Говарду хватать его. — Спасибо, что привез. Давай, — он разворачивает Форстера и подталкивает в сторону машины. — Ты не можешь меня бросить с такими новостями! — Это тебе не со мной нужно обсуждать. В машину Клайд возвращается ошарашенным. Он не сразу замечает, что в салоне играет песня «Everlong» группы Foo Fighters из собственного же плейлиста. Он старается не вдумываться в смысл песни и делает глубокий вдох, прикрыв глаза. — Так, ладно, пока я еще не потерял настрой, — он поворачивается в сторону Аллана. — Скажи честно, почему ты со мной едешь? — Честно? Я подумал, что мы столько лет работаем вместе и было бы неплохо хоть как-то… подружиться. Но я, правда, хотел как-то попасть в центр. Клайд выдыхает. Точно, просто подружиться. Они ведь коллеги! А коллеги должны быть в хороших отношениях друг с другом. — Если ты занят, я могу отсюда дойти. — Я… Мне нужно заехать в аптеку, а потом в Лутон. К семье. — Оу, я понял, — кивнул Аллан и потянулся к ручке, но двери оказались заблокированы. — Аллан. Если хочешь, можешь поехать со мной. Они хорошие люди. — Это будет слишком… — Рэвен мнется, но не спешит предпринимать попытки выйти из салона. Его изначальный план трескается по швам, а Аллан почему-то и не против. Сегодня он пугающе решителен. — Ладно, поехали. Клайд заводит мотор и ждет несколько секунд, прежде чем начать движение. — Только не придумывай чего лишнего. — В смысле? — Это ничего не значит. Клайд кивает. Едут в тишине, ведь каждый думает о своем. Фостер в замешательстве. Одно дело слышать догадки, а другое получить подтверждение от Говарда. Хоть и слова Аллана противоречат недавнему откровению, но песня на фоне говорит громче всяких слов. Фостер уверен, что это не случайность и Рэвен специально подобрал такую песню. Клайд начинает понимать, что Аллан движется маленькими, но верными шагами. На самом деле эта поездка значит очень многое. Клайд не верит своим догадкам и пребывает в замешательстве, когда Аллан просит, стоит свернуть на трассу: — Ты про меня знаешь многое. Уж точно больше чем я о тебе. — Иногда мне кажется, я вообще ничего про тебя не знаю. — Расскажи про свою семью. Клайд замирает и с напряжением сжимает руль. Сейчас не лучшее место для этого разговора, но он боится оттолкнуть Аллана. Старые раны не болят, а противно ноют при каждом упоминании, именно поэтому сердце отдается болью. — Мои родители погибли в автокатастрофе. Единственный плюс разговора в машине — Фостер смотрит только прямо, а не на собеседника, изображая, что внимательно следит за дорогой. Но все же бросает один единственный взгляд на Аллана и встречается с серыми глазами. По нему не скажешь, что он чувствует, Рэвен никогда не был эмоциональным. — Сколько тебе было? — Восемнадцать. — Паршиво. Как это произошло? — Аллан переводит взгляд на дорогу и следит взглядом за встречными машинами. Повисает тяжелая пауза, в которую до него и доходит, что именно он сказал: — Я… прости, не говори. — Если тебе важно… — Да. Клайд косится на своего пассажира, не понимая, откуда такой интерес к его особе. — Давай, наверное, начнем по порядку, — Рэвен переводит заинтересованный взгляд на него, надеясь, что это побудит Клайда поделиться личным. — Родители часто ездили по командировкам по всей стране, а мы с сестрой оставались с бабушкой в Лутоне. Хоть сам и родился в Лондоне, все равно своим родным городом считаю Лутон. — Никогда там не был. — Рад, что именно мне выпала честь тебя с ним познакомить, — улыбнулся Клайд, а потом снова погрузился в свой рассказ: — Родители решили приехать к нам с сюрпризом, не сказав об этом. Наверное, мама хотела увидеть нас до Рождества, а терпеть целый месяц не могла. Но тогда стоял непроглядный туман. А фура… Он останавливается, будто собирается с мыслями, а потом на выдохе произносит: — Решила развернуться в неположенном месте. Клайд сильнее стискивает руль и надеется, что Аллан не заметил дрожь. Вести автомобиль в таком состоянии нельзя, поэтому он паркуется на обочине. — Прости, мне нужно время, — Клайд кладет голову на руки сложенные на руле и тяжело вздыхает. — Мне жаль. Я не должен был тебя об этом просить, я… — Я не помню, что происходило дальше, но на мои плечи упали все заботы, и наша маленькая семья была на мне, — продолжает он, будто не услышав. — Я менял работы одна за другой. Иногда вкалывал сразу на нескольких, а параллельно пытался отложить средства на ремонт машины. Он поднимает голову и хлопает по приборной панели. — Легче было бы купить новую — я столько денег в нее влил, ты не представляешь. Но… отец обещал подарить ее мне, когда получу права. Я не мог сдать ее на металлолом. — Значит, они на ней? — Да. Вины папы в аварии не было, машина не подвела. Может это и неправильно, ну, ездить на ней после того, что… но я ей доверяю и люблю ее, — он грустно усмехается, — Странно, да? — Ни капли, — совершенно серьезно отвечает Аллан. — Я не верю в судьбу и тому подобное. Только факты. Если ты уверен в себе и в тормозах — то не вижу ничего странного. — Еще как уверен, — Клайд заводит свою «Мазду» и снова выезжает на трассу. — Она меня спасла — я таксовал на ней довольно долгое время. Со многими хорошими людьми познакомился в ней же. Бабушка все советовала ее продать, но… она не поймет. Ей больно смотреть на меня за рулем, винить ее в этом не могу, но доверить могу машину только Элли. — Сестре? — Да, ей семнадцать. Как раз и познакомишься. Она будет поступать в Оксфорд, и я уверен, что поступит. Она заслуживает высшего образования, я сделал все, чтобы этим ее обеспечить. — А ты? — А я колледж закончил кое-как и все. Работа есть? Есть. А большего мне и надо. — Аналогично, — кивнул Аллан. — Только я даже в колледж не поступал. Мы заезжали в аптеку. Зачем? — Бабушка болеет, а нужные лекарства в открытом доступе не купишь. Не вникай, — отмахивается он, — она у меня сильная. Рэвен поджимает губы: — И как, пройдя столько пиздеца, ты продолжаешь светиться? Клайд усмехнулся, но ответил не сразу. Он бы мог отшутиться или умело перевести тему, но почему-то с Алланом хотелось быть максимально откровенным. — Не знаю. Наверное, потому что если перестану… останется только то, через что я прошел, — он грустно улыбнулся. — А я не хочу быть только этим. — Не понимаю, — Рэвен качает головой, — откуда эта жажда к жизни. — Кто-то же должен показывать людям, что не все заканчивается плохо. Боли не избежать, но я просто выбираю не страдать всю жизнь. — Камень в мой огород? — Нет. Я верю в тебя, Аллан. Клайд запнулся. Он давно ни с кем не был настолько откровенен. А еще он до сих пор не мог понять как правильно «танцевать» с Алланом. Его с легкостью можно отпугнуть, а начинать сначала совсем не хотелось. — Спасибо, за то, что выслушал и... за комплимент? — Какой еще комплимент? — Ты сказал, что я свечусь. — Да. Как чертово палящее солнце. — Я солнце? — рассмеялся Клайд, заставляя полыхнуть лицо Аллана. — Ты придурок. Следи за дорогой. Рэвен отвернулся к окну, чтобы собеседник его не видел. Покраснел он вовсе не из-за злости, а он смущения, потому что чуть не вырвалось откровенное «да». — Не лопни, ежик. — Боишься, что в тебя полетят иголки? — Фыр-фыр-фыр, — передразнил Клайд, заливаясь смехом, — я тебя не понимаю. Аллан показал средний палец, но так и не рискнул обернуться. Проверять, увидел ли его Клайд, почему-то было неловко. Он только плотнее вжался в сиденье и отвернулся к окну, скрывая в рукаве куртки смущенную улыбку. Позже он обязательно разложит по полочкам историю Клайда и найдет объяснение тому, почему тот ведет себя именно так. В конце концов, ответ нужен был не только ради любопытства. Где-то за этим вопросом прятался другой, гораздо более личный: почему у самого Аллана так не получается?